 |
| |
| | Поэтому на мне большие солнцезащитные очки, скрывающие бланш под глазом. Правда разбитую губу не спрячешь. "Красавчик! Как с таким детей воспитывать?"-начинает возмущаться Виктория Михайловна. Они отходят в сторону о чем то оживленно беседуя. Ко мне подходит какой то пацан. "Дядь, а вы с нами едите?"-робко спрашивает он. Чисто автоматически снимаю очки протереть стекла. "Да с вами. Буду помощником в третьем отряде. А ты кто такой?"- отвечаю я. Пацан смотрит на меня одновременно с испугом, восторгом и завистью. Быстро надеваю очки: "Еще вопросы есть?" Вопросов не оказалось. Пацан бежит к друзьям и что то оживленно им рассказывает. Они с испугом смотрят на меня. Лениво плюю на землю, мрачно глядя на них. Колгота с построением начинает надоедать мне. Выхожу вперед, так что бы меня увидели все. Ленивым движением снимаю очки. "Отрядам строится!"- гаркаю я, свирепо глядя на начинающую замолкать детвору. Отряды строятся согласно разметке. Одна из воспитателей увидев меня вздрагивает: "О, Боже!" Снова одеваю очки. В рядах вздох облегчения. Погрузка в автобус и мы покатили в направление лагеря. | | |
| |
|
| |
| | Как ни странно, попка мамочки оказалась даже получше, чем у моих подруг - ещё довольно упругая, её крупные ягодицы так возбуждающе сминались и пружинили подо мной, доставляя мне море удовольствия, нежная шелковистая кожа попки обжигала меня - какой восторг, тугая дырочка расслабила сфинктер и довольно легко пропустила меня внутрь, а внутри так чудесно сжимала мой член, прямо как рукой - невероятное удовольствие! Кончив, я упал на её нежную спину и ещё долго лежал на этом родном теле моей мамочки, а она только сладко охала подо мной, попросив только ещё немного подвигаться в её попке - мамочка сейчас вспоминает подзабытые радости шалостей на последнем курсе своего ВУЗа. | | |
| |
|
| |
| | - Вообще вся эта история для меня не особо привычна. Понимаешь, я хочу, чтобы ты был настоящим парнем, оттого и тренирую тебя. И одновременно я хотел бы, чтобы ты был девчонкой. Я ведь хотел с Ольгой этой отношения тоже выяснить, а ты мне всё спутал. Если ты это сделал не специально, а по сердцу, значит, ты и есть девчонка, потому что был бы ты парнем, я бы тебе за такое пизды дал хорошей.
Мне не стало страшно от слов Саши, наоборот, я поёрзала немного в его объятиях, потёрлась о его мускулы:
- Зато ты и есть настоящий парень, и ты мне сразу понравился, потому что ты уверенный.
- Ты мне тоже сразу понравилась, мне всегда тебя хотелось поцеловать.
Он помолчал, потом прошептал мне на ухо:
- Я тебя хочу.
У меня внутри всё подпрыгнуло, я испугалась, что сейчас взлечу, и схватилась вновь за сашин хуй.
Было приятно так держать его. Он был только мой. И я хотела ему дать.
А он вновь начал меня лапать, и это тоже было приятно, потому что я была только его.
Я хотела было опять сосать, но Саша не отпускал меня, целовал в уши и шею, очень сладко мял мне грудь и очень возбуждающе трогал меня внизу.
Он стащил, оказывается, из душевой флакон с ароматным маслом, вылил его теперь себе на руки и начал тыкаться пальцами мне в попу. Он так нежно это делал, и так настойчиво, пока я полностью не размякла под его властью; тогда-то он и перевернул меня на спину, развёл мои ноги и лёг на меня.
И я, в череде многих поколений до меня и после меня, осознала, Мария Валентиновна, что такое дефлорация.
И мне было не жаль сорванного цветка. Потому что, лёжа под моим любимым, я вдруг осознала, как всё вдруг встало на свои места, как и должно быть. Всякое несоответствие, всякий разлад между внешним и внутренним прекратились. Вот небо. Вот земля. Вот я лежу. Вот мой парень лежит. Вот мой парень меня ебёт.
Когда он кончил, я подумала, обнимая его руками и ногами, что хотела бы, чтобы он был маленький, и я заботилась бы о нём, кормила бы его. Я хотела бы от него маленького.
Хотела бы ребёнка родить от него. | | |
| |
|
| |
| | Наращивая темп, Сашка посматривал на Вовку. Вовку было сложно понять. Он постанывал как будто от боли, но в тоже время не сопротивлялся и напротив выгибал спину вниз, подавая тело на встречу Сашкиным движениям. Немного освоившись, Сашка нагнулся вперед и нащупал рукой торчащий Вовкин член. Он принялся подрачивать его в такт своим движениям. Вовка сладко замычал, поощрял все его. Продолжая подмахивать навстречу Сашке, Вовка переставил колени пошире так, чтобы Сашка мог лучше достать до его писюна. Движения становились все интенсивней и интенсивней. Оба громко сопели, с трудом пытаясь не шуметь слишком сильно. Вовка опустил голову и уперся ртом в подушку, а Сашка стиснул губы, но побороть сопение не мог. | | |
| |
|
Рассказ №5409
|
