 |
| |
| | Роман вернулся в полночь домой, он был в таком состоянии, что не ощутил отсутствие жены. Наутро болела голова, и он был счастлив, что у него сегодня была последняя пара. Вечерняя встреча с друзьями прошла в том же темпе, и у Романа вновь не было возможности справиться о супруге. Делая ответный жест, на третий день Роман угощал компанию, он не любил оставаться в долгу, поэтому встреча прошла ещё кручи, после которой он даже не пришёл ночевать. В этот день у него не было занятий вообще, и выспавшись на какой-то съёмной квартире с друзьями почти до обеда, Роман отправился на поиски Леры. Ему хотелось выяснить их отношения до конца, чтобы поставить жирную точку. | | |
| |
|
| |
| | Встаю с кресла... я же так и не кончил... просто какое-то жуткое перевозбуждение... но так и не кончил... подхожу к ней... вижу как покраснели ее половые губы. . они очень натружены... . подставляю головку члена к ее лону и с размаху вхожу в ее плоть... как влажно внутри... после каждой фрикции. . немного чужой спермы выходит из ее влагалища... такого кайфа от секса с любимой я никогда не испытывал... даже когда первый раз занимались любовью с ней. Не могу долго держаться и в конвульсиях кончаю в нее... | | |
| |
|
| |
| | Я елозил по подушке животом взад-вперёд, мой членик тёрся о шёлковую наволочку, всё моё тело ломило от неги, в животе нарастала волна, и вдруг я почувствовал, как член Вадика раздувается во мне, движения его убыстрились и стали неровными, и я понял - он кончает! Осознание этого пронзило меня, волна из живота выплеснулась на всё тело, ноги сжались и согнулись в коленях, прижимая пятками Вадика ко мне, руки вытянулись, комкая простыню, я запрокинул голову, открыв рот в беззвучном крике, и тоже стал кончать, заливая подушку спермой и насаживаясь попкой на такой желанный и сладкий член, чувствуя, как разливается его сперма в моём содрогающемся нутре. | | |
| |
|
| |
| | За ужином твои родители устроили мне настоящий допрос с пристрастием. Но меня шокировало ни это, а то, что ты не пытался меня защищать и даже смеялся над их колкостями в мой адрес. Ну их-то я могу понять - чужой человек в их доме с претензиями на их драгоценное чадо, а ты? Любимая женщина в твоем доме, полная нежности и страсти к тебе, мог бы хоть слово доброе обо мне им сказать, так нет же! Я это безусловно оценила и решила приглядеться к тебе повнимательнее. Дальше было хуже. Завтрак с тех пор мне, конечно, стали выделять, но я из возлюбленной постепенно стала превращаться в домработницу. Я гладила тебе рубашки, стирала носки твоему папаше, делала твоей мамане педикюр, потом ты завел себе сенбернара, которого я, невзирая на аллергию, должна была выгуливать, вычесывать, вымывать, выцеловывать. Ты любил эту чертову собаку больше чем меня. Я медленно, но верно начинала сходить с ума. Я запустила себя: перестала краситься, забросила термобигуди, дико поправилась. Я выучила на память сотню кулинарных книг и забыла, кто написал Фауста . Я перестала отличать Шекспира от Шопена, а Станиславского от Жериновского, но зато наверняка знала, что Кончита беременна от Рохелио, а Хуана тайно вышла замуж за Педро тридцать восемь серий тому назад. Фортепиано я сменила на вязание, а высокие шпильки на лохматые тапочки. Я не ходила дальше гастронома за углом и неделями не видела ничего, кроме слюнявой мордяки твоего мерзкого пса. | | |
| |
|
Рассказ №24676
|
