 |
| |
| | Последний секс с ним опишу коротко... он снова отработал языком и пальцами... навалился и довольно агрессивно ебал в пизденку... а тут я сама его попросила: положила под низ спины подушку, и он вошел мне в попку... немного поработал ней... а потом я положила ему на плечи ноги и он начал плавно качать... я ласкала пизденку руками... потом он вытеснил мою руку своей и начал терзать мои дырочки... когда меня стало накрывать я попросила - "только не отпускай и продолжай ебать"... и он тут же второй рукой сжал мои ноги... руками я трогала грудь... соски уже болели, но терзала их сильнее и сильнее... потом закинула руки за голову - как будто собиралась встать на "мостик" и стала выгибаться ему навстречу... оргазм бомба! Безумие и бесстыдство... 29-летняя женщина металась на хую этого паренька и выла как шлюха... а он держал... держал и напирал... | | |
| |
|
| |
| | Компания тем временем перебралась из бани во внутренний дворик. Набросить на себя хотя бы полотенце, конечно, никто и не подумал. Плюхнулись, как были голышом, в плетеные кресла и, блаженствуя, потягивали кто квас, кто пиво. Красота! В прямом и переносном смысле. И душе приятно, и взгляду. Весь товар напоказ. Хоть мужской, хоть женский. Нескромно расставленные ножки, животики, плечи, упругие мячики грудей - все на радость мужчинам. А Игорь с Константином даже и не пытаются скрыть свое "приподнятое настроение". Гляди, не хочу. И женщины, хоть это внешне и не так заметно, тоже на взводе. Глаза влажные, блестят, дыхание частым стало, соски в тверденькие кнопочки превращаются. Ане себя не видно, но судя по мамам и Ирке всем уже не кваса хочется. | | |
| |
|
| |
| | Элина посмотрела мне в глаза, и осторожно погрузила головку члена в свой рот. Несколько секунд она ласкала языком мою плоть, и потом энергично погрузила мой член на всю 17-сантиметровую глубину в свое горло. Она уперлась носом в мой лобок, и начала делать глотательные движения, от чего я чуть не кончил, но сдержал себя, чтобы продлить удовольствие. Дальше она начала ритмично двигаться вверх-вниз на всю длину члена и глубину ее глотки. Чмокающие звуки разносились по залу, от чего я возбуждался еще сильнее. Девочки завороженно смотрели на эту сцену и гладили мой пресс, ноги, грудь, подлезали снизу, чтобы полизать и поцеловать яйца. | | |
| |
|
| |
| | Я был ребёнком, наделённым всем: деньгами, вниманием, всем тем, что казалось взрослым достаточным для моего благополучия. Они уделяли время и средства лишь на внешнюю сторону, на материальное состояние моего существования. Никто не хотел даже думать, что у меня может быть не в порядке что-то внутреннее, не всем доступное, а я не испытывал желания показывать это. Испытывать желание. Это многое означало для меня тогда, и это сделало меня тем, кто я есть сейчас, хотя я давным-давно отказался от такой привычки - испытывать хоть сколько-нибудь значащие желания. По этому поводу могу сказать вот что: наряду с чувственным содержанием, во мне было ещё и другое, желание физическое. С раннего возраста я борол в себе влечение к девочкам, как ни тривиально это говорить. А кто не тривиален в своих желаниях? Я желал их, я хотел их, я мечтал об обладании ими, но нечто тяготило меня, нечто пугало, и нечто запрещало мне делить свою постель с ними, также, я уверен, желающими мальчиков, и также боящимися выказать своё желание. Это к вопросу о моих разногласиях с миром, с обществом и моралью. Я считал, что имею веские основания на то, чтобы пренебрегать их правилами. Общество несправедливо. Оно правильно. Правильность - в несправедливости. И я отдаю отчёт себе в том, что всё в этом мире правильно, но эти правила и правильность не устраивали меня. | | |
| |
|
Рассказ №25381
|
