 |
| |
| | Посреди комнаты стояло массивное кресло. Я сел в него, положив руки и ноги на подлокотники. Партнерша медленно стянула их ремнями, фиксируя - правая нога и рука крепились ремнем к правому подлокотнику, левая рука и нога - к левому. Я был полностью обездвижен, а Марине, наоборот, было удобно. Стоя рядом, она имела доступ к моим уязвимым местам. | | |
| |
|
| |
| | Она попросила так тихо, что и себя-то едва услышала, но брат понял. Вернулся к ней, распахивая халат, и Даша увидела перед собой выпрямившуюся, готовую идти в бой мужскую силу. Не то чтобы она не представляла, как это выглядит, но по настоящему, рядом с собой видела впервые. Дашка не была букой или недотрогой. И с парнями в выпускных классах встречалась, и позволяла, конечно, кое-что. Но все больше так, не всерьез, на уровне волнующей игры. Да и пацаны больше стремились снять с что-то нее, чем сами раздеться. Вот и оставалась Даша пока необразованной. | | |
| |
|
| |
| | Потом открыл дверь и в комнату вбежал пёс, немецкая овчарка, которую я видел у них во дворе, в будке. Пёс подошёл к Вере сзади и стал нюхать её пизду. Я увидел, как у кобеля стал вылезать член. Понюхав, пёс запрыгнул на неё сзади, обхватил её лапами и пытается вставить член в пизду, но никак не мог попасть. Тут Вадим присел рядом, взял член пса у основания и направил его в пизду женщины. Пёс сильнее обхватил её передними лапами и член проскользнул в пизду, женщина застонала, а пёс стал яростно трахать её. С каждым толчком пса, женщина начала стонать всё сильнее. | | |
| |
|
| |
| | Лариса застыла. Она так искусно подводила ситуацию к чему-то подобному и наконец подвела. Все сложилось как нельзя лучше для нее. Она не была зачинщицей - первый ход сделали они. Она была одна против двоих и могла потом сказать, что ее просто взяли силой. Она подняла парней на такой уровень возбуждения, что ни были готовы трахать хоть разделочную доску. Но именно теперь, достигнув цели, она не решалась сделать свой шаг. Она так и стояла столбом, переводя взгляд с твердого члена парня на его лицо. При этом тело ее, опять независимо от разума, жило своей собственной жизнью: одна рука теребила то пояс, то пуговицу халата, другая то приглаживала волосы, то прикасалась к лицу... На нее напало странное оцепенение. Лишь потом она поняла, что просто испугалась: и осуществления собственной мечты, и того, что будет заниматься любовью с двумя пацанами, годившимися ей в сыновья, и того, что всего в нескольких метрах спит ее сын... | | |
| |
|
Рассказ №24508
|
