 |
| |
| | Я рванул к мышке и запустил поиск фотографий. Один за другим в поисковом окне появлялись снимки, выстраиваясь в ряды иконок, а я оторопело глядел на них, в очередной раз пребывая в шоке. Их были сотни. Сотни снимков меня. Я на лекциях, я в коридорах универа, я на улице, я на тренировках, наконец, я загорающий на пляже. Здесь были мои лица - улыбающиеся, хмурящиеся, задумчивые, грустные. Здесь был я во весь рост - идущий, стоящий, перепрыгивающий через ступеньку, сидящий на лекции и просто в кафе. Но здесь были и вообще странные фотографии - мои руки, одни только руки. Или ноги. Или спина. Или живот. Огромное множество снимков моей задницы - в брюках, джинсах, шортах, мокрой спортивной форме, плавках. И, наконец, фотографии моих плавок спереди. Во множестве ракурсов, с разной степенью откровенности и с разной степенью эрегированности того, что они скрывали. | | |
| |
|
| |
| | Я начал наносить удары уже почти в полную силу. Шлепки были звонкими, её наливные ягодички при шлепке неописуемо содрогались, в моей груди появилось приятное тепло, эдакое нежное жжение, и я не удержался, и стал, подыгрывая её словесному потоку, добавлять свой: "Ах ты ёбаная тварь! Вот тебе! Вооот! Вот! Будешь знать! Вот!"... "Да! Да! Я сууууууука! Да!!! ДА!!! ДА!!!" | | |
| |
|
| |
| | Шум вечернего бара закружил двух подружек. Они в коллективе своих школьных друзей и подруг веселились, напропалую прыгая как угорелые под дискотечную музыку. Там было много пришлых и приезжих людей со всего города и округи. Бар был сильно переполнен и все толкались, чуть ли не локтями продираясь сквозь одичавшую от музыки толпу в основном молодых людей. Кого тут только не было и совсем еще молодые сопляки, и довольно редкие, но и в уже зрелых годах и телом подпитые изрядно особы. "Хромая лошадь" гремела на всю округу и была с улицы заставлена легковыми до отказа машинами. Люди приходили и уходили, кто на время покурить, кто, совсем уже нагулявшись пьяными вдрызг и крича, они садились в такси или личные машины разъезжались по городу в свете неоновых ламп реклам и уличных фонарей. В самом баре была дикая толкотня и суета. Крик и визг и грохотала как пушечные выстрелы танцевальная музыка. | | |
| |
|
| |
| | Он меня усадил в кресло, а сам вышел посмотреть. Через несколько секунд дверь комнаты распахнулась, и в нее вошли двое незнакомых мужчин. Они буквально пожирали меня глазами. Сзади семенил Паша и успокаивал. | | |
| |
|
Рассказ №24143
|
