 |
| |
| | Женя (буду его теперь так называть) ввел в меня свой член довольно глубоко и остановился. И вовремя - я уже хотела начать истошно вопить. Постепенно боль притуплялась - очевидно какой-то анестетик в смазке. Он тихонько двинулся во мне и боль возобновилась. Но Женя постепенно, с паузами все двигался внутри моей попы и постепенно я привыкала. Конечно никакого удовольствия я в этот раз не получила - научилась терпеть боль и не более того. Женя пользовал меня в попу уже минут пять, когда я с облегчением почувствовала внутри себя судорожные сокращения его инструмента - наконец-то кончает! | | |
| |
|
| |
| | Юрий Семёныч действительно хотел ударить, но в комнату вовремя влетела Наталья, где-то сидевшая до сих пор, она опередила мамашу с сестрой, подскочила ко мне и властно шикнула на Юрия Семёныча: | | |
| |
|
| |
| | Настоятельница монастыря "Святой Женевьевы", строгая монахиня Матильда Краузе, склонившись над столом, просматривала тетради своих юных воспитанниц, подчеркивала красным карандашом обнаруженные ошибки. "Ах, как плохо пишут" - сокрушалась она, намериваясь сделать выговор матери Гортензии, преподававшей французский язык. Она хотела позвонить, но в это время одна из монахинь-надзирательниц подала ей на подносе для писем конверт. Разорвав его, Матильда Краузе прочла следующие строки:
| | |
| |
|
| |
| | Сын покраснел и стоял не шелохнувшись. Двумя руками Ирина стянула трусы сына до колен. Хуй Леонида торчал вверх, Ирина потянула трусы сына дальше вниз. Лёнька переступил через них и стоял теперь совершенно голый. | | |
| |
|
Рассказ №24679
|
