Рассказ №5484

     Когда я в свое время проходил практику в родном институте, судьба затащила меня на медосмотр, где новоявленные студенты (только поступившие) должны были проходить этот самый медосмотр, а я каким-то образом "помогать" (я не знал, правда, как и кому).
     - Я из комиссии приемной, меня к вам направили, в 301 комнату...
     - А, это вы, проходите, пожалуйста, проходите-проходите!..
     Невысокий худощавый доктор средних лет был очень обрадован моему появлению. Вокруг двери уже скопилась немаленькая толпа вчерашних абитуриентов, веселых и гордых за себя и свое поступление, интеллигентные парни и симпатичные девушки, они знакомились друг с другом, шумели и шутили, то и дело закатываясь смехом.
     На компьютере в кабинете сидел какой-то рослый студент, который был не меньше обрадован моему появлению, ибо оно давало ему возможность со спокойной совестью идти домой, что он тут же и сделал. Меня посадили за компьютер, оказалась, что работа, как говорится, непыльная и даже в чем-то приятная - набивать базы данных на стареньком, потрепанном Windows95, вводить имена новых студентов и т.д. Доктор и его молодой помощник (он, кстати, тоже иногда набивал эти тексты) быстро об'яснили мне суть дела, и я начал печатать, благо, печатал я всегда довольно быстро, и, как говорится, не одним пальцем.
     В то же время доктор начал прием. Ну, какой может быть осмотр, если всем хочется быстрее домой, студентов уйма, и пришли они чисто "потому что надо", чтоб отметиться и завести карту в соответствии с требованиями? Естественно, на осмотр каждого/каждой отводилось по паре секунд или от силы минут, исключая редкие случаи, когда студенты имели какие-то жалобы. Доктор оказался дерматологом. Молодых людей он заставлял все с себя снимать, что-то там делал с гениталиями, смотрел жопу и еще там что-то, что меня, впрочем, мало интересовало. Точнее, не интересовало вообще. По-другому было с девушками. Их он просил остаться в бюстгальтерах и в трусиках (можно еще в носочках), смотрел еще быстрее чем парней, и только в редких случаях просил показать все (не знаю уж, по какому принципу - все они были внешне здоровые и красивые). Парней запускали больше, девушек, увы, меньше. Но и они тоже были. Вошла первая группка девчонок, человек из 4-х. Они разделись в смежной комнате, Даниил Андреевич (так звали дохтура) быстро смотрел их и они вновь одевались. Я еще стеснялся посмотреть нормально на них, тем более, что сидел спиной и набивал текст. Только краем глаза я видел красивые, сочные фигурки в белых (преимущественно) трусиках и лифчиках, у многих была очень большая для 17-летних девушек грудь, у некоторых поменьше. Все это мельком. Потом опять было много парней, я старался за это время набить как можно больше текста, чтобы на девушках "отдыхать", лишь имитируя какую-то работу. И правда, не успел я все (или почти все) допечатать, как вошла еще одна стайка девушек. Все они стали раздеваться, смеясь и стесняясь собственной наготы, в смежной комнате, потом Даниил Андреевич все так же быстренько (видимо, чтоб не затуманивать особенно мозги нам с его помощником) осматривал их. Девчонки смеялись и очень смущались. "Ой, а я голая!", "Не заходите!", "Ну что, уже можно??" - постоянно доносились их крики и визг. На некоторых девушках - увы, их правда было немного - изначально не было лифчиков, поэтому им приходилось подходить к Даниилу Андреевичу почти совсем голенькими. Мы с помощником (он представился Васей) втихомолку посматривали на бедненьких новоявленных студенток, хотя Вася часто куда-то отходил, и я наслаждался один, что было еще приятней.
     Подошла одна девочка без лифчика. Скромная такая, светленькая, с русыми волосами. Грудь небольшая, но сосочки мне показались крупными. Я бесстыдно пялился на нее. Она бросила на меня испуганно-укоризненный взгляд выражавший что-то типа: "ну, не надо, пожалуйста, мне и так стыдно, а вы еще смОтрите...". Но я продолжал смотреть.
     Потом также без лифчика подошла одна полногрудая красотка, сама немножко полненькая, но очень красивая. Я еле сидел от возбуждения. Кажется, заметил это и Даниил Андреевич, постаравшийся как можно быстрее спровадить абитуриентку. У одной из девчонок, которые подходили к Андреичу, я успео заметить довольно крупное влажное пятно на трусиках, на том месте, под которым находится сами понимаете что. Осталось ли это после того как она в спешке где-нибудь в кустиках или в общественной уборной сходила по-маленькому в туалет, или же это была ее собственная смазка для нас так и осталось неразгаданной тайной. В этот момент желание потрогать ее ТАМ было для меня превыше всего... В большинстве же случаев, конечно, я смотрел не так открыто, изображая некое подобие работы, но запомнилось не эти 1,5 часа набивания текста, а, естественно, мгновенья созерцания юных голеньких (или почти голеньких) стесняющихся девушек. Но главное-то еще впереди!
