Рассказ №3622 (страница 4)

     Несколько минут наши разгорячённые тела не могли оторваться друг от друга. Наконец я поднялся и приподнял распластанного на кровати Петю. Взяв полотенце, принялся вытирать его грудь, спину, и конечно, попку. Просунув полотенце между ягодиц, протёр влажный вход. Наконец усадил мальчика на колени и сказал...
     -Петя... прости, если сделал больно. Сильно возбудился.
     Вместо ответа парень приник губами к моим губам, неумело стал целоваться, пытаясь просунуть язык мне в рот. Грубые рабочие руки гладили меня по спине. Этого было достаточно, чтобы вновь возбудить желание. Я почувствовал твердение плоти и накатывающееся сладострастие. Внезапно Петя приподнялся и как-то незаметно и легко сел на мой член, полностью введя его в попочку. Я замер от неожиданности. Теперь я сидел на краю кровати, а лицом ко мне на моих коленях и с членом в попе находился Петя. Опираясь руками на плечи, парень начал движения вверх-вниз, и член вновь заскользил в так недавно покинутой расщелине. Бледные соски двигались перед моими глазами, от веснушек рябило в глазах. Я не мог поверить, что Петино тело создаёт такие удовольствия. Между тем парнишкин член упёрся мне в живот, головка елозила в области пупка. Дыхание Пети стало частым и прерывистым, и через минуту мальчик кончил прямо мне на живот, залив пупок. А ещё спустя мгновение и мой орган выплеснул содержимое в зад Петюни. Потные, липкие, мы сидели неподвижно, моя сперма капала из Петюниного зада на пол, а его семя измазало мне живот и внутреннюю поверхность бёдер. Наконец разлепили тела, я подхватил парня на руки и понёс в ванную, где мы вместе залезли под душ.
     Уважаемые читатели, не упрекайте меня за излишний натурализм... Наверное, трудно читать подобные моему опусы, но я уже дал себе слово придерживаться даже горькой и нелицеприятной правды.
     Пожалуй, надо закончить описание этого вечера и бурной ночи, потому что навряд ли можно что-то ещё добавить к рассказанному. Совершенно измождённый, я блаженно лежал на кровати, а рядом со мной, положив голову мне на грудь, сопел Петя, и по его лицу вновь бродила улыбка.
     Утром, когда мы завтракали, я заметил, что Петенька как-то осторожно, боясь шевельнуться, сидит на табуретке.
     -Петя, что с тобой? Попка болит?
     -Немножко... должно пройти.
     -Петя, прости ради Бога! Я, наверное, всё-таки не сдержал себя, да и в первый раз тебе не очень приятно было, наверное.
     -Да нет, Данил, мне хорошо. Но моя задница такого ещё не чувствовала, вот и болит немножко.
     -Всё-таки, Петь, сними штаны, я сейчас посмотрю.
     Парень стянул штаны, трусики, повернулся ко мне задом, опёрся на табуретку. Раздвинув ягодицы, я осмотрел вход в дырочку, которая так меня соблазняла всю минувшую ночь. Никаких признаков травм, только отёчность вокруг входа в кишечник ещё не прошла. На всякий случай я смазал колечко мышц обезболивающей мазью, а в попу парнишки вставил ватку, густо намазанную облепиховым кремом.
     -Пока походи так, Петя, а захочешь покакать - вынь ваточку.
     -Спасибо, Данил! Уже совсем почти не больно.
     Парень позавтракал и, довольный, убежал домой.
     Вы спросите... а что же, до Пети я ни с кем не общался? Как же, не без этого. Моим визави и постоянным интимным партнёром был Денис, крупный парень-увалень, с которым я познакомился на отдыхе в Крыму. Хамоватый и бестолковый, он нравился мне прежде всего своей полной раскованностью и абсолютным отсутствием каких-либо комплексов в сексуальном отношении. Коротко стриженый, толстожопый, Денис готов был засовывать свой член куда угодно, в любые отверстия организма. Неласковый, малокультурный, он тем не менее вызывал во мне болезненную страсть. Но сейчас эта страсть всё ослабевала и наконец практически исчезла. Гораздо приятнее общаться с милым и скромным Петей, нежели с хамским Денисом. Кстати, Денис звонил мне и предлагал, довольно настырно, "встретиться и развлечься", однако я уже совершенно потерял интерес к такому общению. Я уже с нетерпением ждал в гости Петюню, вспоминая его с добрым чувством и желанием, но, конечно, без того душевного трепета, которое вызывает действительно настоящее чувство.
     Я не хочу забегать вперёд, но в одном из будущих рассказов поведаю вам историю своей настоящей и страстной любви, горячей и изматывающей душу. Но и счастье тогда пришло ко мне беспредельное и всеохватное.
     Однако я отвлёкся, а мне ещё надо дорассказать историю о Петеньке.
