 |
| |
| | Но пока я не твоей раб, пока я не жду твоей милости и пока не завишу от твоей прихоти, я расскажу тебе чего я хочу... Я хочу чтобы ты продолжала так же страстно желать меня, как сейчас, когда читаешь эти строки... Я хочу чтобы в каждом мужчине ты искала и не находила меня, чтобы каждый раз, когда ты занимаешься любовью, ты представляла меня рядом с собой, мои руки, мои губы, мою плоть, чтобы ты шептала мое имя... Чтобы ты терзала себя украдкой, погружала свои пальчики внутрь, себя, ласкала и достигала оргазма, лишь думая обо мне и вспоминая мои слова... Чтобы утром просыпаясь ты вспоминала свои сны, в которых мы занимались безумным сексом, и уже от этого начинала возбуждаться... Чтобы все твои мысли были полны желанием овладеть мной, слиться мо мной, любить и ненавидеть меня... Я хочу чтобы твоя Душа принадлежалала мне... Я хочу стать твоей мечтой, самой заветной, самой тайной, самое порочной, самой неприличной, самой желанной твоей мечтой... | | |
| |
|
| |
| | Так в ресторане я даже стал возбуждаться, раз за разом прокручивая произошедшее с моей женой... какая-то лавка, какой-то грязный продавец, лапающий мою жену, и, фактически, трахнувший ее прямо у меня на глазах... Мы с женой не последние люди у себя на Родине, такого в России с нами просто не могло произойти. А тут все так буднично... Уже темнело, и мы думали закончить шоппинг, но оказалось, что базар работает до часу ночи! Но мы уже изрядно устав от повышенного внимания к нашим персонам (в первую очередь к Наташе) решили посетить еще пару-тройку лавок и домой. | | |
| |
|
| |
| | Парень обхватил мои бедра, где-то ближе к коленям, и еще сильнее развёл в стороны. Пристроив свой член к всё ещё не полностью закрывшемуся анусу, он легко проник в меня. Его аппарат был немного меньше Светкиного, да и не такой рельефный. Однако я вынужден был признать правоту развратной девчонки - я чувствовал его огонь, его пульсирующую кровь, страсть живого тела. По тому, как набух мой член, стало понятно, что в этот раз развязка наступит гораздо быстрее. Будет, по меньшей мере, не честно, если Никита не успеет кончить. Я принялся работать сфинктером, сжимаясь тогда, когда ощущал уплотнение головки. Ответом мне стало довольно мычание паренька. Он возвышался надо мной и я легко мог видеть счастье в его глазах. Я извивался, стонал, двигал тазом - теперь мной управляли не только собственное ощущения ощущения, но и желание принести наслаждение мужчине, который удовлетворял меня. Ощущение оргазма пришло внезапно, гораздо сильнее, чем в первый раз. Понимая, что не успеваю, я сжал анус так сильно, как смог и начал двигаться в бешеном темпе. Тугие толчки спермы и глухой стон служили знаком того, что всё удалось. Никита вынул член и повалился на меня. Тут уже было не до отвращения - я впился в мужские губы, проталкивая язык. Его язык был твёрже и шершавее женского. Трудно сказать, были ли ощущения лучше или хуже. Но разница между ними была колоссальна. Я даже не могу с полной уверенностью сказать, сколько времени мы провели, слившись в поцелуе. Рядом раздался тихий, всхлипывающий женский стон. Светка сидела в кресле, впившись в нас взглядом. Её пальцы порхали по коже в районе паха. Я еще раз поцеловал Никиту, уже коротко, как бы дразня. Спросил: | | |
| |
|
| |
| | Почему-то исследователи истории марксизма мало останавливаются на вопросах секса в пролетарском учении, хотя в "Манифесте Коммунистической партии" целая глава посвящена рассуждениям: "Как будем делить женщин?"
| | |
| |
|
Рассказ №25314
|
