 |
| |
| | Толи такое воспитание, толи влияние Юпитера с Сатурном, но трахаться она не стремилась. Да, была безотказной, но считала, что ебля нужна только мужикам. То величайшее блаженство, тот невероятный кайф, именуемый оргазмом, Зина почувствовала, только потрахавшись с заезжим настройщиком... Бросьте! Какой рояль, какое пианино! Настройщиком доильного оборудования. Зина недавно родила Толика, млечные бидоны так же требовали "настройки", возьмем эти слова в кавычки "оборудования", в виде развратных губ ловеласа. Вновь отстроенный коровник, еще блистал нержавейкой, пах краской. Упаковочный материал от вакуумных аппаратов лежал возле стены, призывая отдохнуть на нем. | | |
| |
|
| |
| | Вика меня ЛИЖЕТ!!! Нет, не так. - Она меня и лижет и сосёт и царапает и покусывает. И один палец даже погрузила мне в попку! Но я чувствую, что это не мужчина, даже если пытаюсь представить себе Димона там внизу. - Нет. Никак! Здесь ласка без агрессии. Не желание заставить меня кончить, - она просто целует меня потому, что хочет меня целовать. Я тяну к ней руки, я тоже хочу её просто целовать. И Вика мне не отказывает. | | |
| |
|
| |
| | Он остался, другие вышли. Мила сидела перед ним почти голая, спрятав от стыда лицо в ладони, и молчала. Он тоже не нашелся, что ей сказать и стал просто раздеваться. Потом подошел к ней, погладил ее руки, плечи и взял в руки груди. Мила встрепенулась и посмотрела на него. Он, также молча, стянул свои трусы и перед ней выпрыгнул его член. Мила невольно засмотрелась - член бы совсем не таким, как у Самира или мужа. Длинный, словно хоботок, но тонкий, немного кривой, очень темный, конечно, тоже обрезанный. В горле пошла предательская горькая слюна желания, чем больше она на него смотрела, тем сильнее хотелось загладить этот хобот. | | |
| |
|
| |
| | В доме мы сидели голые за столом в зале, кто на диване, кто на стульях. Пили шнапс и готовились к постельным схваткам. Моя мать сидела на коленях у Ивана, Ханна у меня, а Света пристроилась на колени к Витьку. Оксана лежала на диване раздвинув ляжки. Бестыдно показывая свою чёрную промежность и курила сигарету. Её муж Михалыч, съел шоколадку с наркотиком и пристраивался к своей бляди жене. Член у старого импотента, после первитина, стоял колом. Но поскольку моя мать была занята его родственником. Он решил засадить своей Оксане. | | |
| |
|
Рассказ №24211
|
