Рассказ №4934 (страница 2)

     - Вы на самом деле не узнаете меня? Я Долорес, Долорес Эстравадос, вспомните... финка Кукине, Куба, день влюбленных, вспомните своего университетского приятеля Энрике. Рука Вентуры, державшая руку Долорес задрожала и сжалась, мгновенный свет воспоминания точно ослепил его.
     - Та самая Долорес, сколько лет прошло!
     - Ты изменился, ты очень изменился очки, усы, но взгляд о, я никогда не забуду тот взгляд. Да -промолвил Эстебан мир так тесен, что каждый с каждым непременно встретиться.
     Еще в Гаване Вентура тесно сдружился с одним из товарищей -Эстравадосом. Он часто бывал у них, и был приглашен на празднование дня влюбленных к сестре Энрике, но с тех пор, как он покинул Кубу, больше нечего не слышал об Эстравадосах.
     Расскажи о себе, об Энрике- попросил Эстебан.
     После январских событий мы покинули Кубу, вскоре умер отец, потом ушла мать, мы жили более чем бедно, но вскоре Энрике нашел работу, стало полегче, у него и сейчас адвокатская практика во Флориде. Я два раза была замужем, но теперь свободна.
     Говорить о себе ей не хотелось, правда в общих чертах она сказала все, забыв добавить, что ради того, чтобы купить лекарство для отца была вынуждена ложиться под каждого матроса, что потом, выйдя замуж приобщилась, к наркотикам. Она не хотела обременять его своими проблемами, почувствовав, как он искренне обрадовался, встретив ее. Прошло слишком много времени от их первой и единственной встречи. В жизненных масштабах это путь от чистой шестнадцатилетней девушки, до теперешней Долорес, прошедшей через грязные притоны Флориды, испытавшей и вынесшей на своих плечах все ужасы наркотических лечебниц, познавшей жизнь не в лучших ее проявлениях. Наверное для него она осталась той чистой, незапятнанной девочкой, какой знал ее раньше. Эстебан рассказывал о себе, о карьере, о том, что наконец получил испанское гражданство. Жаловался на неустроенную личную жизнь. Потом разговор оборвался и они сидели молча, глядя друг на друга. В памяти Долорес быстро-быстро проносилось прошлое, отдаленное от нее двадцатью с лишним годами. Она вновь вернулась в свою беззаботную юность, отлично помнив, что значила для нее та встреча с Пабло во время карнавала в Гаване. Прошло несколько месяцев, как все вновь стало на круги своя, и она почти перестала думать об этом. Теперь ее мысли занимали несколько иные проблемы. Близился день влюбленных, и по традиции в дом девушки, которой исполнялось шестнадцать лет родители приглашали юношей, целую ночь продолжалось гулянье, и только к утру хозяйка торжества должна выбрать одного из них, чтобы провести с ним остаток ночи. Долорес прекрасно знала об этом от старших подруг. Теперь ее самоуверенности не было предела. Она сама будет сама будет выбирать, сама будет управлять желанием мужчин. Их было пятнадцать тех, кого пригласил отец, Энрике приехал с одним из своих универсететских приятелей накануне торжества.
     Ей сразу приглянулся этот высокий, с необычайно правильным римским профилем юноша. Уже в тот момент ее не интересовали остальные гости, приглашенные отцом, для себя она решила кому преподнесет свою непорочность, кому волею судьбы предрешено распоряжаться ею. Долорес весь вечер думала о нем, понимая всю неминуемость того, что должно произойти завтра. Все ее мысли, тайные помыслы время от времени переходившие в бурные эротические фантазии, объектом которых был естественно он, приятель Энрике, до предела встревожили ее чувственность.
     К вечеру все в доме Эстравадосов оживилось... это скорей напоминало кишащий муравейник, чем подготовку к празднику. Долорес даже была лишена возможности лишний раз заговорить с ним, довольствуясь лишь украдкой брошенными взглядами, по условию она не должна знать его имени до решающего момента. Только к утру дом выглядел по праздничному деловито и феерично. Долорес чувствовала себя полной хозяйкой праздника, и уже утром начала принимать подарки от тех, кому несомненно была дорога, и в чьей любви не приходилось сомневаться. Энрике по традиции преподнес изящное белое платье, ровно в шесть она встретит в нем всех приглашенных. Отец посыпает лепестками роз ложе, где к утру ей суждено стать женщиной. Дядя Рейнальдо прислал немного апельсин и фиников - традиционное украшение праздничного стола. Кажется все здесь говорит о наступающем празднике... вереницы бумажных гирлянд, надувные шары в форме сердца, накрыт стол, приготовлены петарды для предстоящих фейерверков, но главное это ощущение праздника в ее душе. Нет, она не чувствует себя жертвой, сегодня случится то, о чем тайно мечтала, то, что беспрерывно диктовало ей уже разбуженное природой желание. К вечеру все стихает с минуты на минуту она должна встречать гостей, она должна очаровать их своей красотой. Сегодня она хороша, как никогда. Изящное белое платье с умеренным декольте составляет гармоничный контраст со смуглой гладкой кожей. Она вся наполнена необычной свежестью и поистине девичьей чистотой, сгорает от любопытства по еще неизведанным прекрасным ощущениям, она готова пережить их, готова к близости. Родители уезжают на финку к дяде Рейнальдо, Энрике приглашен на соседнюю финку, она ощущает себя полной хозяйкой праздника, принимающей откровенные комплименты и маленькие валентинки, исписанные наилучшими пожеланиями и признаниями в любви. Ей нравились почти все приглашенные, но таинственный незнакомец остается вне конкуренции. После ужина все танцевали, потом устроили фейерверк, используя принесенные петарды и бенгальские огни.
