 |
| |
| | Двигая тазом, упираясь в булочки одинокой и несчастной до этого момента женщины, Кондрат Юрьевич наконец то, за минут сорок совместного удовольствия довел до струйного оргазма самую красивую и теперь уже не такую и одинокую женщину в деревне, сам же при этом почти одновременно с ней, кончая на ее спину, слегка задевая семенем изголодавшегося по женщинами мужчины ее юбку и блузку. Она же находясь в таком положении лишь попросила вытереть эту обильно покрывшую ее жидкость, ещё способную к деторождению. | | |
| |
|
| |
| | После тридцати ударов, некогда ровная поверхность Ромкиной попки стала напоминать окученное поле с картошкой. Ягодицы пересекали бардовые рубцы, от которых разливалась красная краска по всей попке девятиклассника. Там где в кожу впивались кончики прутьев, остались ранки, из которых сочилась кровь. | | |
| |
|
| |
| | Глаза Андрейки полузакрыты как тогда на поляне, на лбу Андрейки выступили капельки пота, губа закушена. Отец, всегда строгий, нависал над Андрейкой, казалось не терял контроль даже в такой ситуации: его поршень, явно больше Андрейкиного и показавшийся мне тогда огромным, ритмично входил и выходил туда, куда я и не догадывался, что можно входить! Не в силах контролировать себя, я левой рукой сжал Андрейкины семейки, поднёс их к носу и вдохнул их запах, правой же рукой я начал разъярённо дрочить. Неожиданно, Андрейка открыл глаза и посмотрел на дверь, по его лицу скользнула странная улыбка, он притянул к себе отца и что-то прошептал. Отец бросил быстрый взгляд на дверь и вышел из Андрейки. Я было думал, что отец устроит мне выволочку, но он просто сменил позу. Теперь отец лежал на кровати, а Андрейка скакал на его хуе; Андрейка смотрел на меня и дрочил себе. Отцовский хуй входил в тело Андрейки и больше всего мне хотелось быть на месте отца, видеть как Андрейка стонет подо мной, как я вхожу в него, как я соединяюсь с ним, как он называет моё имя... Я кончил так, как никогда не кончал до этого. | | |
| |
|
| |
| | Следующим из чемодана появился на свет тюбик анальной смазки. Выдавив на ладонь немного прозрачного геля, Кристина легла на спину, согнула ноги в коленях, прижала их к груди и как следует смазала свою гладкую, без единого волоска, попку. О, как один из мучителей любил насиловать её там! Чтобы разработать попку получше и чтобы не так страдать от домогательств насильника, Кристина послушно направилась на кухню. | | |
| |
|
Рассказ №25731
|
