 |
| |
| | Обозлившись, Марина пнула Олежку в живот. За цепочку его выволокли из дома, и он почти что скатился с лестницы. Подхлёстывая, погнали за дом, к левой стороне участка, где находился дровяник и нечто вроде "чёрного угла", где впритык к задней части ограды были составлены ящики со всякими отходами, вырванными сорняками, и в которых это перегнивало вместе с навозом ради удобрения клумб и кустов. Расстояние между задней стеной дома и оградой оказалось немалым. Метрах в пяти от забора были рассажены рядком несколько кустов смородины - то ли "для души", то ли по старой памяти, когда дача неразрывно отождествлялась с огородом и домашними заготовками. И так же от дровяного сарая была пущена до бани мощёная брусчаткой дорожка. Земля около дровяника и компостных ящиков также была засыпана толстым слоем крупного песка. | | |
| |
|
| |
| | Наблюдавший, вышел и пошел к ней. Увидев мужа, девушка улыбнулась. Он подошел, скинул с себя одежду, опустился на колени перед ней, стал целовать ее лицо, вдыхать запах ее волос, пахнущие чужим одеколоном. Рука опустилась на лобок, пальцы заскользили по мокрым губкам. Влаги было столько много, что она стекала вниз, между полушариями попки. Он положил ее набок, лег сзади. Ее ягодицы были мокрыми, ее дырочки были обе влажные и скользкие. Она подняла одну ногу, и уперлась в дерево. Он стал водить головкой по ее губкам и попке. Потом приставил член к попке и медленно вошел в нее. От большого количества влаги, он вошел легко и безболезненно. Он стал быстрей и быстрей двигаться в ней, рукой лаская ее губки, проникая пальцами вглубь, чувствуя через перегородку, как двигается его член. Движения были недолгие, возбуждения этого вечера было слишком велико. В последний момент он вытащил член и приставил его к клитору. Горячие сильные струи ударили, заставляя ее застонать. Она напряглась, по ее телу прошла дрожь, и она обмякла, прижавшись спиной к его груди. Он уткнулся в ее волосы, и они лежали несколько минут, наслаждаясь близостью. | | |
| |
|
| |
| | Все разошлись. Я остался один весь в конче. Я пролежал на кровати около часу. Затем встал и побрел к двери. За дверью был коридор и два выхода, в сан узе и еще куду то. Второй вел вероятно на улицу потому, что был заперт. Зайдя в ванную, я начал принимать душ. | | |
| |
|
| |
| | Моя возлюбленная сделала усилие, и я почувствовал, как ее анус стал раскрываться. Меня охватило невиданное возбуждение, я надавил сильнее, и головка члена проскользнула в горячую и скользкую от вазелина кишку девушки. Света застонала. Подумав, что ей больно я стал действовать осторожнее, и постепенно ввел член полностью, чувствуя, как он через стенку кишки раздвигает упругие внутренности. Ощутив низом живота ягодицы девушки я начал двигать член взад-вперед, попутно гладя ее голые груди. Мое лицо уперлось в ее затылок, и я припал губами к шее. Света стала двигать попой навстречу мне и через некоторое время я кончил, выпуская струю спермы в ее горячее нутро. | | |
| |
|
Рассказ №3089 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 19/09/2002
Прочитано раз: 38797 (за неделю: 11)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Надев армейскую панаму,
..."
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ]
Что носит в шортах старший брат.
Вон, младший уступает место.
Шагну-ка ближе, наугад.
Так, погляжу одну минутку,
И к благоверной побегу,
А ночью вспомню, вроде в шутку,
Про трио здесь, на берегу.
Старшой меня тот час заметил
И, усмехнувшись, снизошел.
Он обнажил, какого в свете
И в порнофильме б не нашел!
Да, не с проста молва доносит,
Что есть в народе "жеребцы",
И неприметно молот носят
По женщин счастью кузнецы.
Младшой подругу вновь целует.
По опыту прошедших дней,
(Таких узрит - "кина не будет"),
Вот и порхает перед ней!
Ракета поднялась для старта.
От смазки - блеск. В висках - отсчет.
Вновь дама сверху. Как Астарта,
Любви богиня, их влечет!
Вдруг понял сам, что так волнует,
Чем трио так меня манит -
У той, на старте, что целуют,
С жены фигуркой сходен вид.
И тут же волны вожделенья
Объяли, к страху и стыду...
