 |
| |
| | "Вот изврат! Давайте его обосрем". Я лег, и на меня начали срать, а потом ссать. Один насрал мне на голову, и я размазал говно по волосам и голове. Одну какашку я проглотил, поскольку решил, что голоден. Запил я их мочой. Потом меня стали трахать и через час беспрерывной ебли оставили в покое. Яша с приятелями ушли, так и не отдав одежду. Я решил остаться в туалете и спрятался в крайней кабинке. Из-за вони было мало посетителей, но в середине дне пришел покакать какой-то мальчик из начальной школы. Он оставил горку вкусного, ароматного говна. Слив не работал, и она осталась лежать в унитазе. Я достал ее и стал кушать. Поев, я решил пройти в женский туалет. Дождавшись, начала урока, я прошмыгнул в соседнюю дверь. Оставалось ждать. Два раза заходили писать, но я все прятался. Скоро пришла незнакомая девчонка и стала какать. | | |
| |
|
| |
| | Мгновение Тания любовно смотрела на нее, после чего нежно откинула с блестящего от пота лба Милены прилипшую к нему прядь темных волос, и, легонько коснувшись губами ее правильной формы носа, тихо спросила: "Ты уже вернулась на бренную землю, милая?". Милена приоткрыла один глаз и произнесла только два слова: "Боже мой!". Тания улыбнулась и погладила ее по щеке. Несколько секунд Милена не мигая глядела прямо в глаза Тании. Она прекрасно понимала, что та здесь вовсе не потому, что ее отпустили за хорошее поведение, и что в любой момент ее могут снова забрать у нее, возможно, навсегда, но в этот миг она не хотела об этом думать. Сейчас они были вместе, и только это имело значение. Она приподнялась и принялась страстно, даже с каким-то отчаянием ее целовать. Ее губы и руки исследовали каждую клеточку тела Тании, спускаясь все ниже и ниже, стремясь довести ту до вершины блаженства, туда, где сама она пребывала совсем недавно. Судя по реакции Тании, она была близка к своей цели. Тания шумно вдыхала и выдыхала воздух сквозь сильно стиснутые зубы и подавляла в себе желание закричать. | | |
| |
|
| |
| | Я на колени к врачу уже не умещалась, поэтому загнали за ширму, велели раздеться и начали "пытки". Итак, ребёнку 12 лет, груши явно мало для такого возраста. Кружек Эсмарха то-ли нету, то-ли экономия... Зато груш - навалом... Лежу, краснея наблюдаю, как мимо приёмного покоя "дефилируют" пацаны, девчёнки и прочий больничный народ, сзади врач "выполняет план" по количеству клизм в пятилетку на отдельно взятую попу, попе всё уже до полного фонаря: "Отжали ягодицы, вставили, зажали, терпим, терпим, терпим! Ещё немножко! Хлюп... Сейчас ещё одну... Отжали... " За ширму вваливается мамаша - в одной руке ребёнок, в другой - клизма: "А мы уже покакали!". Ребёнок с интересом рассматривает "Тётю с голой попой", из которой торчит очередная клизма, которую вставили в момент их прихода, а сжать забыли... | | |
| |
|
| |
| | Но в этот раз место возле столбика не было по обыкновению пусто. Возле него, окружённая туманом, стояла девочка. С прямыми, длинными волосами - свисающими до того места, откуда у маленьких девочек растут крылышки. В светлой маечке. Она мечтательно обхватила столбик одной рукой, а другой производила сложные пируэты в воздухе. Ну знаете, когда дирижёр медленно ведёт рукой слева направо, а потом так же медленно обратно. В тумане этот жест был особенно удивителен и полон скрытого смысла. Глаза у девочки были закрыты. | | |
| |
|
Рассказ №25722
|
