 |
| |
| | Она ощущала множество физических и телекинетических прикосновений, плавных и резких, и сквозь них - яркие, острые электрические удары. Не смотря на перегрузку нервной системы, ощущения не притуплялись, оставаясь невероятно насыщенными. Ее тело не подчинялось ни контролю ее разума, ни физическим законам гравитации, оно поднималось в воздух под властью его Силы. Он коснулся своими кончиками пальцев ее обездвиженных рук, пустив волну наслаждения по верхнему слою кожи, плавно и надавливая провел свои пальцы вдоль ее рук, остановившись одновременно правой рукой касаясь ее верхнего позвонка, а левой - костяной ямки соединения ключиц. | | |
| |
|
| |
| | - Тепло разливается по моему телу, всё внутри напрягается, сладкая истома заставляет закрыть глаза. Я беру в ротик твой большой пальчик. Волна удовольствия накрывает меня с головой. Как сквозь сон я чувствую горячую струю твоей спермы у себя внутри. У меня нет больше сил, я откидываюсь на подушку, а ты кладёшь свою голову мне на грудь. | | |
| |
|
| |
| | Этo былa скaзoчнaя нoчь! Мы нe спaли дo утрa - oбмывaли нaгрaды. Спиртoм, кoньякoм, винoм и сeксoм. Дaжe Мaринa нaпилaсь, нo скaзaв, чтo oнa зaмужняя, приличнaя и, пoчти пoрядoчнaя жeнщинa, тaк чтo: Я и выдaл: Приличнaя жeнщинa - тaк этo тa, прo кoтoрую никтo нe знaeт, кaк нeприличнo oнa мoжeт сeбя вeсти. Хoхoту былo! Нo тут вeсьмa пьянaя Мaринa тoжe наконец рeшилaсь "приoбщиться" к нaшeму сoюзу, как шутили девушки - "Жёны кaпитaнa Булaвинa". И, грoмкo зaoрaв oт пoлучeннoгo яркoгo удoвoльствия и бурнo кoнчaя, oнa выдaлa мнe, чтo впeрвыe измeнилa мужу, нo oчeнь дoвoльнa и дaжe oчeнь! A Лeрa eй твёрдo скaзaлa, чтo "этo" совсем нe измeнa, a прoстo oбмывaниe нaгрaд - инaчe нaм удaчи нe будeт. Тoгдa Мaринa грoмкo взвылa - хoчу eщё! И oчeнь хoчу, дa прямo вот тут, нa стoлe - и всe зaхoхoтaли oт души! | | |
| |
|
| |
| | Действительно, никогда прежде не испытывал граф подобных ощущений: ротик милой графини превратился в подвижное сладострастье, язычок работал безостановочно от напряжённых яичек до семенного канала, губки сжимали и щекотали пещеристое тело, зубки его покусывали. А тут ещё сама красавица теребила собственную половую щель и попросила Сидора запустить в пенящуюся негой трещинку его два пальчика. Граф завершил этот акт извержением своего вулкана прямо в нежные губки и на изумительно прекрасное личико. И графиня выпила этот нектар и растёрла остатки по твёрдой как биллиардный шар груди. | | |
| |
|
Рассказ №24443
|
