 |
| |
| | Мне оставалось только верить. В голове было как в бреду. Я потушил лампу, но луна была яркая, и в блиндаже было достаточно светло. Сел у него между ног, пересилив свою брезгливость и свое самолюбие, взял головку в рот. Камил удовлетворенно, радый, что добился своего, подался мне навстречу. Держа член во рту, я заострил внимание на вкусе, ничего неприятного не было, и я начал ртом потихоньку подрачивать. Было уже ясно, что назад ходу не было, и чем лучше я это сделаю, тем быстрее это закончится, Я сосредоточился и начал стараться. Было видно, что Камилу это нравилось, он говорил, что у меня хорошо получается, но не кончал, видно растягивал удовольствие. Я уже увеличивал скорость, начали побаливать губы и челюсть, и вдруг прям в горло стрельнула горячая струя спермы. Я подавился, хотел прокашляться, но он держал мою голову пока не прошли конвульсии. Было видно, что он доволен, вытерся полотенцем. | | |
| |
|
| |
| | Котян так все и сделал - в нужный момент прихлопнул Сеньку по затылку, и головка победно пошла дальше, да так что он начал яйцами биться о подбородок пацана. Сенька чуть не сошел с ума от рвотных позывов, но Котян крепко держал Сенькину голову и долбил долбил долбил. Потом вынул член и через пару минут все повторилось, и так пока Котян не начал кончать. В отличие от Трофимыча сперма у Котяна была вкусная. Сенька ее выпил всю, а потом когда Котян вынул член то Сенька облизал головку пока на ней не осталось ни капли спермы. | | |
| |
|
| |
| | Серега трахнул ее еще раз в то время, пока я делал вид, что сплю и старался, чтобы они не заметили моего стояшего колом члена и сбивчивого дыхания. Но об этом я расскажу как-нибудь в следующий раз. | | |
| |
|
| |
| | Несмотря на корвалол, Лида никак не могла уснуть. В голове непрестанно крутились какие-то обрывки пугающих мыслей о том, что это видение - неспроста: Но додумать такие мысли было так страшно, что она увиливала от необходимости думать об этом, стараясь переключиться на что-нибудь другое. Однако, мучительные обрывки не отпускали её: Измучившись в борьбе с самой собой, Лида опять пошла на кухню, и снова выпила успокоительное. И опять - без пользы. В отчаянии она села рядом с кухонным столом, легла головой на сложенные руки и заплакала от бессильной жалости к себе. Сначала она плакала беззвучно, но, постепенно, рыдания стали усиливаться. Вдруг скрипнула дверь, и в кухню вошёл её сын. Он пошёл к матери, обнял её за дрожащие плечи и испуганно спросил: | | |
| |
|
Рассказ №25693
|
