Рассказ №3642 (страница 2)

     Теперь настала пора мне обнажить перед ней свои интимные части тела. Резинка трусов поползла вниз, и её взору предстал мой не очень большой пока член и лобок, покрытый негустым пушком. Классная направила свой взгляд прямо туда. Сестра взяла в руку мою мошонку и начала перебирать её, проверяя, на месте ли яички. На месте. Она переключилась на мой член и, подержав его на ладони и хорошенько рассмотрев, начала оголять головку. Оголив её до конца, она поправила очки и начала внимательнее рассматривать её. Что-то было не так, но она не была уверена. Посмотрев на головку моего члена ещё раз, она подняла свой взгляд на меня и спросила...
     - Скажи, а ты писаешь ровно?
     - Что? - не понял я.
     - Ну, ты когда писаешь, струя ровно летит, - пояснила она.
     - Да, вроде да. Не помню.
     Она ещё раз посмотрела на член и обратилась ко второй, старшей врачихе...
     - Римма Петровна, тут, по-моему, полипы, посмотрите.
     Римма Петровна отложила в сторону свои бумаги и велела мне снять трусы совсем и идти к ней. К этому времени все мои одноклассники уже ушли, и я остался один в компании трёх женщин, одна из которых была моей сестрой, а вторая - моим классным руководителем. Теперь мне предстояло раздеться совсем и обречь себя (как я тогда думал) на вечный позор. Но я через силу стянул с себя трусы и подошёл к Римме Петровне. Та натёрла руки спиртом и взяла мой член в руки. Быстро пощупав яички и найдя их в полном порядке, она перешла к головке. Оголив её, она спросила, не больно ли мне, и, получив отрицательный ответ, оголила её ещё больше, до боли.
     - А ты точно ровно писаешь? - спросила она меня, наконец.
     - Не помню, - я уже весь сгорал со стыда. Взгляды трёх взрослых женщин были устремлены ТОЛЬКО на мой член и никуда больше.
     Но это был ещё не конец унижений. Не отпуская моего члена, Римма Петровна спросила...
     - А ты сейчас можешь писать?
     Я понимал, к чему всё идёт, но был не в силах соврать от пережитого.
     - Пошли со мной, - Римма Петровна встала и, зачем-то взяв меня за руку, повела к раковине, находившейся рядом с кушеткой, на которой сидела классная и, следовательно, рядом со стулом, на котором сидела моя сестра.
     Таким образом, я стоял перед раковиной совершенно голый, справа на меня смотрела моя учительница, сзади моя сестра, а слева докторша, которую я хоть и не знал, но почему-то стеснялся больше всего. И все они смотрели на мой член!
     - Ну, давай, писай, - сказала Римма Петровна.
     - Я так не могу... - дрожащим голосом ответил я.
     - Не выпендривайся, Яшин, - вмешалась классная, - кого ты тут стесняешься?
     - Я не выпендриваюсь... - начал было пререкаться я, но остановился, поняв, что в моём положении это глупо и неубедительно.
     Я взял свой член в руку и попытался начать мочиться, но ничего не получалось. К счастью, сестра вскоре сообразила, что нужно сделать... протянув руку к водопроводному крану, она отвернула его, и струя воды полилась из него. Это действительно подействовало, и очень скоро я уже писал, направляя струю рукой. Струя шла прямо, но врачиха всё же отстранила мою руку своей и направила струю сама. Я долго терпел, мой мочевой пузырь был переполнен, поэтому я справился не очень быстро. Когда я закончил, мне было велено повернуться, после чего Римма Петровна с моей сестрой осмотрели мой член уже вдвоем и пришли к выводу, что полипы (а я совершенно не представлял себе, что это такое) действительно есть, но в малом количестве и что они "мочеиспусканию не препятствуют".
     После этого мне разрешили одеваться, и через десять минут я уже шёл домой, думая о том, как я теперь буду смотреть в глаза сестре.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: