 |
| |
| | Русский продолжал ее долбить с тем же темпом. Это снова завело ее и она снова начала себя ласкать. И вновь еще более яркий оргазм сотряс ее через несколько минут. Потом она отдыхала минут десять ощущая как ее тело сотрясают мощные толчки. А затем вновь появилось желание и она снова и снова ласкала себя. В этот раз оргазм был такой, что она на несколько секунд потеряла сознание. А очнувшись, почувствовала, что русский ухватил ее двумя руками за бедра начал просто натягивать на свой член до упора при этом рыча и обильно кончая в нее. | | |
| |
|
| |
| | Лара подошла к лежащему на матери Сэму и коснулась его широкой спины руками. Сэм ощутил тёплое прикосновение ладошек Лары, они гладили спину, опустились на ягодицы, переходя на бёдра и обратно возвращаясь к попе, Сэму было приятны эти ласки, но он ждал продолжения, не прекращая трахать Тину. Лара, погладив две волосатые "булки", приблизилась к ним лицом, раздвинула их пальцами, и перед ней открылось тёмное волосатое кольцо ануса Сэма. Влажным языком Лара провела от яиц по всей ложбине промежности Сэма, обильно смочив слюной, присосалась губами к анусу. Сэм испытывал приятные и очень возбуждающие ощущения, губы Лары так сладко целовали его зад, а язычок буравил его дырку, своим остриём стараясь протиснуться внутрь, и вскоре это стало получаться. Возбуждение накатилось новой волной, член Сэма ещё больше налился кровью, увеличиваясь в размерах так, что Тина вскрикнула от очередного толчка в её "плево". | | |
| |
|
| |
| | В это время кто-то ощупал мои яйца, обхватил член, оценив его готовность, и неожиданно я почувствовал язычок уже в своей заднице. И кончил от этого в заботливо подставленную ладошку. Человек за спиной втёр сперму мне в очко. Чувствуя, к чему идёт дело, я попытался вырваться, но в это время парень, которому я делал минет, обхватил мою голову и вновь сунул член мне в горло, подавив протестующий крик в зародыше. | | |
| |
|
| |
| | "Я только посмотрю на него" - подумала я, доставая сплющенный свиток. В самом деле, не буду же я читать письмо, которое меня по-дружески попросили не вскрывать. Бумага была шершавая и вместе с тем шелковистая на ощупь. В середине - восковая клякса, вычурная печать. Круг, разбитый на четыре сектора, в верхнем левом и нижнем правом - трилистники, в двух других - вставшие на дыбы волки. Да, плохая в Догеве бумага, а воск и вовсе никудышный - вон, печать уже отклеивается. Чего доброго, Учитель подумает, что я пыталась вскрыть письмо. Стоит, наверное, отклеить ее вообще, а затем приставить на место магией. | | |
| |
|
Рассказ №25729
|
