Рассказ №3089 (страница 2)

     Что носит в шортах старший брат.
     Вон, младший уступает место.
     Шагну-ка ближе, наугад.
     Так, погляжу одну минутку,
     И к благоверной побегу,
     А ночью вспомню, вроде в шутку,
     Про трио здесь, на берегу.
     Старшой меня тот час заметил
     И, усмехнувшись, снизошел.
     Он обнажил, какого в свете
     И в порнофильме б не нашел!
     Да, не с проста молва доносит,
     Что есть в народе "жеребцы",
     И неприметно молот носят
     По женщин счастью кузнецы.
     Младшой подругу вновь целует.
     По опыту прошедших дней,
     (Таких узрит - "кина не будет"),
     Вот и порхает перед ней!
     Ракета поднялась для старта.
     От смазки - блеск. В висках - отсчет.
     Вновь дама сверху. Как Астарта,
     Любви богиня, их влечет!
     Вдруг понял сам, что так волнует,
     Чем трио так меня манит -
     У той, на старте, что целуют,
     С жены фигуркой сходен вид.
     И тут же волны вожделенья
     Объяли, к страху и стыду...
     Уж не маньяк ли, в самом деле -
     Представить в ней свою жену?!
     
     Да, я - прилежный обыватель,
     С женой фантазии мои,
     Но, что гигантский обтекатель
     Проникнет в плотные слои!...
     А вдруг второе "Я" открылось,
     В котором сладко увидать
     Жену, отдавшейся на милость,
     Как проститутку, шлюху, блядь?!
     От возбужденья задыхаться,
     Но самому другим отдать,
     Не помешав ей наслаждаться,
     И тихой ревностью страдать?
     Вдруг я опять собой не стану,
     И буду рыскать, словно зверь,
     Искать в аллеях, неустанно,
     С супругой сходной, как теперь?!
     
     Тем временем ушел со старта,
     Размером с конский племенной,
     Тот, что длиннее ростом брата,
     И с непомерной толщиной.
     Вовсю стараются ребята
     На ЭТО женщину одеть,
     Как я, к нетронутой, когда-то,
     Жене мечтал войти на треть.
     Младшой на плечи налегает,
     Подружке зажимают рот,
     Что кардинально помогает
     С округи не привлечь народ.
     Но даже скомканной рубахой
     Тот крик едва смогли заткнуть,
     А захрипевшая деваха,
     Уже пытается вспорхнуть.
     Потом упали плетью руки,
     Сама, обмякнув, наползла,
     И застонала в сладкой муке,
     Забыв себя, не помня зла.
     И было после, как обычно...
     С поправкой правда, на размер,
     Мадам дала вполне прилично,
     Трусливым девушкам пример.
     Я задохнулся от восторга
     Невероятность потрясла...
     И как же он вместился только!
     И так легко перенесла!
     А им - плевать на ротозеев!
     Они - покинули весь свет.
     За стоном стон восторгом зреет
     И упоенья слаще - нет!
     Я позавидовал их счастью,
     Какого сам не в силах дать.
     Лишь голод утолив, отчасти,
     Как бракодел, ни - дать, ни - взять!
     
     Все кончилось. И вновь округа
     Вернулась в красках, в пенье птиц.
     Встав неохотно, их подруга
     Застыла, ахнув, глядя ниц.
     Когда ж прошло оцепененье,
     С лицом, багровым от стыда,
     Рукою робкой измененья
     В себе открыла без труда.
     И, чтоб растерянность мгновенно
     Не переплавилась в испуг,
     Братья, похоже откровенно,
     Взялись за комплименты, вдруг.
     Она багрово покраснела,
     Так, будто был пока - пролог,
     Беря смущенно, неумело,
     Пол ста гринов за уголок.
     Они с улыбкой одевались,
     О новой встрече сговорясь,
     Шутили, весело смеялись,
     И я ушел, на них косясь.
     Когда ж в аллее оглянулся,
     Где солнца плотная стена...
     Под ручку с двух сторон берутся,
     А между них - моя жена!
     
     Померкли лица, море, солнце -
     В глазах сплошная темнота,
     Лишь смех любимой слышу - льется,
     Но - шум в ушах, но - дурнота.
     
     Жена диагноз утвердила...
     Обычный тепловой удар.
     Как хорошо, что я бродила,
     Оставив на потом загар!
     Она в глаза смотреть стеснялась,
     Играя верную жену,
     А сердце - молча разрывалось,
     Лишь вспоминал картину ту!
     Ах, если б сам не соблазнился,
     Оставшись рядышком с женой, -
     Но разве б ужас не случился?
     Нашелся б кто-нибудь иной!
     
     Ах, эти ялтинские пляжи -
     Опасность, горе и тоска.
     Я представлял, как дома ляжет,
     Сверкнув на мужа свысока.
     
     
     Как холодны у страха руки!
     Вдруг, снова, встретятся с женой,
     И обрекут... меня - на муки,
     Ее - на сладость в час ночной!
     Да так приучат, раз за разом,
     Быть наковальней кузнецов,
     Что не почувствует экстаза,
     Побыв со мной, в конце - концов!
     В конце - концов настанет время,
     Когда любовные дела
     Со мною - превратятся в бремя.
     Была супруга, да сплыла!
     От невеселых размышлений
     Отвлек лишь розовый мускат,
     Да поцелуй супруги хмельной,
     Ее стараньем и рогат.
     Когда прикончили бутылку,
     А из другой - вторую треть,
     Жену клонило к взглядам пылким,
     Меня - все выслушав, стерпеть.
     Волнуясь так, что голос дрогнул,
     Жена , почти что по слогам
     Сказала... "Я тебя немного
     Видала под одной из дам."
     Потом - тяжелое молчанье,
     Что душу резало, как стон,
     Мой вздох под видом оправданья.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также: