 |
| |
| | Бабушка просто визжала от ужаса и бессилия. Рудику казалось, что бабушка так стонет от удовольствия, которое сам он испытывал в полной мере. Постепенно затихла и бабушка, видимо поняв, что ей уже не вырваться из цепких рук мальчишек. Задёргалась она лишь ощутив внутри себя упругие струи обильного извержения спермы внука. | | |
| |
|
| |
| | А сосед мужик, типо спит. Похрапывает, а сам прижался к моей. Одной рукой он залез к моей под куртку. Моя даже не сразу заметила, но потом ощутила руку дядки на своей, которая в трусиках. И не закричишь и не скажешь ничего. Позора не хотелось. Она машинально руку дёрнула, что в трусиках была, а рука мужика как раз и оказалась в трусах, так он и залез пальцами в мокрую пиздёнку моей развратницы. Кстати она мне про это позже рассказала. Она сидела не двигаясь, но мужик так нагло в неё сунул пальцы. Что она почти начала кончать. Но кончать от чужого, да ещё мужика какого-то, не хотелось. Она залезла опять рукой, попытаться отстранить его руку, но мужик так начал клитор теребить, что она вместо того, чтобы отстоанять руку, она наоборот стала вдавливать в себя глубже, и уже насаживаться на пальцы. Она уже просто хотела быстрее кончить, чтобы никто, ничего не заметил. Пыталась второй рукой мне написать что-то. Я сейчас всё, напишу позже. | | |
| |
|
| |
| | Солнце только оторвалось от горизонта. Я подошёл к тебе и коснулся твоего плеча. Капельки воды на твоей коже и в волосах сверкали как драгоценные камни в лучах восходящего солнца. Ты повернулась ко мне лицом, обвила руками мою шею, и припала к моим губам. Вот сейчас это был поцелуй после которого долго нельзя прийти в себя. Ты прижалась ко мне всем телом. Руками прижимала мою голову. И жадно "пила" меня... я крепко обнял тебя. Прижимал твои плечи. Гладил спину. Боялся пошевелиться. Боялся что ты растворишься как видение... уплывёш как русалка в глубину.... | | |
| |
|
| |
| | И замолчал. Видно, не смог больше спорить с ощущениями от узкого девичьего влагалища. Ритка опускалась, сосредоточившись и закусив губу. Отцовская дубина была для нее великовата. Толстая головка медленно входила в нее, растянув ставшие тонкими губки правильной окружностью. Мы с отцом не могли отвести глаз от этого места. Ритка медленно съезжала по бугристому стволу, со стоном стараясь принять в себя все. Это продолжилось, наверное, минуту. Ближе к концу она несколько раз останавливалась, переводя дыхание, терла клитор и продолжала. | | |
| |
|
Рассказ №23811
|
