 |
 |
 |  | А она ходит вверх-вниз, как паровой молот, забивающий сваю. Кровать скрипит, как корабль во время бури, и, пружиня, подбрасывает меня навстречу Маше, а она долбит, долбит меня жадно, без всякой пощады, как только что собирался драть ее я. Меня особенно впечатляет неожиданная гибкость Машиной талии. Верхняя часть ее тела опирается на руки и склонена надо мной в неподвижности, а Машин мощный зад, будто сам по себе, отдельно от нее, молотит, молотит и молотит, вколачивая в меня каждый раз новую волну наслаждения. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - А так это. Я в приюте вырос. У нас там на этот счёт такие строгие правила были, что даже дотрагиваться до своих гениталий не разрешалось. Во время сна - руки поверх одеяла. За одно подозрение в дрочке ребят в карцер сажали. Это у нас директриса была такая повёрнутая на целомудрии. Старая дева, крыса, мать её! Ей бы волю - она бы нас всех кастрировала, а девчонок в пояса верности нарядила. Нам каждый вечер лекции читали о вреде плотских утех. Каждый вечер талдычили о том, как дьявол совращает разных людей, уродует похотью их невинные души, а они потом горят в аду. Каждый вечер одно и то же! Весь мозг выебали! Вот только вряд ли эта старая ведьма рассчитывала на то, что это и обратную реакцию может вызвать: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Между тем пес закончил свое дело, слез и стал облизывать инструмент. "Не такой уж он большой, как говорят" подумал я. Две других собаки мгновенно рванулись к телу (видно, им это не впервой). Одна из теток схватила их за ошейники, а другая наклонилась к телу. Тело не шевелилось. "Все за.... в доску" Не тут-то было. Между теткой и телом произошел короткий диалог и второй пес легким прыжком занял рабочую позицию. Дальше я не выдержал. Тихонько взял за плечи детей и повел их в обход поляны. Мы шли, а взгляды искали белое тело и серый мех. На рыбалке мы сидели как потухшие. Бычок клевал, но мы его не ловили. У меня в голове ( уверен, и у детей) крутилась мысль: "А третий её тоже .... или нет?". |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Сережка встретил ее по уже сложившейся традиции: обняв, приподняв и немножко, до ласково-испуганного маминого "надорвешься!" , покружив. Марина с удовольствием ощутила животом напряженный, как всегда теперь при встрече, член сына, но настроение у нее сегодня было несколько иным, и она не стала, как обычно, проходить в комнату, к кровати, и раздеваться там. Быстро стянув с себя прямо на пороге ванной платье и белье, шагнула в душ. Удивленный сын потянулся, было, за гелем и губкой, но она взяла их сама. |  |  |
| |
|
Рассказ №5737
|