 |
| |
| | Она открыла ему дверь и впустила в свой мир. Мир любви и сладострастного любовного порока. Ее тот взгляд черных как бездонная черная пропасть женских красивых гипнотических глаз, очаровал его Виктора и ее еле прикрытая под тем халатиком ногата. И он даже плохо помнил, как все произошло, но быстро очутился в ее Лауры объятьях и в ее постели. Он еще помнил, как она отошла от той двери и впустила его в свой тот гостиничный номер и, улыбаясь, проводила Виктора, взяв правой своей в золоте перстней на тонких пальцах рукой за его левую руку. | | |
| |
|
| |
| | Когда я служил в армии, то самое любимое развлечение у пацанов было такое. В воскресенье утром все бежали в лен. комнату на телек. Народу набивалось - тьма полуобнаженных голодных молодых самцов. Представляешь? И смотрели утреннюю гимнастику, где 20 мин подряд юные спортсменки перед камерой всячески изгибались и все демонстрировали. Мы сидели и сам понимаешь молодые самцы, не занимавшиеся давно сексом: Дрочили все. Сначала шуточки, смехуечки, а потом умолкали и сосредотачивались на экране. В первых рядах - дедушки СА, затем - салаги, зелень и т.д. Дрочка по черному, никто не мог удержаться. Это заразительно охуенно. Многие спускали по несколько раз подряд. Запах спермы стоял - заебись! Столько хуев столько дрочильщиков в одном месте еще наверное не бывало. Я такого не видел и представить даже во сне не мог бы. Стоны, хрипы, хлюпанье, чмоканье, - все это переполняло лен. комнату. Кто стоя, кто сидя, кто на окне, дрочили все без страха. Потом все расходились, а пол в белых лужах весь мокрый. Звали дневального, и он шваброй вычищал. Стыдно признаться, но когда я бывал дневальным, я закрывал дверь, снимал сапоги, и ходил по этим теплым лужам босыми ногами, вытирал их своими портянками, а пару раз и слизывал языком. Ощущения непередаваемые! Это праздник, который навсегда остался со мной! Прошло более 10 лет, я женат и есть ребенок, но дрочу себе как школьник, вспоминая ту пору. | | |
| |
|
| |
| | И вот она, торжественная минута. Мы уже обцеловали друг другу все, Машка уже течет от возбуждения, я дрожащими руками раскатываю презерватив по стволу, сажусь на корточки между ее раскинутых ног, вожу головкой вверх-вниз вдоль щелочки, приставляю к дырочке, и плавно ввожу его на всю длину. Машка вскрикивает от боли, мы замираем, но вот она сама начинает осторожные движения. Тогда я ложусь на нее и начинаю ее плавно и осторожно трахать. Вот она та поза, о которой я мечтал¬ - она лежит на спине, подняв и раскинув ноги, я - на ней, мой член в ее дырочке, и я им двигаю, двигаю! Маша сладко посапывает, я нахожу пальцами ее соски и принимаюсь за них. Но вот она начинает напрягаться, и постанывает. | | |
| |
|
| |
| | Феликс пухнет головой, мой личный, приватный огонь зарождается где-то под ягодицами, в местах, где полупопия переходят в верхнюю часть бедер. Он распространяется со скоростью бикфордова шнура в старых фильмах про пиратов, в мгновение ока охватывает мошонку, тестикулы горят ярким пламенем. Они так долго стучались в дверь, за которой медоточивая папайя пыталась съесть, ну, или, по крайней мере, сильно истоньшить наш рабочий инструмент. Они так долго стучались, что теперь, не в силах проникнуть туда по любому, они сжимаются изо всех сил для того, чтобы наказать упрямицу. | | |
| |
|
Рассказ №25738
|
