 |
| |
| | Вернувшись в гостиную, я спросил ее, готова ли она показать шоу для ребят и соседей. Между прочим, Катя, соседка, была женщиной средней привлекательности, ей было около сорока пяти, и у нее была пара детей. Она наверняка была очень привлекательной в свое время, но возраст и рождение детей заставили ее пополнеть. Она была одета в слитный купальник с низким декольте, демонстрирующий ее очень большую грудь всем, кому это было интересно... например мне. Надеюсь, она была не из тех, кто подглядывает за соседями, а потом вызывает милицию. | | |
| |
|
| |
| | Целует меня с такой нежностью, что я ошарашен. После такого... никогда больше на проститутку не полезу... Там всё просто, бабки на бочку, станок взведён, вперёд-назад, вперёд-назад. Пшел вон, тариф исчерпан. Следующий. Фабрика. Тупизм. Дебилизм. И чего это кони - мужики на проституток ведутся? Мне в какой-то момент даже стало жаль Олесю. Но памятуя Шкрябину рожу, решился. Перекатываюсь на неё. Она раздвигает ноги, глубоко вздыхает. И в этом вздохе такое счастье чудится, такое блаженство. Ишь... Я тебя люблю... "Мне бы так она это сказала... не Шкрябе... " Осторожно вхожу в неё, боясь причинить ей малейшую боль. Она стонет. Замираю. Ещё. Потом ещё. Плавно и нежно. Плавно и нежно. Только так, как с любимой девушкой. И вдруг... она напряглась. | | |
| |
|
| |
| | Малышка на кухне вела уже по другому. Голое создание ощутив себя в своей волне уселась напротив меня развела пошире коленки что бы я видел и стала гипнотизировать попивая коньячок. Нежные аккуратные губки предательски приоткрылись поблескивая от влаги Казалось Аленушка выпила все но пися продолжала течь. Взгляд мой уставившись в одну точку ясно выражал мою похоть. Член уже начинал наливаться снова. Она только этого и ждала. Команду которую я дал не удивила ни Алену ни тем более её. | | |
| |
|
| |
| | И наконец, я без предупреждения прильнул сразу же к ее бутону меж бедер, меж ягодиц, страстно всасывая в себя каждую каплю смешивающегося сока, затем возвращая влагу на прежние места, целуя и покусывая обостренный участки, проникая языком как можно глубже, а руками двигая по животику и груди. Ее руки уже были на моей голове, призывно надавливая на нее, а стоны стали какими-то глубинными, словно это был не ее привычный голос, а какой-то пробуждающейся богини страсти в ее нутре. | | |
| |
|
Рассказ №24155
|
