 |
| |
| | Лицом рыжая гриффиндорка почти утыкалась в промежность Беллы, и та ссала ей прямо в распахнутый рот мощной струёй. Отвратительная желтоватая жидкость пенилась во рту Джинни. Горло девушки будто били судороги - оно пыталось одновременно и пропустить всю мочу в пищевод, и отрыгнуть её обратно. Люциус в третий раз щёлкнул по спине Джинни кнутом. Не так сильно, но девушка дёрнулась, и иссякающая струя угодила ей в глаза и в нос. Гриффиндорка поперхнулась и зашлась в кашле. Джинни отчаянно отплёвывалась, тёрла глаза, растирала мочу по лицу. | | |
| |
|
| |
| |
- Ага, музон послушаем...
| | |
| |
|
| |
| | Больше всего на свете Полина не любила две вещи: свое собственное имя и арфу. И тем и другим она была обязана своей мамочке. Когда Полина окончила музыкальную школу по классу фортепиано, ее мать веско промолвила: «Наша дочь будет играть на арфе». И хотя Полина не питала к своей мамочке ни малейшего уважения, ей пришлось подчиниться. На сторону мамочки встал отец, которого она боготворила и немного побаивалась. «Полина, так нужно!», - сказал он, и Полина поступила в училище на отделение щипковых, | | |
| |
|
| |
| | Вновь знакомый твердый цилиндр уткнулся в низ моего живота, с силой надавил и резко перешел в вертикальное положение, скользнув по мне. Вновь несколько костлявых выступов оказались на мне, доставляя ощутимую, но такую приятную боль. Вновь тонкое длинное тело, тонкое и казавшееся таким хрупким, прижималось ко мне. Глаза Сережи закрылись. Губы же наоборот раскрылись, ловя мои губы. Сережа целовал меня. А я целовал его... И, да, я чувствовал, как твердая палка внизу вновь упирается мне в живот. И мой член, неподатливо твердый, давит на живот парня. | | |
| |
|
Рассказ №25161
|