     Постепенно Петя привык к моему обществу, с удовольствием приходил ко мне в гости, и частенько оставался ночевать, плетя родителям разнообразные истории. Да они особо и не волновались за него - отчасти из-за того, что не очень интересовались жизнью сына, отчасти из-за семейных неурядиц - ведь Петюнин отец вполне серьёзно прикладывался к злодейке с наклейкой. Парень буквально смотрел мне в рот, был готов прислуживать мне как раб. Мой БМВ он холил и лелеял, как будто дорогую подругу, а прокатиться за рулём этой каракатицы составляло для него истинное удовольствие. Но всё же ещё большим удовольствием для Пети было общение со мной. Он оказался вполне любознательным парнем, расспрашивал меня о работе, о моих увлечениях, а иногда, слегка краснея, и о разного рода непечатных вещах. Ну, вы знаете, о чём могут говорить мужчины друг с другом.
     Слово за слово, а наступала ночь, и мы уже в который раз спали в одной постели. Обычно я какое-то время читал книги, пользуясь маленьким ночником, а Петя в это время дремал. Отложив в сторону книгу, я начинал ласкать парня, он тут же просыпался и отвечал мне взаимностью. Через некоторое время Петя уже был надетым на мой ствол и страстно двигал в разные стороны костлявыми бёдрами и упругой жопой. Дырка его вполне обвыклась со своими новыми функциями и спокойно принимала в себя мой член, гостеприимно раскрываясь навстречу страстным толчкам. Когда мой красный и блестящий член покидал её, дырочка иногда выпускала вбитый мною вовнутрь воздух, производя серию мелких попукиваний. Меня это очень забавляло, и, несмотря на смущение Пети, я просовывал в его кишечник один или два пальца, чтобы достать маленький кусочек кала. Петя хорошо промывал задницу, но наши постельные упражнения проталкивали к анусу те какашки, которые были достаточно далеко от заветного входа. Иногда я потворствовал странным желаниям парня... Петя просил меня посикать ему в рот. Я вставал перед сидящим на корточках рыжим любовником, клал свой ствол ему в рот и мочился, так что Петюня еле успевал глотать мою горько-солёную мочу. Парня потом подташнивало, мутило, но он почему-то упорно цеплялся за своё странное желание и на следующий раз опять раскрывал рот для моей мужской струи. Ещё он постоянно увязывался за мной в туалет, чтобы посмотреть на акт моей дефекации. Мне поначалу было неловко, всё же этот акт весьма интимен, но я уступил просьбам Пети. Сидя на унитазе, я тужился, а Петя находился прямо на полу, на корточках, или вообще у меня на коленях. Моя задница выдавливала из себя кал, он падал с бульканьем в унитаз, а мой товарищ смотрел на это зрелище и слушал непристойные звуки. Потом Петя хватал туалетную бумагу и услужливо подтирал мой зад. Вообще, он приходил от меня в такой восторг, что готов был уже к любому моему желанию и сам старался всячески угодить. В ванне я уже один не мылся - всегда вместе со мной садился в неё и Петя. Благо, ванная комната у меня нестандартная, и ванну можно было поставить туда побольше обычной. Блаженно развалившись в тёплой воде, мы сидели друг напротив друга, а потом Петя тёр меня мочалкой. Мои интимные места парень гладил намыленной ладошкой, залезая пальчиком в анальное отверстие и сдвигая кожицу на члене, чтобы помыть пространство под крайней плотью. Я, правда, тоже любил помыть задницу парня, ощущая упругость толстеньких ягодиц и нежный вход в сокровищницу удовольствий. Иногда тут же и возбуждался, и тогда мокрый член таранил Петину жопу, а потом тянучая сперма капала в воду, причудливо извиваясь белыми змейками.
     Я теперь, вспоминая наше общение, прихожу к выводу, что Петя, наверное, искренне любил меня. Да и в самом деле - дорогие читатели, есть ли у вас человек, готовый вытирать вам задницу и млеть от радости от стекающей по лицу вашей мочи? Простите великодушно за такие непристойности в печатном слоге, но согласитесь, что жизненные явления надо описывать точно и откровенно, и коль скоро подобные явления происходят, они и на страницах печатных изданий имеют право быть. Так вот, только любящий человек может воспринимать подобные явления. А я не могу не сказать об этом, и даже постыдные эпизоды жизни находят место в моих скромных и бессистемных рассказах. Я ещё и бывший врач, студент-медик, и кому как не врачу говорить о нутряных и запретных отношениях людей друг с другом.
     И всё же самое славное во всей этой истории - это Петин характер. Характер у парня был просто отличный, и насколько сам Петенька был нескладен, угловат, веснушчат, настолько же удивительными были его поступки. Настоящие мужские поступки. Какие, спросите вы?
     Петя ни разу не обмолвился ни словом о нас и наших отношениях - на удивление способный к сохранению тайны парень. Трудолюбивый, необидчивый, скромный - вот истинно мужские черты характера. И тут я вполне кстати вспоминаю Алёшку - моего давнего любовника, парня с сумасшедше сексуальной внешностью, но с бабским капризным характером. И вот такой нескладёха, как Петя, вызывал во мне гораздо больше симпатий, чем модельной внешности засранец с непонятными и развившимися на пустом месте претензиями.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ]

Читать также: