 |
| |
| | Это был один из моих сильнейших оргазмов, после которого я увидел, что Анечкин животик и киска все измазаны мой спермой. Я рухнул на спину рядом с Аней, и хотел было ее обнять, но она неожиданно приподнялась, перебросила одну ногу через меня, и немного сползла к моим ногам. Мой член был еще не опал, и она его обхватила своей рукой. Оттянув по максимуму кожицу на нем, она языком начала водить вокруг головки, которая была вся в сперме и нашей смазке. Потом она опустила свою голову на уже окрепший член, и начала с причмокиванием его сосать. Ко мне стремительно возвращались ощущения, и вот я уже помахивал ее бедрами, стараясь проникнуть членом как можно глубже. Отстранившись, она сказала: | | |
| |
|
| |
| | Подбадривая себя довольными возгласами, Игорь всаживал в нее свой кол, наблюдая, как беззащитная киска растягивается,принимая его. Друзья почувствовали свою вседозволенность, Андрей уже не лапал, а жестко теребил ее грудь, царапая и сжимая соски, а Коля, взяв девушку за голову обеими руками глубоко всаживал свой член ей в рот. Насте тяжело было дышать, она стонала и мычала, скорее от боли, чем от наслаждения, и ничего не могла поделать. Игорь прижал ее к березе, взял за горло, а ногой широко раздвинул ее ножки. Снова вогнав свой член, он начал мощными толчками припечатывать ее к дереву. Ее губки покраснели, она чувствовала свою беспомощность и боялась пошевелиться. Девушка начинала жалеть, что захотела Игоря на эту ночь. | | |
| |
|
| |
| | Закричал второй и сперма излилась в кишку. Только после этого оба члена меня оставили. Я пытался откашляться. Я уже не слышал о чём они говорили, находясь в каком-то непонятном состоянии. Посмотрел на Анну. Она сидела в кресле. Дыхание было тяжёлым, глаза буквально пылали желанием. В руке бокал вина, который показывал дрожь. Её невозможно было унять. Но она этих двоих пригласила для меня, а не для себя. Захотела просто остаться наблюдателем, хоть и находилась на пределе. | | |
| |
|
| |
| | По выходным мы подолгу валялись на раскладном диване и к ней частенько приходил поболтать её двоюродный брат лет семнадцати, живший неподалеку. Она лежала голая под одеялом в единственной комнате, а я, прикрывшись полотенцем, впускал его и возвращался обратно под одеяло. Он проходил в комнату, садился на край дивана слева от неё и говорил: "Привет, Вероничка". Далее всегда происходило то, что я тогда не мог понять со своим совковым воспитанием: Она приподнималась полусидя, слегка придерживая одеяло на груди, и целовала его прямо в губы. После чего, как ни в чём не бывало, расспрашивала его о делах в техникуме и отношениях с его девушкой, а я лежал под одеялом со стояком. Уже тогда я стал фантазировать на тему, как бы сделать так, чтобы их поцелуй не прерывался, но так ни на что и не решился. Эх, дурак был! Надо было действовать решительней и убрать одеяло совсем. Впрочем, не знаю, что бы из этого получилось, хотя потом Вероника мне сказала по секрету, что он подростком имел собственную родную сестру на чердаке летней кухни. Раскрепощенный парень. | | |
| |
|
Рассказ №4812
|
