 |
| |
| | ...Эта ночь покажется мне бесконечной. Я буду видеть и слышать во сне только тебя. Уже сейчас я прошу... прости меня, моя маленькая белая звездочка - за темные круги, нарисованные акварелью бессонницы и тоски под моими глазами. Как бы мне хотелось, чтобы ты поцеловала их... потом, когда - ни будь, позволив принять этот поцелуй и сделав мне такой подарок. Зная, что этого никогда не произойдет и что мое чувство, такое одинокое и неправильное - неразделенное навеки, я все же прошу у тебя прощения. Мне почему то кажется, что тебе бы не понравилось, что я так тоскую по тебе... | | |
| |
|
| |
| | Жена закрыла глаза ей было хорошо. Муж чувствовал это и радуйся за неё дрочил. Движение друга стали реще и стоны всё громче. Кончили они все вместе, муж в руку, друг в жену, жена на члене друга. Успокоившись муж пошёл к себе и сразу уснул. Проснулся утром, жены рядом не было. Он вскочил и пошёл в комнату друга. Увидел жену спящую под одеялом, друга не было. На столе записка, классно отдохнули спасибо вам, если ещё захотите звоните. Муж пошёл к жене, приподнял одеяло и увидел голую жену, потрогав кису он понял что сексом они занимались всю ночь. Влагище было открыто всё красное, губы опухшие и натертые, и вся пися была в сперме она просто текла из нутра. | | |
| |
|
| |
| | Буду признателен, если вы обратите внимание на "Попаню Прекрасную", своеобразный поп-гербарий, неописуемую анальную жемчужину, поднятую мною из глубин, не за год даже один. В основе - личные интимные впечатления и наблюдения автора. Плюс немного фантазии, "на которую каждый пишущий человек имеет право". Несмотря на нашу цивилизованность, всем нам порой хочется непристойного. Ведь и в Новом Тысячелетии, грехъ - по-прежнему жив, силён и привлекателен! Стало быть: Брат Разврат и Сестрица Похоть сочетаются в моих виршах законным трахом! | | |
| |
|
| |
| | План Янки почти удался. Отец действительно лёг на диван в полумраке комнаты, освещённой только телевизионным экраном. Включив очередной документальный фильм - про какую-то корейскую войну - он погрузился в полупросмотр-полусон. Дочка села с ним рядом, внимательно следя за его реакцией - дневник надо было подать точно тогда, когда вставать пороть дочку отцу будет совсем уже лень и невмоготу, но дневник он подписать ещё сможет, и в памяти "банан" и "замечание" ещё отложатся как "бывшие" грехи, за которые, вроде бы, уже наказывать не положено. Но стоило чуть - чуть опоздать, и отец уснёт окончательно, и тогда до дневника он сможет дойти только на утро, со всежими силами. А там: готовь, Янка, попу! Дневник занимал стратегическую позицию под подушкой стоявшего рядом кресла, ручка лежала на столе. | | |
| |
|
Рассказ №24401
|