     Кажется все пронизано этими сильными, не утихающими громовыми раскатами, доносящимися сюда соседних финок. Самая середина ночи. Выбор сделан, она берет его за руку и ведет в дом. В тот час гости обязаны покинуть праздник.
     - Я знал, что ты выберешь именно меня, понял это, как только Энрике познакомил нас.
     Ее не пугает такая откровенность, врятли она когда-либо встретит его. Это дает ей право на многое... любое табу не в счет. Сегодня их день, и она полностью готова на все, она не приносит в жертву свою девственость, она сама сознательно идет на это.
     - Помоги мне раздеться - сказала Долорес, чувствуя, как его руки, такие нежные и мягкие едва справляются с платьем, как касаются ее обнаженной спины, скользят по покатым, почти женским бедрам, скатывают вниз крохотные трусики.
     Теперь она вся в его власти. Его прикосновения к ее груди,бедрам, слияние губ ввергает Долорес в неописуемую истому, еще более усугубляет и культивирует желание. Два обнаженных, сплетенных в едином порыве тела попали в плен к необузданной страсти. Он лижет языком ее груди, едва касаясь рукой вульвы, пытаясь достучаться до бугорка любви, вызывая все новые и новые волны возбуждения, одна за накатывающихся на. Ее несмелые губы, превращаютсяв упругие тиски любви. С каждой минутой поцелуи становятся все более продолжительными, принося радость в едином ощущении рта партнера. Долорес была полностью захвачена в сети этой интригующей с каждым новым действием игры.
     - Назови свое имя изредка шептала она, лаская тело незнакомца.
     Он был молчалив и нежен, желая подарить, как можно больше сладких минут наслаждения своей партнерше. Он специально отодвигал близость, пытаясь полностью выложиться в красивой прилюдии, испытывая наверное большее беспокойство, чем сама Долорес, боясь принести ей хоть какуе-то неловкость. Она сама находилась в полной эйфории чувств, сколько нового, непознанного открылось ей уже сейчас. Все абсолютно не так как могло получиться тогда с Пабло. Случайным прикосновением она почувствовала состояние его органа.
     - Смотри, как он напрягся - смутясь сказала Долорес, прикоснувшись к нему рукой. - Я весь таю от желания - сказал он, поняв, что уже пришло время.
     - Позволь мне немного поиграть с ним - попросила она - он такой забавный этот горячий упругий малыш.
     Она молчаливо продолжала играть с ним, до предела желая погрузить его в себя, заполнив влажную горячую пустоту.
     - Как бы он не порвал меня, опасалась Долорес
     - Ну, посмотри, разве он способен приносить боль, скорей наоборот, он доставит тебе очень прятные мгновения.
     Долорес поняла всю неуместность своих опасений сразу после того, как он опытным движением ввел в нее своего малыша. Сильное возбуждение и желание помогли заглушить ей начальную боль. Он еле двигался в узком плотном кольце ее половых губ, преодолевая сильное трение, доставляющее ему огромное наслаждение. Долорес же не интересовало нечего кроме собственных ощущений. Она совершенно не почувствовала начальный болевой порог, теперь он полностью исчез, уступив место абсолютно новому ощущению. Пытаясь полностью сосредоточиться на своих переживаниях, она просто не могла не думать о партнере, чувствуя периодическое чередование отходов и атак, ощущая, как он взмок, преодолевая сильное трение, ввинчивая свой штопор в узкое неподатливое отверстие. Она вскрикнула... двигаться стало легче. Он оторвался от ее губ, начав ласкать грудь, перебирая губами соски, чувствуя, как под нежными движениями они становятся твердыми, как маленькие резиновые мячики. Новое, неизведанное чувство было полностью в ее власти, и то, как она как поднимала она торс, желая как можно глубже принять в себя плоть то, как вскрикивала при каждом следующем погружении, заново переживая волну за волной только лишний раз доказывало это. Сейчас в ее сознании было запечатлено только это сладкое чувство, испытанное впервые. Она готова на все, чтобы сделать его намного продолжительнее, сильнее, она желает повторить его тут же, сейчас, даже когда оно еще с ней. Ей приятно было чувствовать, как наполняет влагалище горячая вязкая жидкость. они нечего не говорили друг другу, но четкий барьер взаимопонимания был давно сформирован. Он был до предела немногословен и сух на реплики, но ей было все равно главным было то, что они пережили вместе, то, что произошло, было закономерностью, и она оказалась готова к этому. Они никогда не встретяться, ей хочется запомнить его, запомнить то ощущение, чтобы воспроизвести его в памяти. Ей хочется быть дерзкой, она не хочет пассивно встречать все, предложенное им. Она дотрагивается до уже поникшего члена, пытаясь выразить свою благодарность за то, что подарил совершено женское ощущение экстаза, гладя его медленными, плавными движениями, ощущая чувство властвования над этим поникшим отростком, который под чуть ощутимыми прикосновениями смелых пальцев вновь начинает восстанавливать силы.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также: