 |
| |
| | Теперь член был на всю длину погружен в Валю, и основание было вплотную притерто к растянутым ягодицам наказываемой. Не задержавшись и на секунду, член пошел назад, вылезая из попки полностью, и снова вперед, обеспечивая такие же ровно ощущения. Ее грубо, настойчиво, резко... даже нельзя сказать "трахали" - ее ебали как на собачьей свадьбе, как дворовую девку 19 века барин ебал, перекинув через скамью, как шалаву на блядотеке, только хуже - по государственному распоряжению. Валя стонала, кричала, металась, но первобытный инструмент не знал пощады. | | |
| |
|
| |
| | Позже она выяснила и это. В свое время была молодая учительница, но забеременела (не от школьника ли?) , пришел молодой математик (что дало несколько побед школьниц на малозначительных олимпиадах) , но эффект был ничтожен, учителя уволили. Пришла еще одна учительница, даже не очень молодая, но через несколько лет почему-то перестала выполнять свои прямые обязанности, то есть поощрять школьников. Ее тоже пришлось спровадить, и от отчаяния взять Илью Моисеевича. Несколько лет Сергиевская искала молодую (да хоть старую) математичку, но все не везло: то дура, то страхолюдина, то замужняя, то с детьми. Правда, Илья Моисеевич оказался просто гениальным педагогом, и школьники (а не только школьницы) регулярно преуспевали на олимпиадах и поступали в технические вузы - только потому, что он просто умел учить математике. Так что Сергиевская на какое-то время прекратила поиски нового учителя (а лучше учительницы) . Но возраст брал свое, и Илье Моисеевичу стало пора на пенсию. Во так на горизонте "Четвертого" и показалась Лиза Сажина. Но обо всем этом она узнала позже... | | |
| |
|
| |
| | Аня немного дернулась и прикусила губу. Я начал целовать ее длинные ножки. Гладить руками и покрывать поцелуями. То, сжимая, то просто нежно поглаживая, я раз за разом я целовал ноги сестры. И так увлекся этим, что не сразу заметил, что сестра засунула руку под верхнюю часть полотенца, было понятно, что она мастурбирует. Я не решился залезть выше дозволенного, и наслаждался тем, что было дано, и этого было достаточно. Я достал свой раскаленный член, одной рукой я ласкал ножки сестры, второй стал потихоньку подрачивать. Глаза Ани были закрыты, поэтому она не могла видеть, что я делаю. Все закончилось через десять минут, я испустился на пол и остановился. Сестра достала руку из трусов и открыла глаза. | | |
| |
|
| |
| | "Майки," - парень ненавидел когда его так называли, - "Тебя очень мучает жажда. Мучает настолько, что ты готов пойти и напиться прямо из унитаза. Не так ли?" | | |
| |
|
Рассказ №24063 (страница 2)
|