     Когда я уже не надеялся увидеть что-нибудь красивое, да и время моего вынужденного там пребывания подходило к концу, Даниил Андреевич забрал последнюю группку девочек, всего-то три или 4 человека. Стая абитуры (ну разве можно их еще назвать студентами? Студентами настоящими они станут, когда хоть одну сессию сдадут!!:)), так вот, стая абитуры за дверью уже таяла и подходила к концу. Вошли эти три девушки. Так же быстренько он их осмотрел, но с одной из них что-то стал возиться, может, уже радио собственного удовольствия (так часто бывает, когда работа подходит к концу, хочется растянуть ее немного и выцедить самое приятное!). Он попросил ее приподнять чашечки бюстгальтера и показать грудь. Она смиренно это сделала и сначала одна, а потом вторая грудка выпрыгнули на волю. Я видел это все боковым зрением, но тут уж не выдержал и повернулся к ней. Девчонка была среднего роста, нормального такого телосложения, не худышка, но и совсем не полненькая, с чистой белой кожей (наверно, доктор решил специально поиздеваться над ней), а уж грудь ее была просто загляденьем. Крупная, белая, сочная... Я успел четко заметить, что оба ее соска (они были ярко-розового, почти красного цвета) набухли, и как две вишенки, как два камешка выдавались вперед. Я не знаю, как я сидел. Как я только не набросился на каждую из этих девушек?.. Ну да.
     Так вот. Я не выдержал и посмотрел на нее буквально в упор. Доктор с важным видом шарил ей грудь, сжимая ее, и даже, как мне показалось, пощипывая. Даже не поленился, надел очки, смотрит, такой! И видимо специально мне подыгрывает, не оборачивается, чтобы и мне дать подольше насладиться. Вышло, кстати, что еще дольше, чем он думал, но об этом еще впереди! Так вот, я смотрю на нее в упор, и она на меня вдруг так подняла глаза, посмотрела, причем смущения в ее взгляде было много меньше чем сознания собственной привлекательности, посмотрела и чуть заметно улыбнулась мне! Я тоже ей улыбнулся и она не выдержала, покраснела и подмигнула левым глазом, после чего опустила глаза. Но не просто опустила, а опустила их на мой предмет... У меня уже сквозь джинсы четко проступал большой бугор между ног. "Девочка без комплексов!" - подумал я, но я не успел развить эту мысль, потому что Андреевич вдруг вывел меня (и, наверно, ее) из блаженной истомы, громко крикнув: "Свободны, барышня! Марш одеваться!". Я резко повернулся на стуле, не успев в последний раз взглянуть на красотку...
     Тем временем, не прошло и пяти минут, как работа (а точнее, просто время моего там торчания) подошло к концу, и я благожелательно распрощался с Даниилом Андреевичем. Он посмеялся и что-то буркнул в конце типа: "самолеты, молодой человек, самолеты! Ну а девушки, потом, потом, потом!". У меня об этом человеке остались самые светлые воспоминания. Я вышел, стал собираться... Спустился на первый этаж.
     Подошел к зеркалу и вдруг вижу ту самую девочку, которая в почти обнаженном виде подмигивала мне у Андреича. Что-либо придумывать было не нужно, я просто сказал "Ппривет!", мы познакомились. Ее звали Марина. Она немного смущалась вначале, потому то я все время смотрел на ее грудь, но потом это прошло. Нам было весело. Я не стесняясь делал ей комплименты по поводу ее упругой груди, она смеялась, и как-то само получилось, что дошли до общаги, где она жила (она была из Костромы). "Пошли ко мне?" - игриво сказала она. Я помедлил для вида, типа, неудобно и все такое. "Тебе будет очень удобно, к тому же там сейчас никого нет". Естественно, мы пошли. В номере никого не было, девочки-студентки уже раз'ехались по родным краям, и плотность заселения была небольшой.
