Рассказ №3900

     Рассказ основан на реальных событиях, имена персонажей и время действия изменены.
     Вероника приехала с родителями в Крым в конце мая, как только закончились занятия в школе. Она успешно сдала переводные экзамены в одиннадцатый класс, поступление в университет предстояло только на следующий год, и эта поездка была родительским подарком их послушной маленькой девочке. Маленькой девочке, между тем, было пятнадцать с половиной лет, и за последние два года она успела выровняться и сформироваться, превратившись из нескладного подростка с худыми ногами в весьма привлекательную особу. Когда Вероника шла по улице, мужчины разного возраста провожали ее глазами, подолгу задерживая взгляд на длинных, до пояса, густых каштановых волосах, на очень полных темно-розовых губах, и на высоких грудках, плавно покачивавшихся в такт ходьбе (она ненавидела бюстгальтеры, да и не нуждалась в них) и пикантно обтянутых тканью шелковой блузки или футболки, так, что проступали темные вишенки сосков. Но она ничего такого не замечала или не хотела замечать, на приставания и попытки познакомиться не реагировала, так как, разумеется, была девственницей и ждала принца, на роль которого никто их окружавших ее парней и взрослых мужчин по разным причинам "не тянул".
     В элитный пансионат, построенный на месте бывшего цековского санатория, где им предстояло провести три волшебных недели заслуженного отдыха, они приехали во второй половине дня, порядком уставшие после перелета и двухчасовой езды в душном чреве автомобиля. Их разместили в главном корпусе, в роскошном трехкомнатном люксе с видом на море, до которого было не более пятнадцати минут неспешным шагом по живописной аллее, серпантином спускавшейся с горы среди кустов розмарина и можжевельника.
     Но прежде чем идти купаться, все члены семьи хотели передохнуть и освежиться. Родители ушли в дальнюю комнату и легли подремать, а Вероника, не привыкшая спать днем, приняв душ, устроилась на балконе с книжкой и корзинкой черешни. Она села в плетеное кресло так, чтобы находиться в максимальной тени; при этом, благодаря своеобразной архитектуре здания, ей была видна примерно треть балкона соседнего номера-люкса, в то время как ее саму скрывал причудливый мраморный выступ и открытая балконная дверь.
     Вероника ела сочные ягоды, наслаждаясь их спелым, чуть пряным освежающим вкусом, и не могла сосредоточиться на книге, потрясенная красотой великолепного южного пейзажа. Внизу и впереди, до самого горизонта, синело море, окутанное легкой дымкой дневного марева, над морем раскинулось лазурное небо, кое-где тронутое пенными брызгами розоватых облаков; прямо у входа в корпуса был разбит розарий, и на круглых, прямоугольных, квадратных клумбах цвели огромные розы всех оттенков -бордовые, чайные, ярко-алые, как кровь, нежно-розовые, как девичий сосок, белоснежные и даже редчайшие, лишь недавно выведенные лиловатые розы. За цветником начиналась кипарисовая аллея, и от темно-зеленой хвои благородных деревьев, разогретой солнцем, исходил терпкий, возбуждающий, магнетический аромат, вдыхая его, Вероника невольно начала думать о любовных ласках и поцелуях. Все это пока было ведомо ей лишь из книг и откровенных фильмов, но живое воображение позволяло переживать фантазии, как наяву.
     Она откинулась на спинку плетеного кресла и провела руками по своей груди, чуть прикрытой легкомысленной теннисной маечкой: ей было хорошо, как никогда.
     Внезапно какой-то новый запах, непохожий на хвойный, привлек ее внимание. Это был очень приятный и смутно знакомый запах:ну конечно - именно так пахнут дорогие кубинские сигары, которые курит ее отец. К нему примешивался и еще один - очень тонкий, еле уловимый запах французского одеколона.
     Девушка повернула голову и украдкой взглянула на соседний балкон. Она замерла, увидев в трех метрах от себя атлетически сложенного молодого человека, примерно лет двадцати, с волнистыми белокурыми волосами, возбуждающе сочетавшимися со слегка загоревшей гладкой кожей, под которой угадывались развитые мускулы спортсмена. На молодом человеке не было ничего, кроме светло-синих джинсов на бедрах и серебряной цепочки на шее. Облокотившись на балконные перила, он курил сигару, неспешно пуская дым кольцами, и отчего-то было понятно, что это удовольствие он позволяет себе достаточно редко. Он не видел Веронику, а она сидела тихо, как мышка, отчаянно боясь, что ее заметят, и тогда ей придется уйти. Надо сказать, что она была очень робкой в отношениях с мужчинами, а уж тем более - с такими, как этот незнакомец. Вероника никогда еще наяву не видела такого красавца, она почти влюбилась в него с первого взгляда, и ей оставалось только надеяться, что при ближайшем рассмотрении он покажется ей не таким уж привлекательным.
