 |
 |
 |  | Ее лицо вмиг потеряло свою привлекательность. На меня смотрела просто завуч, а не Секси. Я отдал ей что принес и извинившись расспросил ее о линзах. О них я знал, не тупой. Но вот как их приобрести и что для этого нужно, я не знал. В классе у нас ни кто линзами не пользовался. Да оно и понятно. Потерять их легко, а потом отъищи их. Я вспомнил маму, ее глаза и мне сильно захотелось, что бы она сняла очки. Что бы все видели, какие красивые у нее глаза. И я решился. Мой какойтоюродный дядька время от времени браконьерствовал. Ему я и стал помогать. Нет, дядька не хапуга. Просто когда срочно нужны деньги, он не знает другого средства. Конечно страшно и холодно ночью на реке. Да еще и рыбоохрана. Короче через два месяца у меня были деньги и не малые. Хватит и маме на линзы и компьютер новый купить или обновить старый. Я посоветовался с тетей Никой. Она одобрила мой план, предложив сделать маме новую прическу и обновить гардероб. Больше тетка не выказывала желания близости со мной, а я не лез к ней. Хотя шутки ее были достаточно взрослыми, да и разговор можно было завести весьма откровенный. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Доктор, закончив осмотр вагины и анального отверстия моей супруги, громко объявил, что устранить нашу сексуальную дисгармонию можно только при непосредственном его участии. Алена встала и выпрямилась, но почему-то, не садилась на место и не одевалась, как будь то ждала продолжения. Доктор начал неспешно раздеваться. Мне показалось странным, что Алена продолжала стоять голой посреди кабинета, к тому же она, бесстыдно покручивала свой сосок на глазах у всех. Доктор, зачем-то раздевшись до трусов, приказал Алене присесть на кожаный диван. Она, томно покачивая бедрами, прошла к дивану, и села нога на ногу, подмигнув мне. Странно, моя, полностью обнаженная супруга в незнакомом месте, была так уверенна в себе, ее природные стыд и скромность, куда то улетучились. Я склонен отнести это к еще не ушедшему из ее недр возбуждению, которое и заставляет женщину делать разные непонятные вещи, о которых потом многим приходиться сожалеть. Я надеялся, что доктор будет делать Алене массаж. Он скинул с себя трусы, и сняв очки, подошел к медсестре. Когда этот тщедушный дистрофик, шел к противоположному углу кабинета, мне показалось, что со спины, между ног, я увидел раскачивающийся болт доктора. Это маловероятно, успокоил я себя, чтобы мужской член был виден со спины, он должен был быть сантиметров 25, не меньше. Медсестра спокойно производила какие-то манипуляции рукой, из-за спины доктора не было видно какие именно, но мне показалось, что она что-то тщательно втирает доктору одной рукой, а другой делала активные поступательные движения. Вдруг я увидел, как рука медсестры протиснулась между ног доктора, что-то втирая ему в промежность, яйца его покачивались, в такт движениям руки девушки. Через две минуты, не оборачиваясь к дивану, доктор сказал Алене, что бы она готовилась. "Ладно", сказала моя жена нервным глухим голосом. Тональность ее голоса выдавала крайнюю степень возбуждения. Я обернулся, чтобы убедиться в этом. Ее глаза горели похотливым огнем, она нетерпеливо облизывалась и, посмотрев на меня мельком, она попросила меня, чтобы я не обижался на нее, и понял, что все это мы делаем для нашего общего блага. Я согласно кивнул, еще не понимая, что дело пахнет керосином. Дав медсестре напоследок какие-то указания, доктор неожиданно повернулся ко мне лицом. Смазанный медсестрой хуй торчал в потолок, одной рукой он поглаживал его по всей длине. Обхватывая его ладонью, пальцы доктора не смыкались. Мне стоило не малых усилий скрыть зависть и удивление по поводу размеров его прибора. Намасленный эрегированный член доктора выглядел потрясающе на фоне худобы его тела: двадцать сантиметров в длину и с окружностью 18 сантиметров. Смотря прямо мне в глаза, он сказал, что сейчас проведет сеанс пролонгированного секса с моей супругой, что согласие это обоюдное и подписанные бумаги тому подтверждение. Я слушал его не внимательно, в висках била кровь, сердце бешено колотилось. Из сказанного я понял, что обратной дороги нет да и не нужно, так как только подобная терапия поможет вернуть нам с женой сексуальную гармонию. В домашних условиях мы сможем потом воссоздать происходящее здесь. Все еще сомневаясь, я обернулся к своей супруге, желая знать, что она думает по этому поводу. Ее пунцовое лицо меня поразило. Она нервно зевнула, я заметил, что ее бьет мелкая дрожь возбуждения. Даже не взглянув на меня, она, смотря на колбасу доктора, сглотнула слюну в пересохшем горле и ответила за нас обоих, что