Уж не маньяк ли, в самом деле -
Представить в ней свою жену?!
Да, я - прилежный обыватель,
С женой фантазии мои,
Но, что гигантский обтекатель
Проникнет в плотные слои!...
А вдруг второе "Я" открылось,
В котором сладко увидать
Жену, отдавшейся на милость,
Как проститутку, шлюху, блядь?!
От возбужденья задыхаться,
Но самому другим отдать,
Не помешав ей наслаждаться,
И тихой ревностью страдать?
Вдруг я опять собой не стану,
И буду рыскать, словно зверь,
Искать в аллеях, неустанно,
С супругой сходной, как теперь?!
Тем временем ушел со старта,
Размером с конский племенной,
Тот, что длиннее ростом брата,
И с непомерной толщиной.
Вовсю стараются ребята
На ЭТО женщину одеть,
Как я, к нетронутой, когда-то,
Жене мечтал войти на треть.
Младшой на плечи налегает,
Подружке зажимают рот,
Что кардинально помогает
С округи не привлечь народ.
Но даже скомканной рубахой
Тот крик едва смогли заткнуть,
А захрипевшая деваха,
Уже пытается вспорхнуть.
Потом упали плетью руки,
Сама, обмякнув, наползла,
И застонала в сладкой муке,
Забыв себя, не помня зла.
И было после, как обычно...
С поправкой правда, на размер,
Мадам дала вполне прилично,
Трусливым девушкам пример.
Я задохнулся от восторга
Невероятность потрясла...
И как же он вместился только!
И так легко перенесла!
А им - плевать на ротозеев!
Они - покинули весь свет.
За стоном стон восторгом зреет
И упоенья слаще - нет!
Я позавидовал их счастью,
Какого сам не в силах дать.
Лишь голод утолив, отчасти,
Как бракодел, ни - дать, ни - взять!
Все кончилось. И вновь округа
Вернулась в красках, в пенье птиц.
Встав неохотно, их подруга
Застыла, ахнув, глядя ниц.
Когда ж прошло оцепененье,
С лицом, багровым от стыда,
Рукою робкой измененья
В себе открыла без труда.
И, чтоб растерянность мгновенно
Не переплавилась в испуг,
Братья, похоже откровенно,
Взялись за комплименты, вдруг.
Она багрово покраснела,
Так, будто был пока - пролог,
Беря смущенно, неумело,
Пол ста гринов за уголок.
Они с улыбкой одевались,
О новой встрече сговорясь,
Шутили, весело смеялись,
И я ушел, на них косясь.
Когда ж в аллее оглянулся,
Где солнца плотная стена...
Под ручку с двух сторон берутся,
А между них - моя жена!
Померкли лица, море, солнце -
В глазах сплошная темнота,
Лишь смех любимой слышу - льется,
Но - шум в ушах, но - дурнота.
Жена диагноз утвердила...
Обычный тепловой удар.
Как хорошо, что я бродила,
Оставив на потом загар!
Она в глаза смотреть стеснялась,
Играя верную жену,
А сердце - молча разрывалось,
Лишь вспоминал картину ту!
Ах, если б сам не соблазнился,
Оставшись рядышком с женой, -
Но разве б ужас не случился?
Нашелся б кто-нибудь иной!
Ах, эти ялтинские пляжи -
Опасность, горе и тоска.
Я представлял, как дома ляжет,
Сверкнув на мужа свысока.
Как холодны у страха руки!
Вдруг, снова, встретятся с женой,
И обрекут... меня - на муки,
Ее - на сладость в час ночной!
Да так приучат, раз за разом,
Быть наковальней кузнецов,
Что не почувствует экстаза,
Побыв со мной, в конце - концов!
В конце - концов настанет время,
Когда любовные дела
Со мною - превратятся в бремя.
Была супруга, да сплыла!
От невеселых размышлений
Отвлек лишь розовый мускат,
Да поцелуй супруги хмельной,
Ее стараньем и рогат.
Когда прикончили бутылку,
А из другой - вторую треть,
Жену клонило к взглядам пылким,
Меня - все выслушав, стерпеть.
Волнуясь так, что голос дрогнул,
Жена , почти что по слогам
Сказала... "Я тебя немного
Видала под одной из дам."
Потом - тяжелое молчанье,
Что душу резало, как стон,
Мой вздох под видом оправданья.
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
