 |
| |
| | - Ну, теперь терпи милая, мы и так тебе дружескую услугу оказываем, время на тебя тратим. Чего не сделаешь ради хорошенькой телки! - сказал второй. Оленька, приглушенно мыча, попробовала сжать ноги, однако момент, по совести говоря, был давно упущен - попробуй что-нибудь сжать, когда между твоих ног уже пристроился парень, и его член упирается в твою заветную щелочку! Оля подняла глаза и, несмотря на заткнутый рот, завизжала от ужаса. За ее спиной пристраивался к ее чудесной попе отвратительный циклоп. Возможно, в жизни парень был симпатичным, однако кривой зеркало отражало жуткого урода, с узеньким лицом, посредине которого был один глаз, а нос то появлялся, то исчезал. Сбоку в зеркале ей ухмылялся не менее уродливый Буратино, с длинным носом и перекошенным подбородком. Еще миг, и Оленька взвыла уже от боли - Витек одним движением вогнал в нее свой член, разрывая, давя и сминая хрупкую девственную преграду. Явно довольный собой, он вытащил член из узенькой горячей щелки бывшей девственницы, и Оленька с ужасом увидела в зеркале настоящую окровавленную дубину! Скорее всего, размеры насильника не были столь внушительны, но изнасилованная девушка готова была поклясться, что в нее только что вогнали именно такой чудовищный инструмент. Осознав, что ее только что лишили чести, Оленька отчаянно расплакалась. | | |
| |
|
| |
| | Я видела, что обе сильно возбуждены. Я и сама потекла. У меня сперло дыхание, как будто меня ласкал милый. Мне захотелось лесбийского секса. Дайана стала двигаться спиной по кровати, пока не оказалась на больших подушках у стены, рукой она как бы тянула Люси, приглашая следовать за собой. Обе устроились поудобнее. Свекровь полусидя на подушках, с подогнутыми и разведенными коленями, невестка бочком к ней, сидя на бедре, и так освобождая себе руки. Я вновь подивилась могучей груди мамаши Дайаны. Это наверняка восьмой размер! Несмотря на возраст, груди были налитые, с гладкой кожей, совсем не отвисшие. Женщины запустили ручки друг другу между ног, а я же стала нежно играть со своими сиськами. Мне хотелось нарастить возбуждение, и потому я пока воздерживалась запустить свои шаловливые пальчики в пизденку. | | |
| |
|
| |
| | Через пару дней, для более полного раскрепощения и понимания между народами, мы пригласили девчонок в мою личную мастерскую. К тому времени (кажется уже года три) у меня появился личный жилой фонд - половина частного дома: две комнатухи и чулан. В чулане складировалась пустая стеклянная тара, одну комнату, насколько это было возможно, я обустроил с комфортом, другая оставалась практически пустой - одинокая панцирная кровать (запасной аэродром для желанных гостей) . У входной двери, прислонившись к стене, стояла ножка от стола - на случай визита гостей незванных (такое тоже случалось) . Этот "кильдим" (как я его называл) я купил у одного загулявшего художника за литр водки - он был ему нужен, пока лепил большой левый заказ. Когда работа оказалась выполнена, надобность в отдельном помещении отпала - тут я и нарисовался со своим предложением. Мужик ушел в глухой загул, так что литр водяры показался ему неплохой ценой за его хибару. Продал еще и потому, чтобы не платить домоуправлению за помещение и нагоревший свет. | | |
| |
|
| |
| | Он наклонился над матерью, упёршись руками в кровать, и вставил член в услужливо приоткрытый рот. Она обхватила его губами. Отец стал двигать своей дубиной, засовывая её хорошо, если на половину. Всё же агрегат у него был внушительных размеров. Я, отдышавшись, присел между раскинутых мамкиных ног и принялся исследовать её промежность рукой. Засунул сначала один, потом два пальца. Заходили они свободно. Добавил третий, тоже нормально. Второй рукой стал мять ей пухлый лобок, большим пальцем нажимая на клитор. Она замычала и стала двигать задом, стараясь принять мои пальцы поглубже. Я добавил четвёртый. Стало потуже, но казалось, что войдёт что-нибудь ещё. Отец, видя моё занятие улыбаясь сказал: | | |
| |
|
Рассказ №26073
|
