 |
| |
| | Сергей придвинулся ближе. Он нащупал подол анькиной рубошки и потянул его вверх. Анька не сопротивлялась. Сергей задрал рубашку Аньке до пупка и запустил руку между ножек сестры. | | |
| |
|
| |
| | Услышав это я не выдержал, и, выскочив из-за дерева, вонзил амбалу в ногу нож. От неожиданность, он выронил свой нож, отпустил девушку и, развернувшись, схватил меня за шею, и тут уже я от неожиданности махнул ножом перед собой, и сам того не осознавая порезал ему горло, от чего он резко вскрикнул и швырнув меня в сторону бросился бежать из парка, я же отполз к стенке беседки и прислонившись к ней спиной, стал переводить дух. | | |
| |
|
| |
| | Люба считала это развратом и все занятия любовью с соседкой, проходили в обычной форме во влагалище. Но то ли дело Света, горячая черноволосая хохлушка. Она любила всё, и давала мне во все свои дырки без ограничения. Мне нравилось лизать у неё чёрную воластую пизду, пить из влагалища, вкусный любовный сок и выделения. Давать ей в рот и смотреть как жадные Светины губы, сосут мой член. И засаживать ей в очко, разработанное ещё до меня членами кавказких парней. Жена с подругой в молодости ездила отдыхать в Абхазию в Гудауту. Однажды вечером они пошли в ресторан, где их и "сняли" два пожилых респектабельных абхаза. Они напоили молодых красивых, но бедных девчонок коньяком. И отвезли на машине ночью на пляж. А там к ним присоединились ещё два абхаза помоложе. И вчетвером они ебли двух харьковских ссыкух только закончивших школу, во все их молодые щёлки. В рот, в жопу и в письки. Но правда утром отвезли в санаторий и щедро им заплатили. | | |
| |
|
| |
| | Наступал кульминационный, в таких случаях, момент вечера. Парень что-то сказал, а девушка уже думала только о нём, и он понимал, что надо действовать. Возник момент молчания, во время которого молодые люди допили пиво, затем девушка прижалась к нему сильнее, они повернулись друг к другу лицом, и молодая страсть заставила их поцеловаться. Это был настоящий полёт для неё, его мужественные губы слились с её сладковатыми девичьими губками, они наслаждались этим поцелуем вечности, казалось, время остановилось, и они упивались этим ощущением. Даша привстала, перекинула свою стройную ножку через него, села на колени к нему лицом, и со всей страстью, на которую способны влюбленные молодые девушки, подогретые теплым летним вечером, ощущением романтики, юности и алкоголя, впивалась ему в губы, ощущая, наступившую у юноши эрекцию, да и сама уже была готова отдаться, если бы были другие обстоятельства: ну и когда она будет знать его получше, ведь не всё же сразу. Их языки соприкасались, она обвила руками его шею, а он гладил её по волосам и спине. Продолжалась это до тех пор, пока он не начал трогать рукой её груди, и один раз его рука погладила её ягодицы. После чего девушка решила приостановиться, чтобы окончательно не улететь от счастья. "Сколько времени" , - спросила Даша Артёма, немного отходя от поцелуя. Артём, нехотя вытащил свой мобильник и сказал. что уже двенадцатый час. "Мне надо домой, проводишь меня до остановки" , - с нежностью глядя на него, спросила девушка. | | |
| |
|
Рассказ №244 (страница 3)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 31/03/2024
Прочитано раз: 92648 (за неделю: 9)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Три девицы, взяв вина,
..."
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ] [ ] [ ]
И обрушившись на член,
Жмёт золупу меж колен,
Норовя раздвинуть ляжки
И воткнуть х#й без промашки.
У царя - глаза на лоб,
Когда баба в шесть пудов,
На елду залезши сверху,
Из себя ломает целку -
Мол, раздвинуть не могу
Свою узкую манду,
Не вводила я в вагину
Столь громадную х#ину.
Царь напрягся из всех сил
И в конце концов пробил...
Так толстухе х#й задвинул -
Враз забыла, что невинна.
Царь вовсю её дерёт -
Та, на зависть всем, орёт:
Царь мой, батюшка е#учий,
Ах, какой-же ты вонючий!
(До чего же ты вонючий)
Ты когда последний раз
Вытирал свой сраный таз?
Яйца мыл, поди, на пасху,
А сейчас уж зимний праздник.
А носки, небось, менял
Перед тем, как воевал -
А когда уж это было?
Заросли давно могилы...
