 |
| |
| | Бедняжка аж задрожала у меня во рту!!! Пошла мне в него своим горячим и взволнованным ротиком ещё сильнее! И вот тогда-то, уже чисто машинально, даже и не отдавая себе отчёта в том, что я делаю, я продавливаю указате-льным своим пальцем под твёрденькую косточку её девчёночьего лобка, прямо ей между лепесточечков, и чувствую, го-о-о-осподи: чувствую вот уже, как вся эта влажненькая нежность пошла обволакивать уверенно собой мой обнаглевший в конец палец, потащив при этом, прямо уже сама, в очень тесноватенькую и в плотненькую ещё прямо такую вот дырочкину, но уже во влажненькую (ведь девочка моя у меня не бревно же какое-то там бесчувственное) , состоящую внутри из одного лишь только живого прямо мяса!!! Всё в ней, в этой крохотной дырочке, как-то так вот неровненько, маленечко бугристенько даже как бы прямо так вот, шершавенько, но это влажненькое, разворачивающееся мясо с удовольствием потащило меня уже туда прямо, в мою сладенькую и задрожавшую девочку!!! | | |
| |
|
| |
| | Стон страха и безысходности овладел мной. Меня волокли множество рук, перед глазами мелькали окна, фонари и в друг все прекратилось, захлопнулась дверь, а потом то, что я не могла представить в самом ужасном сне. Я преврати-лась в один из элементов статистики, где с кем-то это происходит. Меня положили на стол, сбоку горела лампа, расплывшиеся лица и множество рук которые нача-ли с проворностью меня раздевать. Поняв, что происходит, я напрягла все силы, замотала головой, хотелось во, что бы то ни стало крикнуть, позвать на помощь, но руки вдавили мою голову буквально в стол. Руки были разведены в стороны и крепко прижаты, на ногах кто-то сидел. Я барахталась как только могла, я не сда-валась, но рук было много. Они методично снимали с меня одежду, они не рвали ее, расстегивали пуговицы, удерживая меня от резких движений, они вытаскивали мои руки из рукавов, снимали юбку и все остальное. | | |
| |
|
| |
| | Люся остановилась, прижавшись к серой, покрытой плесенью стене. Она слышала их приближающиеся шаги и с замиранием сердца ждала. И это замирающее сердце билось как сумасшедшее... | | |
| |
|
| |
| | Когда женщина-следователь стальным голосом объявила Егору, что он арестован по обвинению в изнасиловании, он вскочил и бросился к выходу, но его успели схватить охранники, повалив на пол и застегнув за спиной наручники. Когда его подняли на ноги, Карина и Настя заметили, что Егор обмочился и не смогли сдержать улыбок. "Я не хочу в тюрьму! - зарыдал Егор, - я же только: хотел: потрогать: твои сиськи". Карина подошла к нему и нежно погладила его по мокрой от слез щеке. "А я помогла тебе, - глядя в заплаканные глаза Егору, улыбнулась девушка, - Поверь мне, без яиц между ног ты очень скоро забудешь про сиськи, и они перестанут тебе беспокоить. Тебя вообще больше не будут интересовать девушки. Разве это не здорово? Но тебе нужно перестать быть таким эгоистом, - с притворной строгостью добавила Карина, - Не всем же так повезло. В тюрьме рядом с тобой будет много здоровых полноценных мужчин, тяжело переживающих отсутствие женщин: " Егор расширил глаза и побледнел еще больше. "Знаешь, даже такое ничтожество, как ты, может принести пользу обществу, - внезапно помрачнела Карина, - точнее, не ты, а дырка в твоей жопе". | | |
| |
|
Рассказ №24212
|
