 |
| |
| | Мама Вишенка встала на колени и поцеловала папин писюн в самый кончик. Потом папа Карабасов укладывал маму Вишенку на кровать, ложился сверху и двигал попой - поднимал и опускал. Еще в детском садике девочки рассказывали Мальвине, что так взрослые делают детей. Мальчик Буратино никогда не посещал детского садика и ему никто не показывал, как тети и дяди делают детей. В другой раз Мальвиночка видела, мама Вишенка встала на четвереньки и сильно выставила попу. Папа Карабасов прижался к ней животом и толкал, толкал, толкал. А мама громко охала и говорила: | | |
| |
|
| |
| | В бане стоял жар! Раскалённая печь заправлялась снаружи и пришлось ставить светодиодный фонарь чтобы ничего не снести впотьмах. В его белом свете мы казались какими-то потусторонними существами. По всем этическим нормам, мужчина с гордо стоящим членом и девочка-подросток, сидящие рядом на лавке, представляли собой нарушение всех запретов. Но нам было всё равно. Когда мы изрядно прогрелись, я взял загодя заваренный веник. Мила понятливо легла на лавку кверху попкой. Через пять минут она весело попискивала, потом перевернулась, вытянувшись так, что стали видны рёбрышки и блаженно прищурилась, как довольная домашняя киса. | | |
| |
|
| |
| | Наверно бы и дальше так кончал, да вот все как-то в раз то ли подустали, то ли киношку какую-нибудь всем захотелось по телеку посмотреть, ведь Новый год же неожиданно вспомнилось всем как-то за непрекращающимся развратом и еблей. В общем все уже дружно переместились на разложенный в зале перед телеком диван. Людмилка тоже уже устало лежала на боку, а кто-то уже лениво, не столько её трахал, сколько держал свой член в её ротике, который она тоже уже лениво, лениво лишь посасывала, также лениво отсутствующими стеклянными глазами поглядывая в телек. А кто-то также уже и лениво не столько трахал, сколько держал свой хер в её писенке. А я, как муж, чтобы хоть как-то еще приятно сделать своей Людмилке, нежно наминал её сисечки, стараясь ставить колком её соски: | | |
| |
|
| |
| | - До войны в каждом хозяйстве имели свою баньку, и раз в неделю всей семьёй мылись. Была и у нас баня, небольшая, но справная. По субботам мы все вместе ходили мыться. Заходили все разом и отец нас по очереди парил, а потом мать уже домывала каждого из нас. Все были голые, но никого это не удивляло. Тогда все было просто, если кто-то из детей позволял себе что-то такое, пошутить или сделать что-нибудь пакостное, отец мог запросто отвесить подзатыльника, поэтому мы вели себя спокойно. | | |
| |
|
Рассказ №24441
|
