 |
 |
 |  | Он вышел. А я ошеломленная происходящим медленно начала раздеваться. У меня было странное предчувствие - я понимала, что то, что я сейчас делаю это не правильно, но остановиться я уже не могла. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и вошла. Ничего особенного, обычная парилка, только большая, а посередине круглы подиум, покрытый кафелем, на нём лежит обещанная простыня. Я успокоилась, и растянувшись на тёплом кафеле стала наслаждаться. Через какое-то время я погрузилась в сладкое забытье. Сквозь дремоту я услышала, что кто-то вошёл, но отрыть глаза, просто не было сил. И вдруг я почувствовала, что чьи-то умелые руки меня моют, это было настолько приятно, что я продолжала лежать, погружаясь в состояние транса. Как это приятно когда всё тело покрыто благоухающей теплой пеной, чьи-то нежные, но настойчивые руки тебя моют: стопы, пальчики на ногах, ноги, бедра, ягодицы, спину...! Состояние близкое к оргазму! Чей-то голос, говорит, что я должна перевернуться на спину, и я делаю это. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мария Александровна усадила её на стул, обернула по шею фартуком, и вытащила из под фартука длинные волосы Лены. Лена плакала. Мария Александровна взяла расчёску и ножницы, провела расчёской ото лба чуть-чуть назад, зажала прядь волос между указательным и средним пальцами и срезала Лене чубчик под корень. Лена зарыдала. Мама сделала второе движение, чуть дальше ото лба и срезала вторую прядь под корень. Лена тихо всхлипывала и хватала воздух. На месте лба оставался короткий ужасный ёжик. А мама продолжала брать пряди дальше к макушке и состригать длинные тонкие волосы лены под корень. Волосы падали на пол и на фартук, а Лена постепенно стала напоминать зэчку. Затем Мария Александровна принялась убирать волосы с боков, и вот уже по бокам тоже ничего не осталось. Мария Александровна слегка наклонилась набок и наконец последний хвостик сзади был со стрижен. Мария Александровна пробовала, но под пальцы уже нигде ничего не бралось. Лена сидела тихо вся красная. По щекам её текли жгучие слёзы. Мария Александровна вставила шнур Брауна в розетку, сняла все насадки, включила машинку и наклонила голову Лены вперёд. Лена ощутила холодное прикосновение Брауна к затылку. Машинка стала двигаться от затылка к макушке. Потом от висков к макушке. Потом, перехватив руку, Мария Александровна тщательно обрила Лене голову ото лба к макушке. Она ловко орудовала машинкой, как будто делала это не в первый раз. Вскоре Лена была полностью обрита под ноль. Почти закончив, мама на всякий случай прошлась ещё несколько раз машинкой ото лба к макушке, разметав последние надежды Лены, что на её голове хотя бы что-то останется. Но это было ещё не всё. Затем Мария Александровна намылила Лене голову и обрила её станком, так, что по окончании голова Лены блестела. Когда всё было закончено, Мария Александровна с облегчением сказала "Ну вот и всё". Лена выскочила из ванной убежала к себе в комнату и заперлась. Она нашла в шкафу старую бандану и обвязала себе голову. Следующее утро было ужасным. Нужно было появиться в школе. Лена шла по направлению к своему классу, стараясь потянуть время. Но рано или поздно это должно было случиться. Она зашла в класс. Не все сразу поняли, почему она в бандане. Подошла Анжелка. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мы сидели на кухне, и пили чай. Я смотрел на её ноги и коленки. Лёгкое платьице задралось достаточно для того, чтобы я видел красоту её стройных ножек, которые сводили меня с ума. Я помню, у Пушкина есть такие строки... "...в России красивее... двух пары стройных женских ног". В голове крутилась фраза... "Она без трусиков". От этой мысли я возбуждался ещё больше. Иногда я незаметно опускал руку в карман пиджака и поглаживал её трусики. Член напрягся и стал выпирать из под брюк. Я сказал ей, что хочу полюбить её. Она мило улыбнулась. Мы поднялись в спальню, на второй этаж. Я быстро скинул с себя пиджак и джинсы. Трусы не снимал - они помогали мне дольше ебать девушек, когда я этого хотел. Есть удобный приём... резинка от трусов натянутая под яйцами, перекрывает вену и замедляет отток крови от возбуждённого члена и от этого член дольше стоит! Я уже много раз так делал, и многие девушки удивлялись моей способности долго ебать! И вдобавок ко всему - яйца ударяются о попочку той, которую ебёшь, им это тоже очень нравится! Попробуйте! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Брат уступил место Гильзе и он сразу начал вводить мне в попу эту дубинку. Дубинка медленно вошла мне в дырочку и медленно стала входить глубже. Я старалась руками сильнее развести ягодицы в сторону, чтобы мне не было так больно. Гильза засовывал дубинку всё глубже в мой зад. Я выгнулась от боли и застонала. Потом он медленно начал вынимать её из меня, но не доставая её полностью, он опять медленно засунул её. При этом он смеялся надомной и называл шлюхой. От его унижений я даже начала возбуждаться. Потом он несколько раз вытаскивал уз моей задницы дубинку и опять вводил, засовывая так глубоко, что я начинал стонать от боли. |  |  |
| |
|
Рассказ №3050
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 25/12/2023
Прочитано раз: 154152 (за неделю: 47)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Проскочил я в неё довольно легко. Видно, хорошо подготовил. Одно движение, и детка уже запущена в эксплуатацию, как потом пошутила Юлька, вылизывая у Шурки капельки крови. А Танька церемонно поздравила, важно пожав руку. Шурка ошалело переводила взгляд с одного на другого и отдувалась. Ведь кончила-то она с первого раза. Только ощутила член внутри себя - и готово. Славная будет бабёнка, подумал я, страстная...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
В начале 70-х годов прошедшего века учился я в Москве, на экономическом факультете института кинематографии. На первом курсе жил в общаге в городке Моссовета, но надоела общежитие хуже горькой редьки, и мы с одним толстым эстонцем сняли двухкомнатную квартиру на первом этаже хрущёвки в Свиблово.