     Она зачем-то решила напоить меня чаем, хотя и так было жарко, но мы все же попили этого чая, после чего стали разговаривать "о вечном". О разном. Я почему-то не предпринимал никаких действий по отношению к ней. Вдруг она сказала: "Ну что, ты не хочешь, значит, увидеть еще раз то, что ты сегодня видел??". Естественно, это был ход с ее стороны. Я полез к ней, наши тела сплелись в жадном объятии, через пару мгновений ее маечка была на полу, а прямо перед моим лицом колыхалась ее крупная грудь, казавшаяся теперь еще больше. В том же бюстгальтере... "Сдвиньте, пожалуйста, чашечки!" - проговорил я, имитируя тон Андреича. Она рассмеялась. И вот. Голая грудь девушки прямо перед мои лицом. Я начал целовать ее и сосать. На вкус она была чуть-чуть соленой. Девушка стала стонать. Соски под влиянием свободы и моего языка затвердели, она была уже очень возбуждена. Как, впрочем, и я. Я не выдержал и полез руками к ее cunt. Она отстранила меня, сказав "нет". Тогда я стал еще усерднее целовать и обнимать Марину, и вскоре, при моих новых попытках подлезть к ее щелочке, ее сопротивление становилось все меньше и меньше. В определенный миг она остановилась и сказала: "Только, пожалуйста, не делай со мной этого. Я еще... ну, ты понимаешь". "Хорошо", - сказал я, хотя не был уверен, что исполню это обещание. В общем, Марина легла на кровать, на спину. Я вытянул ее во весь рост на кровати. Это было эротично. Грудь смотрела вверх, сверкая красными сосочками. Она уже отбросила всякий стыд и лукаво так улыбалась мне. Вот... Из одежды на Марине оставались лишь синие трусики, так как джинсы я не замедлил с нее стянуть, да и она сама здорово помогла мне в этом. Я жадно смотрел ей ТУДА. Я уже был на пределе. Когда я увидел мокрое пятно на ее трусах, которое росло и ширилось на моих глазах, я готов был кончить просто так, безо всяких касаний. Я припал зыком к ее промежности и начал ласкать ее прямо через трусики. Они были синего, даже почти сиреневого цвета. Марина стонала. Я не смог тогда разгадать вкуса ее выделений, потому что был слишком возбужден, чтобы что-то еще чувствовать, кроме этого возбуждения. Наверное. Я понял, что если не кончу прямо сейчас, то будет хуже. Она уже расстегнула к тому моменту мне джинсы, и вытащила просившегося на волю дружка. От прикосновений Марининых пальцев он стал еще более твердым и горячим. Я отодвинул ткань ее трусиков и теперь целовал и втягивал в себя ее голую киску. Сейчас я вспоминаю, что волос на ней почти не было, только чуть-чуть, видно, Марина была искусна в подобных делах и хорошо там все брила. Все это происходило за доли секунды, ну, от силы, минуты, а не так, естественно, как это здесь описано. Короче, в определенный момент что-то щелкнуло в моей голове (а может, в члене, или еще где-то) и я резко развернул ее, так, что теперь она стояла лицом прямо к моему ..., и он был уставлен прямо на нее. "Возьми..." - только и сказал я, она же уже одновременно, если не раньше, поцеловала головку и окунула ее в свой рот. Там было тепло и мягко. Я не выдержал и 20 се'cunt. В экстазе я с силой прижал ее голову к себе, так, что она чуть не поперхнулась, и начал бурно спускать в нее. Она давилась, глотая сперму, часть она проглотила, часть выплюнула, часть осталась на ее лице и груди. Рукой она потянулась к своей cunt, и стала энергично тереть клитор, я же, оправившийся от оргазма, стал больно теребить соски ее грудей. Марина вздыхала и охала и вскоре упала без сил на постель. Я размазывал сперму по ее лицу, она ничего не соображала. Из влагалища капала смазка... Мне пришла в голову шальная мысль: выполнить свое обещание, но войти в нее сзади. Я взял жидкость, вытекавшую из ее влагалища, и начал энергично *(почему-то в тот день все происходило как-то энергично и сумбурно:) смазывать ей анус. Пока она сумела оправиться и начать что-то говорить, я уже начал вставлять в нее член. Он задеревенел, но дырочка в ее попе была слишком узкой. "Блин..." - подумал я. Тем не менее, я все равно пытался проталкивать его вглубь ее дырочки. Она заорала, видимо, от боли. Член внезапно даже для меня пробуравил ее всю. Это вообще все было впервые для меня, не знаю, как для нее. Я не думал ни о чем, просто ходил внутри ее тела. Рукой я стал довольно грубо (это я сейчас уже понимаю) "ласкать" ей клитор, точнее, всю ее промежность. Марина орала так, что слышали наверно на м.Новослободская. Я работал в ней довольно долго, и уже чувствовал приближение развязки. Она же, видимо, так и не кончила, хотя и была близка к этому. Уже кончая, я изо всех сил схватил ее за крупную грудь (с которой все, как помнится, начиналось) и стал мять ее. Видимо, это как-то подействовало, потому что она как-то странно завизжала, я уже ничего не соображая, вставил несколько пальцев ей во влагалище, и почувствовал, как она вся сокращается внутри. Маринин анус как будто тисками сжал мой член, я исторгся в нее, она орала просто не переставая, свободной рукой продолжая теребить себе клитор. Наконец, мы без сил повалились на кровать.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: