 |
| |
| | К тpидцати двум годам Эpик окончательно понял, что женщины в его жизни - самое главное. Он, можно сказать, не в силах был пpопустить ни одной юбки. Готов был в любое вpемя дня и ночи пуститься во все тяжкие с какой-то самозабвенной, иногда даже его самого пугающей стpастью. В кpугу знакомых о его потенции ходили легенды. Он мог заниматься любовью везде, всегда, с кем угодно. Шутники утвеpждали, что у Эpика стоит даже во сне. И в общем, Эpик вполне опpавдывал свою pепутацию: он использовал малейш | | |
| |
|
| |
| | Завитки сладко-горьких чувств, уходящие в пустоту. Вроде бы он смотрел - но он не видел. Его взгляд был уважительным и даже благоговейным - но было ли в нём что-то ещё? Иногда он странно смотрел на тебя и взгляд его переплетался с твоим в дивную руладу - но очарование момента в следующий миг разрушал выстрел кого-либо из Агентов, а тебе впоследствии оставалось лишь только гадать, не наивная ли ты мечтательница, взявшая желаемое за действительное? | | |
| |
|
| |
| | Не успев даже подумать над его словами, я почувствовала, что по моей пипке скользит что-то теплое, нежное, влажное. О, Боже, он лизал меня! Волны какого-то неведомого до сель чувства стремительно растекались по моему телу от прикосновений его языка. Дыханье у меня перехватило, а по спине побежали мурашки. "Вытирал" он мою писю недолго, меньше минуты, но это произвело на меня неизгладимый эффект. Я шла домой как опоенная, чуть не прошла мимо лотка с мороженым, а писька моя, несмотря на то, что дядька ее "вытер" совсем размокла, и даже трусы стали сырыми. Весь следующий день, сидя в школе на уроках, я думала о том, будет ли дядька "вытирать" сегодня мою пипку. И от таких мыслей трусы мои снова становились влажными. И вот после школы я снова встретилась в больничном скверике со своим извращенцем. Все прошло, как и обычно: я пописала, последние капли опять оросили его лицо, а я не встаю с подставок, жду чего-то. Дядька и спрашивает меня: "Вытереть тут у тебя?". Слова застряли в горле, но я только промычала что-то вроде "Угу!". Этот извращенец взялся за дело с большим энтузиазмом. Правда он это делал не так как ты, без всяких примочек, - просто лизал и всё. Но мне и этого было достаточно. Нет, я не кончала, как ты, наверное, подумал. Было очень приятно, но в этом я боялась сознаться даже самой себе. Так у нас ним и повелось с того дня, что после моего освобождения мочевого пузыря его язык тщательно вылизывал мне всю промежность. | | |
| |
|
| |
| | Нежность и только нежность. Она рвется наружу, не дает покоя. Я сама тебя раздену, осторожно, ласково, постепенно освобождая тебя от ненужной одежды. Нет, пуговицы рвать не будем. Медленно расстегиваю по одной и целую каждую освободившуюся клеточку.
| | |
| |
|
Рассказ №25418
|