Эстонца звали Пээтер, фамилии не назову - он сейчас крупный деятель в своей стране, его там каждый знает. И хотя ничего для нас позорного мы тогда, тридцать лет назад, не натворили, обойдёмся без уточнений. В принципе, не о нас с ним речь.
Перед вторым курсом приехал я в Москву в 20-х числах августа и стал обживать пустую квартиру. Какая-то убогая обстановка там имелась, посуда осталась от прежних постояльцев, даже дребезжащий холодильник чего-то там холодил. Но если вдуматься, что ещё нужно двум учащимся холостякам после года мучений в общежитии?
Был я тогда здорово застенчив, особенно с женским полом. И очень мучился от этого. Трахаться хотелось постоянно, а подойти к понравившейся девчонке и сказать что-то ознакомительное затруднялся. И так вышло, что за всё лето не случилось у меня ни одной сексуальной встречи. Сперма, казалось, из глаз течёт, член стоял как навечно включённый, кругом цокают каблучками неохваченные мной московские девчонки, а я только смотрю и облизываюсь, а ночами ворочаюсь один в пустой квартире, зубами скриплю. Мастурбировать считал ниже своего достоинства.
Как-то вечером посидели с одним московским однокурсником. Выпили, конечно, поделились каникулярными впечатлениями. Часов в 11 домой поехал на метро. На "Проспекте Мира" в полупустой вагон вошла лохматая, худая, по виду сильно потасканная чувишка в сильно расстроенных чувствах, и сразу, усевшись, принялась красить губы. Смачно так красила, со злостью.
Весь вагон наблюдал за этим священнодейством - скучно же, а тут такое развлечение. А у меня мысль... уж эта-то не откажет. Нельзя упускать!
Вышли вместе на конечной, на ВДНХ. А она из метро мигом в уличный туалет. Я встал поодаль, жду. Минут десять её не было. Вышла умытая, всю дорожную работу смыла начисто, из чего я заключил, что девка временно потеряла жизненные ориентиры, в чувствах разбирается. Надо срочно брать, пока не очухалась.
Догнал.
-Здравствуй, рыжая, - говорю.
Покосилась и встала удивлённо...
-А я вас не знаю.
А по глазам вижу, что мой внешний вид её приятно удивил. И я ободрился, раз не послала тут же.
-А я тебя знаю, - вру. - Пойдём, пойдём, - и продолжаю путь, тем более, что шла она к моей автобусной остановке.
Она пошла рядом, борясь, как я понял, с усталостью физической и моральной. Но чем-то я ей был интересен, потому и не сопротивлялась, когда я её посадил в свой автобус, слегка придерживая за плечо.
-Мне в другой... - слабо возразила.
-Ничего, - обнаглел я. - Сначала сюда.
Пока ехали до Свиблово, молчали. Она пару раз оглянулась на меня, но смотрела приветливо, уважительно даже. Так же молча дошли от остановки до моего дома.
В квартире я сразу выставил на стол бутылку "Лидии" и пару яблок - другой закуски не было. Она отпила полстакана, откусила яблоко и вопросительно посмотрела на меня. Я молча стянул с неё свитер (под свитером ничего не было, только две маленькие сиськи), поднял со стула на руки и отнёс на кровать. Она помогла мне снять с неё всё остальное и оказалась угловатой худышкой.
-Сколько тебе лет? - озадаченно спросил я.
-Семнадцать. Чего пялишься, факай давай! Мне домой надо.
Не знаю, что со мной в тот момент случилось. То ли от её прозрачности, то ли от возраста, то ли от незнакомого слова "факай", то ли от быстроты происшедшего, но у меня впервые в жизни не встал. Я страшно смутился и ушёл в другую комнату. Она вошла за мной уже одетая, погладила по голове, попросила не переживать и быстро ушла. Я опять всю ночь проворочался, теперь уже от позора.
