 |
| |
| | ... На этот раз она не экспериментировала, устроила нормальный мощный трах. Забег на длинную дистанцию. Она даже вспотела, капельки повисали на носу и падали мне на живот и грудь. Я, впрочем, тоже был и мокрый и потный, хотя моё участие было минимальным - я пытался подаваться ей навстречу, но от волнения часто сбивался с ритма, а она лишь крепче обнимала мою шею одной рукой и плотнее насаживалась. Движения её стали максимально размашистыми, её попка летала вверх-вниз, она часто соскакивала с конца, поэтому другую руку она завела за спину и контролировала прицел. В конце концов она так разошлась, что, соскакивая с конца, она опять точно попадала в цель без помощи руки, во дела! Бешеная гонка продолжалась минут десять, думаю. Кончили мы почти одновременно, в этот раз я её опередил на полкорпуса, как говорится. Она упала на меня и так мы провалялись очень долго, молча лежали, пока вода не остыла окончательно. Кончик мой оставался в ней, я ощущал, как пульсирует её попка, как она мягко, но настойчиво выталкивает моего дружка наружу. Как морковку... На мой вялый теперь уже кончик упало пару капель из неё - сам же только что наспускал в подшефную. Как это назвать? Я задумался - слово сперма мне не нравилось, какой-то медицинский термин, типа. Старушка называла это малафьёй - я раньше такого слова не слышал и оно мне тоже не понравилось: малафья - это то, чем брызгает Карабах-барабах. А я? Назову-ка я это дело - конечный крем. Логично, не так ли - в конце из конца брызжет конечный крем, нормально. Я кончаю - это конечный крем, она кончает - это пусть будет пип-крем. У всякого явления должно быть имя. | | |
| |
|
| |
| | - Ну, так заправляй обратно, - я расставляю ноги, чуть присаживаюсь и заталкиваю пальцами флакон обратно. Ты мне протягиваешь другой лифчик. Я одеваю - он очень большой. | | |
| |
|
| |
| | Приняв еще раз душ, и надев подаренное мне эротическое белье, я еще раз оценивающее взглянула на себя в зеркало. Вид был очень даже соблазнительный, я немного подкрасилась, надела на себя самое откровенное платье, которое у меня было с собой, я направилась в гости. У дверей я на мгновение остановилась, подумав, вернулась, и налив выпила залпом грамм пятьдесят водки (для храбрости) . Почувствовав себя готовой я пошла к Витальке в номер. Через минуту, я робко постучала в дверь их номера. Дверь мне открыл Виталик и с порога обрадовавшись, сказал, - вот и Аллочка пришла к нам в гости. Навстречу из комнаты к нам вышел мужчина лет тридцати семи - сорока, среднего роста, на вид обычный мужичек, с обычной внешностью. | | |
| |
|
| |
| | Один, обнаженный, гость бродил по залу, в поисках свободного влагалища, увидел девочку-амуршу и тут же пронзил ее своим членом. Два гостя повалили пожилую даму на пол, заголили ее и пронзали ее, один - влагалище, другой - анус. Все визжали, мычали и кукарекали, а со сцены неслось: "Слава Бахусу, слава - Силену"! А "Силен" тем временем вовсю "осваивал" свою привлекательную соседку, пронзая ее по очереди в рот, влагалище и анус. Он тоже накушался вина с зельем, и никак не мог извергнуть семя. Наконец он почувствовал приближение оргазма и, спохватившись, подбежал к краю сцены. То же сделали и остальные сатиры. Стоя на краю помоста, они щедро полили зрителей спермой и удалились. Их члены еще стояли. В это время за сценой грустно пропел рожок. Вакханалия, а с ней и спектакль, кончились: | | |
| |
|
Рассказ №24423
|
