 |
| |
| | Он вынул палец, намазал тем же кремом наконечник клизмы, положил его в левую руку, а в правую взял наполненную водой грелку. "Потяни правой рукой себе за ягодицу!", он сказал маме Ванюши. Женщина выполнила приказ, и муж тут же ввёл наконечник клизмы ей в сраку. "Ой!", она заскулила. "Больно?", спросил супруг. "Неприятно!", она ответила. "Что поделаешь, надо потерпеть!", сказал Андрей, открыл кран на шланге и поднял грелку вверх примерно метр над лежащей женой. "Ну, как, поступает вода?", он спросил. "Нет. Пока ничего не чувствую", Надя покачала головой. "А теперь?", Андрей левой рукой сжал грелку. "Вроде немножко... хотя нет, всё равно не идёт". Папа левой рукой вновь ухватился за наконечник клизмы и потянул его назад. Как только его головка вышла из маминой сраки, начала течь вода. Андрей тут же запихнул наконечник обратно жене в попу. "Видно я в этом виноват, забыл выпустить воду из шланга", она констатировал, "но сейчас хотя бы всё нормально, да?". "Да, сейчас вода поступает в кишечник", Надя подтвердила. "Ну и слава Богу!", облегченно вздохнул муж, "я уже подумал, что запор у тебя настоль тяжелый, что даже вода не может его размыть. Но теперь всё будет хорошо, расслабся только и лежи спокойно, пока грелка не опустошится". | | |
| |
|
| |
| | - говорила кобыле тётя Зина, поглаживая рукавицой заиндевелый от мороза, лошадиный круп. Мы не загоняли Зорьку в сарай когда приехали втроём с фермы. Зинаида Михайловна моя тёща, просто распрягла кобылу, сняв с неё хомут и отвязав оглобли, оставила лошадь на морозе, кинув ей охапку сена. Эти благородные животные без которых немыслима жизнь крестьянина в деревне. Не боялись холода но при условии что у них есть корм. Лошадь ела сено и тем самым согревалась на сильном морозе. Да и Зорька была колхозной лошадью а ко всему колхозному у советских крестьян было стойкое пренебрежение. Доярки били колхозных коров на ферме, воровали у них корм и напившись пьяными не доили бедных буренок. | | |
| |
|
| |
| | Весь его член был внутри, его лобок бился о ее лобок, она обхватила его за зад, направляя эти сладкие удары... Она изгибалась, ловя губами его губы, отдаваясь...отдаваясь вся, без остатка, до самой точки...до пика...до капли... | | |
| |
|
| |
| | Тетя Люся же, почувствовав, что член покинул её прямую кишку, на-гнулась ещё ниже, отчего задница несколько задралась и моему взору предстала захватывающая дух картина: на месте сморщенного очка зияла черная дыра, окаймленная красной кожей. В глубине я увидел, что стенки кишки были фиолетовыми. Дыра постепенно сжималась, уменьшаясь в разме-ре. Тетя Люся теперь без труда засунула туда сначала один палец, про-вела по кругу, а потом компанию ему составили ещё два пальца. - По-смотрел, какие мы муки принимаем? - повернув ко мне голову, сказала она, - Видишь, что с тетей старой сделал, буду теперь целый день дри-стать. С этими словами она встала, потянулась и тряхнула своей голо-вой. - Как сюрприз? - спросила она. - Клёво, - только и смог я выгово-рить. - Счастливый ты, - сказала тетя Люся, включая душ, - Иные до старости по расписанию ебутся, а тебе гляди, сколько привалило. Я, польщенный потупился, поэтому вид имел преглупый: с поникшим блестящим членом, сложив руки, ноги вместе носки врозь, я внимал житейским муд-ростям. Тетя Люся продолжала: - А уж о том, чтобы в попу дать, так об этом наша сестра и не помышляет. Хотя чего выдрючиваться-то. Дана тебе дыра - должна её использовать, да и для жопы полезно. С последним те-зисом я бы поспорил, в памяти всплыла картина растерзанного очка, но об этом промолчал, а преглупо улыбаясь, пробубнил: - Спасибо, Людмила Петровна. На что тут же получил: - Никогда не благодари. Запомни, кра-савчик, - и она взяла меня за подбородок, - Бабам ебля нужна не мень-ше, чем вам, кобелям. А кто от этакой сласти нос воротит и позволяет на себя по свистку залезать раз в неделю, а потом ведет себя так, как будто сделала что-то особенное - так вот от таких стерв держись по-дальше. Понял? - я с готовностью кивнул, - И заруби это на своем кур-носом носу. Лучше уж с ладной бабочкой прожить всю жизнь, которая и приготовит, и приласкает, чем со змеёй. От неё только ноги раньше вре-мени протянешь. Правда, и тут своя беда есть, - тетя Люся улыбнулась, - Есть вероятность, что не тебя одного она ласкать будет, но тут уж от тебя всё будет зависеть. Но баб не обижай! Ну, усёк? - она потрепала меня по щеке, - Иди, пострел. Я, переваривая услышанное и пребывая в некотором замешательстве от того, с чего это тетя Люся закатила мне такую лекцию по этике и психологии семейной жизни, попятился, нащупал щеколду, открыл и просочился в дверной проем. | | |
| |
|
Рассказ №24426
|