Утром поехал в институт, встретил кое-кого из сокурсников. Пошли на ВДНХ пить пиво и проболтались там практически весь день. Поговорить было о чём.
Пришёл домой часов в пять и сразу завалился. Разморило от большого количества пива. Только заснул - звонок. Открыл - она, рыжая. Запомнила, где вчера была.
Вошла, по-хозяйски огляделась и обняла меня за шею.
-Хорошо, что ты меня вчера не отфакал. Меня вчера изнасиловали.
-Передо мной или после? - озадаченно спросил я.
-Оттуда и ехала, когда ты подошёл. Ничего, всё нормально.
Я молчал, обнимая её за талию. Она тоже помалкивала, уткнувшись лбом в моё плечо. Я провёл рукой по тощей заднице и легко толкнул её к кровати.
-Не, сегодня только минет, - просто сказала она.
Я снял брюки, трусы, лёг на спину и закурил. Она не раздевшись, сразу взяла член в рот и довольно умело заработала языком. Сосредоточенно пососала минуты две и оторвалась...
-Ладно, давай фак.
Быстро сама разделась. Я погасил сигарету. Она села сверху и оттрахала меня по полной программе. У меня стоял даже тогда, когда я кончил два раза.
Трахалась она тоже молча, ничем не высказывая удовольствия, если оно у неё было.
-Почему ты не надел презерватив? - вдруг вспомнила она. - Я не хочу снова аборт.
-Пойди подмойся, ничего не будет.
-Да? - удивилась она. - Так просто?
Ушла в ванну долго плескалась. Вернувшись, легла ногами ко мне и раздвинула пальцами киску...
-Посмотри, ничего не осталось?
Честно говоря, я впервые видел матку изнутри, впервые мне попалась столь бесстыжая девица. Не скажу, чтобы мне это было неприятно, но уж больно непривычно.
-Слушай, ты когда-нибудь уже кончала? - поинтересовался я.
-Ага. Но только когда вас много.
-Сколько много?
-Человек десять-двадцать.
И здорово меня этим озадачила.
-Нравиться, значит, когда много?
-Ага. Весело.
-А с одним хуже?
-Почему хуже. С тобой вот не хуже. Ты странный, деликатный какой-то.
Через пару часов Танька (так её, оказывается, звали) куда-то заторопилась. Я спросил, где её искать. На что был ответ, что телефон её предкам ещё не поставили, а приходить к ней домой нельзя - родители строгие. Сама, мол, явлюсь. Динамо не кручу, говорит, сам убедился.
Спросила, откуда я здесь взялся. Ответил, что студент ВГИКа, не уточняя какого факультета. Должен сказать, что это произвело на неё сильное впечатление. ВГИК в ту пору был престижнейшим ВУЗом.
-Во, будешь меня в кино снимать! - обрадовалась.
-Только если бабой Ягой, - схамил я.
-Ага! - тут же согласилась. И была такова.
Назавтра у меня случился день рождения. Пришли человек пять вгиковцев, а с ними Инга, второкурсница с актёрского, на которую я имел серьёзные виды, только она еще об этом не знала. Тогда мы ещё даже не целовались, но по глазам её было видно, что придётся. Забегая вперёд скажу, что вскоре лет на десять эта студентка стала моей женой. Пока же, как я сказал, роман только начинался.
Сидим мы, значит, выпиваем, закусываем чем придётся, разговариваем исключительно о высоких сферах. И тут звонок. Я открыл дверь.
-Привет, - сказала Танька. - А это Юлька.
Рядом с ней улыбалась симпатичная деваха в смелой мини-юбке и хорошей грудью.
Я смутился, понимая, что впускать сейчас их нельзя. Шлюхи мне, конечно, нужны позарез, но любовь моя сразу же закончилась бы. Я уже достаточно знал свою будущую жену, чтобы понимать - этих ей представлять нельзя!
Не помню, что я тогда мямлил, выходя с ними из подъезда, и что обещал, но девчонки быстро меня поняли, а новая Юлька даже чмокнула меня в щёку и подставила свою, намекая, что ещё придёт.
Ночью я впервые поцеловал свою будущую жену. Мы шли пешком из Свиблово в городок Моссовета. О том, что она могла остаться у меня, даже мысли возникнуть не могло. Всё вокруг дышало романтикой и нашей чистой любовью - ночная Москва, луна в Яузе, пустые улицы, гулкие наши шаги. Инга наизусть читала Пастернака и раннего Маяковского. У дверей общежития я её впервые и поцеловал. Она выказала неудовольствие и тут же убежала. Я шёл обратно и мечтал, что когда-нибудь она придёт ко мне насовсем.
Но днём пришла не она, а человек 12 старшеклассниц во главе с Танькой. Когда все вошли и расположились, Танька объяснила, что, якобы, Юлька стянула у одной из явившихся кожанку-косуху. И поскольку есть вероятность, что сия особа явиться сюда, есть резон её здесь подождать.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|