Царь расстроился опять:
"Как так смеешь оскорблять,
У самой п#зда не брита,
Волоснёю вся закрыта,
Даже жопа заросла,
Не пролезть сквозь волоса,
И подмышками кустится -
Враз велю тебе побриться!"
Девке в лом, но есть указ,
Всё ж тки царь - не пидорас.
С неохотой х#й покинув,
Волосню она всю сбрила,
Лишь оставила клочок,
Украшающий лобок...
Царь взглянул - вот так-то лучше,
И гляди, коли запустишь...
Не проси тогда лизать
И твой клитор услаждать -
Если лезут в рот волосья,
Лучше в поле жрать колосья.
Царь вновь силу ощутил,
И в елде опять прилив -
Чтобы там ни говорили,
Но в п#зде побритой - сила!
И пока две б#яди спят,
Третью царь решил е#ать -
Взял покрепче за лодыжки,
Уперев в свои подмышки,
Вверх ей ноги подтянул
И п#зду всю развернул -
Вот теперь держись, красотка,
Будет щас тебе чесотка...
И огромную елду
Погрузил в её п#зду.
Поначалу баба взвыла -
Так елда её пронзила,
Но потом притихла боль,
Причинённая елдой,
И горячая золупа
Вглубь пошла уже не глупо...
Шевелясь во всех углах,
Не внушала больше страх,
А достигнув шейки матки,
Внутрь вошла нежней прокладки.
Баба с радости такой
Изогнулась вся дугой...
Хоть почти в ней центнер весу,
Закряхтел царь, но не треснул,
Продолжает драть манду,
Не жалеючи елду...
Девка вдруг опять завыла -
Спермой матку ей залило -
То Гнидон в конце концов
Разорвал кольцо оков -
Разлетелась вдрызг верёвка,
Х#й державшая так долго.
И полилась из х#я,
Как из шланга, малофья.
В матке всё аж забурлило,
И оргазмом опалило...
От удачи, что всё слил,
Царь истошно завопил,
Начиная понемногу
Заправлять х#й девке в жопу.
Ой, мой царь, вгоняй сильней,
Мою сраку не жалей...
Она любит эту сладость,
Мне от е#ли в жопу радость.
Поднатужился Гнидон
И прорвал тугой препон.
Жопа даже заскрипела,
И едва не запердела.
А девице хоть бы хны -
Не страшат её х#и -
Царь нещадно долбит в жопу,
Но успеха ни на йоту.
Он опять готов кончать,
Девка ж просит продолжать -
Дай насытиться мне жопой,
Затолкни елду глубoко.
Царь слегка оп#здинел -
"До яиц вогнал - предел...
Не могу уже поглубже,
Уж, прости меня, голубка"
"Подожди, мой золотой,
Ну-ка, двинь ещё елдой...О-о-о-й!
Вот теперь она продрaла
Всё до дна...Аж, жарко стало..."
С перекошенным лицом
Царь, довольный сим концом,
Отдохнуть решил немного -
Заслужил того, ей богу.
Вдруг откуда ни возьмись,
Шмель влетел, бухой кажись,
Разогнался, разлетелся
И к царю на х#й уселся.
Царь застыл ни жив, ни мёртв,
Только яйца в страхе жмёт -
Ну как, жало в х#й воткнётся,
Чем такое обернётся?
Ну, а шмель совсем сдурел
И с похмелья ох#ел -
Сев на красную золупу,
Зазывает к себе муху:
Хочешь замуж за царя? -
Брось пижона-комара,
И лети ко мне, жар-птица,
Хоть давно уж не девица,
Я тебя и так возьму,
Целка мне щас ни к чему.
Раздвигай пошире лапы -
Видишь, х#й висит, как лапоть.
Царь от гнева озверел
И лицом побагровел -
Чтоб какой-то таракашка
Царским х#ем ё# букашку?!
Не снеся такой позор,
Он отвёл свой гневный взор,
Чтоб не видеть это б#ядство
И сплошное святотатство:
Пусть е#ётся эта срань,
За окном ещё ведь рань,
А на утро я им всыплю -
На золупу "дуст" насыплю...
И хотел уже заснуть,
Положив елду на грудь,
Но сквозь дрёму вдруг услышал,
Как в углу скребутся мыши...
Что ж сегодня за напасть -
Нет возможности поспать...
То три б#яди х#й терзают,
То шмели вокруг летают...
Мне же завтра на приём,
Как явлюсь с таким х#ём?
Засмеют меня все б#яди,
Хоть и царь я в этом граде.
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
