 |
| |
| | Сначала она просто вылизывала головку и ласкала яички, потом, когда член окончательно окреп, она ласкала его по всему стволу и пыталась запихнуть его поглубже. Таких размеров член, признаюсь честно я видел только у негров в порно фильмах. После парень поставил маму раком, и медленно вошел в нее сзади. Мама запрокинула голову назад, парень ухватил её за волосы и стал жестко оттрахивать её. Никогда не думал, что моя мама способна на такое, не даром говорят в сорок пять баба ягодка опять. | | |
| |
|
| |
| | Мужчина, принялся яростно дрочить себе член. Он был очень возбуждён и быстро кончил, извергая мощные струи, густой белой спермы, прямо на лицо женщины, заливая её губы и ноздри. А она лишь благодарно подставляла себя под всё новые и новые сгустки. | | |
| |
|
| |
| | Дима взял в руки прут и размахнулся. Маша подумала что сейчас он как в прошлый раз, специально, промажет что-бы создать интригу. Но послышался свист прута, который рассекая воздух попал точно по попе, оставив кровавую полоску. Маша забилась в судорогах, из этой прекрасной женщины вырвался хриплый крик, не похожий даже на человеческий. Она зарыдала во весь голос, и повиснув на шесте ёрзала как боксёрская груша, от чего Диме было сложно наносить последующие удары. Поэтому эти удары, приходились не только на попу, но и на спину. Но он всё равно её лупил то и дело выкрикивая "Получи, блядь, терпи шлюха" Выпитое пиво давало о себе знать. Она только попыталась превратить свои рыдания, в некую просьбу отпустить её пописать, как по её ляжкам потекли струи. Диму это возбудило ещё больше. Один раз, когда ей уже невмоготу было переносить удары сзади, она выкрутила себе руки, развернулась и получила кнутом по груди, с которой тут же упало несколько прищепок. | | |
| |
|
| |
| | Шёл дождь. Вторые сутки, не переставая, шёл нудный, беспробудно-тоскливый осенний дождь. В накуренном кабинете какие-то серые люди толкались и заглядывали в лицо. И спрашивали, спрашивали: От спёртого воздуха кружилась голова. Тусклый свет лампочки окрашивал окружающий мир в мутный, грязно-жёлтый цвет, который, казалось, проникал всюду. Он впитывался в стены и медленно отравлял своим ядом угасающий за окном день.
| | |
| |
|
Рассказ №23802
|