     Молодой человек потушил сигару в пепельнице, и, по примеру Вероники, опустился в кресло. Взяв со столика журнал в глянцевой обложке, он открыл его на середине и погрузился в чтение. Так прошло минут пятнадцать, и за это время девушка, по-прежнему оставаясь незамеченной, успела рассмотреть соседа во всех подробностях. У него было прекрасное лицо с правильными чертами, мужественное, как лицо викинга, но гораздо более интеллектуальное, и самое прекрасное тело, которое ей приходилось видеть. Она любовалась длинными стройными ногами, обтянутыми жесткой тканью джинсов, и:ее взгляд невольно вновь и вновь возвращался к тому, что покоилось между его ногами. И, судя по выпуклости на левой стороне джинсов, было немаленького размера. Вероника, конечно, знала из сексуальных брошюр и эротических фильмов, как выглядит мужской член, но сейчас, пытаясь представить себе во всех подробностях пенис незнакомца, внезапно ощутила, что у нее пересохли губы, и горло перехватывает от возбуждения. Сердце колотилось в груди так, что она боялась, как бы сосед не услышал его удары. Но он по-прежнему был погружен в журнал. Но когда он перевернул очередную страницу, Вероника успела мельком увидать изображение полуголой красотки на обложке, и прочитать название "Пентхауз". На миг она почувствовала разочарование - как он может интересоваться такой пошлостью? - затем ее кольнуло что-то похожее на ревность, а затем: она представила, как он читает рассказы, как смотрит на откровенные фото, и у него встает член:Она перевела взгляд на его джинсы:и поняла, что права: выпуклость на джинсах значительно увеличилась в размерах, а на щеках молодого человека проступил румянец возбуждения. Для Вероники это было слишком сильным испытанием, тем более, что она почувствовала, как горячо и влажно становится у нее самой между ног. Ей невыносимо хотелось спустить трусики и положить пальцы на клитор, погрузив один в себя (такой способ одинокого наслаждения она освоила уже давно), но она боялась пошевелиться и выдать себя каким-нибудь звуком. И она мужественно терпела, хотя фантазирование о члене молодого человека довело ее почти до оргазма.
     И тут случилось невероятное: Впрочем, как раз вполне объяснимое - ведь незнакомец был убежден, что находится в полном одиночестве:Он расстегнул верхнюю пуговицу и молнию на джинсах (они были надеты на голое тело), и выпустил на свободу стоящий член. О, Боже! Что это было за зрелище! Вероника, не в силах больше сдерживаться, зажала обе руки между ног, чтобы хоть немного облегчить свое состояние. У молодого человека был не просто член, а великолепный двадцатисантиметровый хуй, по другому и не скажешь, и именно это слово пришло в голову Вероники. Полуоткрытая блестящая головка была темно-розового цвета ("как клубничный чупа-чупс", подумала девушка, и ее тут же охватило мучительное желание попробовать этот "чупа-чупс" на вкус своими собственными губами), а сам член около пяти сантиметров в диаметре. Волосы, покрывавшие лобок, были светлыми, и Веронике показалось, что она ощущает даже на расстоянии исходящий от них мускусный запах, смешанный с запахом одеколона и горячего тела.
     Незнакомец, выронив журнал, положил руку на член и начал двигать ее вверх и вниз по стволу, сначала медленно, но постепенно убыстряя темп. Он закрыл глаза, его дыхание стало резким и прерывистым, а головка члена из темно-розовой стала красной:совсем как любимая губная помада Вероники. Это было невероятно! В нескольких метрах от нее мужчина немыслимой красоты занимался мастурбацией, не ведая о ее присутствии, а она, не сводя с него глаз, пожирала глазами это зрелище, одновременно мастурбируя сама и дыша в унисон с незнакомцем. Она уже давно стащила с себя насквозь мокрые трусики, одна ее рука массировала напрягшийся клитор, а два пальца другой руки удивительно легко вошли в ее девственное, текущее соками любви влагалище ( к счастью, она пользовалась тампонами при месячных, и знала, что ее тонкие пальчики не могут нанести ей никакого урона). При этом сердце ее сжималось от страха, но отчего-то она была уверена, что молодой человек, если бы знал о ней, смотрел бы на нее с большим удовольствием, чем на вышедших из-под ножа одного пластического хирурга журнальных девиц с силиконовыми грудями и задницами. Уж ее пышной и высокой груди (в свои пятнадцать лет она имела третий номер) не нужен был никакой силикон.
     Напряжение страсти достигло апогея, Вероника ощутила, как ее влагалище сжалось, а затем бешено запульсировало в безумном, очень сильном и долгом оргазме - ничего подобного она раньше не испытывала, и в этот миг молодой человек резко выдохнул, с губ его сорвался хриплый короткий стон, все его тело напряглось - и в следующий миг великолепная тугая жемчужно-белая струя брызнула из его члена, затем еще выплеск и еще:Он открыл глаза, перевел дыхание и усмехнулся, увидев, что сперма забрызгала не только его живот, но и лицо глянцевой девице на постере. Незнакомец вытащил из кармана салфетку, вытер живот, затем, подумав, стащил с себя джинсы и повернулся, видимо, собираясь идти в душ. Прежде чем он скрылся из глаз, Вероника успела увидеть, что его ягодицы тоже выше всяких похвал. Вздох сожаления вырвался у нее, когда он ушел с балкона, но утешало то, что за предстоящие три недели она еще не раз увидит своего соседа.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: