 |
| |
| | Положив руки ему на плече я чуть нагнулась к нему, как будто желая снова его поцеловать, но остановилась, толи в нерешительности, толи в ожидании следующего шага от него. Его взгляд не изменился, в этот момент я наверное выглядела жутко глупо, тянутся к чужому мужчине с требованием поцелуя, когда в шаге от меня сидит, пусть и спиной, но мой муж. Не получив ответа от Славки, я хотела было выпрямится, и тут краем глаза заметила как шевельнулась его рука, я остановилась. Я стояла на прямых ногах, наклонившись к его лицу. Через секунду его рука снова коснулась моей свисающей груди. Я вздрогнула, но постаралась не подать виду, не хотелось казаться пугливой ланью, девочкой недотрогой. | | |
| |
|
| |
| | От этих наглых слов и ритмичных толчков в моем рту и заднем проходе, меня вдруг побила дрожь и я испытала самый долгий оргазм в моей жизни. Что ни говори а мои не то любовники, не то насильники, то же были перевозбуждены, видимо не каждый день им удается оттрахать во все дырки молоденькую симпатичную пациентку, и начали кончать вместе со мной. Потом они вынули из меня свои члены, и, присев на кушетку, приказали их вылизать, что я с большим удовольствием сделала. Когда они застегнули брюки, Иваныч с серьезным видом сказал чтобы я оделась и привела себя в порядок. Когда я начала это делать то не обнаружила трусиков. | | |
| |
|
| |
| | Не раздумывая, Олька толкнула его, подползла к Дружку под попу, перехватила дрожащий член другой рукой, понюхала, лизнула и обхватила губами. Скользкий фиолетовый член показался Ольке очень соленым, горячим и твердым. Дружок, продолжая шумно лакать обильную бабулину слизь, нервно переступал, приседал и подпрыгивал, отчего его колбаска терлась об Олькины губы. Поняв, чего он добивается, Олька осторожно задвигала головой, скользя губами по стволу, потом увеличила амплитуду и скорость, когда ощутила, как в горло ударила горячая струйка, потому другая. Ладонь, которой она держала член у основания наполнилась чем-то твердым. Обильная, горьковато-соленая жидкость, наполнив рот потекла по щеке за ухо и закапала на пол. Олька, помня бабулины слова, не отпускала трепещущий член изо-рта, принимая все новые порции жидкой собачьей малафьи. | | |
| |
|
| |
| | За домом со стороны улицы, тёмной и безлюдной в этот час, росли кусты смородины, в которых я и поспешил уединиться. Уборную, до которой было метров пять, я проигнорировал - никогда не любил эти скворечники за их традиционную вонь и грязь. Спустил трусы и присел по-бабьи, расставив ноги в стороны. Не без усилий оттянул вверх край бутафорской половой щели и высвободил половину сморщенного члена, до этого завёрнутого назад и туго прижатого к промежности. На мгновение испугался, что журчащий звук струи кто-нибудь услышит, но улица по-прежнему была тиха и пустынна, а из-за дома всё так же доносились громкие пьяные голоса, смех и ленивое бренчание гитары. Возвращаться к костру не хотелось. Голова кружилась и начинала немного побаливать. | | |
| |
|
Рассказ №25769
|
