 |
| |
| | Аня подавилась последними словами хуй всунули ей в рот сразу на половину. Она начала старательно и нежно обсасывать его. Ее ужасно возбуждала мысль, что она облизывает смазку из пизды своей подружки. Андрей взял ее за затылок и удерживая стал буквально трахать в рот. От нежности не осталось и следа. Он использовал ее, как шлюху и ей это доставляло, какое-то странное удовольствие. Спустя пару минут он взял ее за волосы и принудил встать. Потащил в комнату на супружескую постель. Она не сопротивлялась. Пока он снимал штаны и ложился на спину. Она сама сняла свои трусы и сбросила халат. Какие у него здоровые яйца, отметила она про себя. Сколько же там спермы? Сегодня, какой день? В меня можно? Носились мысли в ее красивой головке. | | |
| |
|
| |
| | Несколько раз провожу им по маминой вагине, по половым губам и нащупав вход во влагалище, толчком загоняю его туда. Мама судорожно втягивает воздух. Мне хорошо внутри нее. Я начинаю двигаться вперед-назад. Мама замолкает и закрывает глаза. На ее губах появляется легкая улыбка. "Да, да, да!"-слышу я ее легкий шепот. Я отпускаю ее руки. Она обнимает меня, притягивая к себе. Мной овладевает эйфория. Я снова трахаю мамочку! Трахаю эту стерву! Как же мне хорошо! Мама издает легкий стон, ее тело немного содрогается, я чувствую щекотание в головке, сейчас я кончу! И слышу умоляющий голос мамы: "Не сейчас, не сейчас!" Я напрягаюсь перебарывая щекотание. Мама открывает рот и громко, протяжно стонет. Я прикрываю ее рот ладошкой. Я вхожу в стерву во всю длину моего члена. Амплитуда максимальная. | | |
| |
|
| |
| | Первая порка была для нее потрясением, ведь даже в детстве ее никогда так строго не наказывали. Но в этот раз она была изумлена не меньше. Во-первых, удары розги были острее. Во-вторых, она и не думала, что пороть можно не только по ягодицам. Обнаженная и беспомощная, скулящая от боли и унижения, она впервые принимала удары по всему телу. Особенно потрясли ее удары по беззащитной груди. Прутья оставляли на белой коже резкие красные полосы. Покорная женщина не способна была о чем-то думать, между ударами она пыталась забыться, словно все происходящее касалось кого-то другого. Ожог следующего удара ненадолго возвращал ее обратно, затем она вновь убегала в спасительную вату чувственного отупения. "Уже неплохо, сучка" - удовлетворенно сказал ее повелитель. "Не пытаешься уворачиваться и честно принимаешь наказание". Скупая похвала вернула ее к жизни, она почувствовала непонятную радость. Кожа горела, но хозяин не зверствовал и происходящее начало казаться ей каким-то очищающим таинством. Она вдохновенно распрямилась, старательно подставляя истерзанное тело под последние удары. | | |
| |
|
Рассказ №24713
|
