 |
| |
| | Девушка открыла упаковку и положила резинку себе на язык. Одновременно она принялась расстегивать ширинку на шортах мальчика. Руслан попытался воспрепятствовать ее действиям, на что дядька сказал: "Руслан расслабься. Это мой подарок". Девушка сняла с мальчика шорты, затем футболку. Мальчик остался в своих новых плавках. "Какие классные у тебя плавки", - сказала девушка и медленно под громкие удары сердца мальчишки стянула их. После этого, наклонившись к его паху, начала ртом надевать презерватив на твердеющую бипку. Вскоре ее движения приняли ритмичный характер, а мальчик ощутил приближение незнакомого ранее чувства, исходящего от головки, плотно охваченной губами блондинки. Когда разряд мощной энергии пробил его тело от головы до пят, мальчик не сдержал стон блаженства. Пока девушка пересаживалась к дяде Андрею, который уже приспустил брюки и освободил своего молодца, Руслан снял презерватив, с любопытством изучая его содержимое. Мальчику не верилось, что густая белая жидкость, заполнившая презерватив принадлежит ему. Только теперь, сидя голяком на заднем сиденье "Бумера", он понял, что по утрам именно эта жидкость стремилась на волю, а вовсе не моча, как он думал раньше. Когда девушка закончила, дядя Андрей, расплатившись, поблагодарил ее и повез Руслана домой. Одеваясь по дороге, Руслан на вершине счастья и благодарности дядьке за подарок, впервые за весь день был чрезвычайно разговорчив. Когда Руслан, выходя из машины, пожал протянутую руку дяди Андрея, тот на всякий случай попросил: "Только маме ничего не говори". Руслан заговорщически одобрительно кивнул и, захлопнув дверцу автомобиля, вбежал в подъезд дома. | | |
| |
|
| |
| | Наконец настали каникулы! Я окончила 11 классов. Впервые я почувствовала что повзрослела. От этого мне стало слегка грустно. Казалось, еще недавно я маленькой девочкой шла в школу первый раз, и вот я уже взрослая окончившая школу девушка. Еще недавно я беззаботно училась в школе, а теперь мне уже необходимо думать о будущем.
| | |
| |
|
| |
| | А Тина уже и руки Евгению на шею забросила, целуются вовсю, а он ей и платье задрал сзади и вовсю мнёт её классные ягодицы. А она только трётся об него, то целуются, то Тина стонет в голос. Смотрю, а этот нахал приспустил Тине колготки и трусики и гладит и мнёт её голую попу, а она совсем не против и точно "балдеет" вовсю. Я встал, включил торшер в углу, а верхний свет выключил. Смотрю, а эти развратники уже сидят на диване, платье у Тины задрано, а Евгеша ей грудь вытащил из выреза и присосался, а она опять стонать. Потом он мне моргнул, показал на стол - "Понял!". Сейчас сделаю! | | |
| |
|
| |
| | Холеная и высокомерная, Шолпан Дамировна все же испытывала угрызения совести, и через месяц Мадину освободили из СИЗО. Но девушку было не узнать: измученная пытками и сексуальными издевательствами сокамерниц, Мадина не была похожа на ту, жизнерадостную, улыбчивую и красивую Мадину, которая желала только одного: сделать этот мир лучше. | | |
| |
|
Рассказ №4171 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 12/07/2003
Прочитано раз: 38981 (за неделю: 6)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кто-то, мягко надавливая на плечи, заставил волка снова лечь на чистую кровать, опускаясь рядом с ним. Его крепкие руки ласкали мохнатое тело, пробуждая волнение, желание, любовь в том, кто никогда не знал подобного обхождения. Тонкие пальчики шаловливо перебирали мех, перепрыгивая по телу только в им одним известных направлениях, непременно вызывая дрожь, выгибая тело под ними в дугу удовольствия. Они успели потереться у уха, пройтись по шее, оставить рваную цепочку следов-пятнышек на груди, прочертили десять дорожек взъерошенного меха на животе, потанцевали у напряженного мужского ствола, проскользнули по внутренней стороне бедер и мягкой коже под хвостом. Пару раз пропустили распушенный хвост через кольцо чуть сжатых кулачков, пробежались по спине, вдоль позвоночника, пересчитав каждое ребро, и вновь вернулись к шее...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Пришедший не торопился перейти к "основной программе" ночи, позволяя волку насытиться прикосновениями, игривыми почесываниями, объятиями. Мохнатое тело превратилось в сплошной шар удовольствия, когда любое мимолетное дуновение ветерка вызывает взрыв эмоций. Казалось, что во всем большом теле Серого не осталось ни одного места, куда не заглянули бы шаловливые пальчики, и где не осталось бы теплая точка любви и желания.
Когда он вошел - это казалось естественным завершением игры, без которого не мыслима сама жизнь. Его, увлажненные любрикантом, ладошки игрались в горячим, подрагивающим стволом любви волка, скользя вдоль него в такт с движениями огромного, узловатого, горячего как кипяток члена в волчьем анусе. Серый беззвучно выл, стонал, лаял, выгибаясь дугой, вздрагивая всеми мышцами, раз за разом, с силой, насаживаясь на горячий ствол человека. Он впервые желал этого. Желал страстно, сильно, до боли в раздираемых внутренностях.
Насытившись, волк заснул, свернувшись в позе эмбриона, в своих шорах, наморднике и ошейнике, тихо посапывая носом А за его спиной, прижавшись, обвив руками за талию, спал тот, кто доставил ему это дикое, ни с чем не сравнимое наслаждение. Серый еще несколько раз за ночь просыпался от легкого поглаживания, тихого шепота в большое мохнатое ухо. Еще несколько раз испытывал на себе странное, почти гипнотическое действие этих пальцев, и дикую, раздирающую ярость совокупления с этим невидимым любовником.
Проснулся Серый уже много после полудня. Без привязи, ошейника, намордника, шор - всего того, что составляло еженощную атрибутику его работы. Чистый, без следов ночных гостей и на чистой постели. Его лапы пробежались по телу, проверяя реальность ночных игр - да, тело еще помнило ласки, прикосновения, еще хранило тепло чужого тела, но под хвостом было чисто и прикосновения не вызывали привычной, каждодневной, боли. В воздухе комнаты все еще чувствовался крепкий чужой запах, окутывающий и самого волка.
Он сел, подивившись легкому головокружению, долго принюхивался, осматривал обстановку, пытаясь найти хоть какие-то знаки - свидетелей ночного присутствия необычного гостя. Опустился на все четыре, просунул лапу далеко назад, расслабился и попытался излить из себя хоть часть семени, которым столь щедро поделился с ним ночной гость. Но внутри, хотя все и постанывало, словно от многих и многих излияний, было чисто и пусто. На подрагивающих ногах он подошел к двери, тихонько поскребся и, когда дверь открылась, поплелся в ванную умываться.
среда, 19 марта 2003 г. Денис А. Катуров
Страницы: [ ] [ 2 ]
Сайт автора: http://www.katurov.newmail.ru
Читать также:»
»
»
»
|
