 |
| |
| | Мама тяжело дышала, трудясь над ним. Она садилась ему на спину, касалась грудью его спины, так что Игорь кожей чувствовал её большие шершавые соски. Это всегда возбуждало его невероятно, так что становилось больно лежать на животе. Он всячески убеждал себя, что собственно с самой матерью это вожделение никак не связано. Всякий раз он старался делать вид, что ничего особенного не происходит. Но его член всё более деревенел, разбухал до огромных размеров, и когда Игорь переворачивался на живот, или поднимался на ноги, конечно, было невозможно не обращать на него внимания, даже в темноте парилки. Пока мать натирала его мочалкой или обливала водой, Игорь то и дело нечаянно постоянно задевал им маму. В темноте он чувствовал мамино замешательство, даже больше смятение и испуг. Или если касался нечаянно рукой её груди, или попки, или бедра. Торопливо одергивал руку. Оба краснели, и стыдливо сопели, всеми силами делая вид, что ничего особенного не происходит. И оба всегда молчали. | | |
| |
|
| |
| | Теперь была моя очередь попробовать этого самца. Я встал за ним и передо мной открылась великолепная волосатая задница, я взялся обеими руками за бока и начал медленно вводить мой член в мокрую от смазки дырочку. Член вошёл без препятствий, что позволяло мне понять что у него часто бывает секс или он регулярно долбит себя лидом. Я начал трахать Альберта, но продолжал стонать, мой парень находился рядом со мной и мог наблюдать как движется мой член в тёплой заднице сирийца. | | |
| |
|
| |
| | Маша, чувствуя напряжение пениса Толика, начала сама двигать тазом. Поймала такт движения Дениса, синхронизировалась с ним. Так получилось что Толяна ебли с двух сторон. Его ломающийся голос подростка выкрикивал слова услады, стоны. Сестра подвела первой - необычный трах содрогнул её тело. Вагина начала высасывать из члена слизь. Толик был следующий - успел спермоцех подготовить порцию не известно, но пенис подергался несколько раз. Третий ебарь наткнулся на энергетический импульс - притянул таз Толика плотнее и излился. | | |
| |
|
| |
| | Мой окаменевший как статуя, член самостоятельно нашел путь к свободе: он вылез через штанину трусов. И тут же по нему, раз и другой, электрической волной прошлись кудряшки маминых волос. Я открыл рот в безмолвном крике и захлебнулся в горячей, остро пахнувшей патоке... | | |
| |
|
Рассказ №24817
|