мы согласны. Доктор довольно кивнул и направился к дивану. Алена сидела бездвижно и смотрела на приближающегося к ней доктора, как кролик на удава. Яйца, качающиеся по сторонам при ходьбе, и здоровенный пульсирующий болт доктора, заворожили мою жену. Подойдя к ней, доктор что-то ей говорил, но Алена уже не слышала его. Бордовая залупа доктора, покачивалась перед ее лицом, как китайский болванчик. Машинально приоткрыв ротик, она потянулась рукой к основанию его члена. Она взяла в свою руку его венозный ствол и хотела уже губами обхватить огромную головку доктора, но он громко произнес, что здесь не притон, а комната интенсивной терапии. Это замечание меня порадовало, ведь это значит, что доктор был не прохиндей, а профессионал, дававший клятву Гиппократа. Замечание доктора слегка отрезвило мою жену, она была смущена своим низменным порывом. Далее доктор, сказал мне, чтобы я запоминал порядок его действий, чтобы реконструировать их дома. Алене же он сказал, что коитус, который он будет проводить с ней, является не актом доброй воли, а медицинской необходимостью. Потом он уже спокойным голосом попросил ее помочь своему супругу. Для этого Алена должна стараться никак не реагировать на действия доктора, т. е. изображать фригидность. Все поняли свою задачу и сеанс терапии начался. Доктор попросил Алену встать с дивана и принять собачью позицию, облокотившись на спинку дивана. Моя жена встала с кожаного дивана, а на месте где она сидела, я увидел мокрый участок трапециевидной формы. Она забралась на диван с ногами, встала на колени, а грудь положила на спинку. Расставив локти по сторонам, она положила голову на ладони, чуть склонив ее на бок, чтобы видеть, что происходит позади ее. Доктор, посадил меня на стул, рядом с диваном. Медсестра расположилась за столом, там где сидел доктор. Сам он подошел к Алене и постукав по внутренней части ее бедер, заставил их широко расставить. Мне открылась картина набухшей от желания Алениной пизденки. Две половинки толстых губ, прикрывавших вход в ее недра, слегка раскрылись. Доктор подошел к ней вплотную и постучал хуем снизу по ее сырым губам. Алена вздрогнула. Он как кисточкой, начал водить в беспорядке по ее ништякам, через минуту его болт был весь в ее выделениях, "девочка" Алены уже не могла терпеть. Алена, изогнув брови мучительной дугой, молча смотрела на доктора умоляющим взглядом. Он продолжал барабанить своим хуищем по наружным половым органам моей жены. По внутренней стороне бедра Алены потекла капля не то пота, не то вагинальных выделений. Я видел, как она закусила палец, все еще терпя пытку доктора. Десять минут спустя доктор начал присовывать свой хуй в Аленину пизду. Когда его толстая головка протиснулась в ее киску, Алена не выдержала и замычала. "Чу-чу-чу", убаюкивающим голосом, доктор попытался успокоить Алену. Продолжая проникать все глубже, я удивлялся, как тесная щелка моей жены принимает в себя этого монстра. Доктор не загонял шишку сразу, он протискивал два сантиметра вперед и медленно назад. Так, участками, смазывая свой хуй соками Алениной "киски" он вогнал его почти до основания. Последний раз достав свой блестящий от соков хер, доктор втиснул его до самых яиц и остановился. Мне показалось, что, приняв до основания его клин, Аленина жопа даже немного раздулась. Она протяжно застонала, и тоненьким умоляющим голоском попросила доктора не останавливаться. Доктор, повернув голову ко мне, сказал, что главное не стараться сделать женщине приятное, не надо думать о ее удовольствии, это может перевозбудить и сократить продолжительность акта. Я кивнул, давая понять, что усвоил урок. Далее доктор просунул руку под живот Алене, и прогулявшись по ее лобку, потеребил немного ее клитор, Алена задергалась. Потом он взял обеими руками мясистые груди Алены и начал их нежно наминать. Моя жена должна была скоро кончить, я знал уровень необходимой ей кондиции. Доктор принялся долбить ее сзади, загоняя хуй по самые яйца. Спина Алены вспотела. От каждого толчка доктора, по ее жопе прокатывались волны до самых лопаток. Чавкающие звуки массируемой Алениной пизды и смешанный запах гениталий заполнили комнату. Доктор долго держал хороший темп. Спокойно посмотрев на наручные часы, он дал мне знак, что с начала сеанса прошло уже пол часа. Я с пониманием кивнул. Медсестра взглянув на меня, сказала что еще остается два с половиной часа. Я удивленно подумал, как возможно такое, что бы человек смог трахаться три часа, не кончая. Миф, наверное. Я продолжал наблюдать за доктором и Аленой. Доктор был неутомим как кролик. Его тощая костлявая жопа ходила ходуном, забивая в недра Алены удар за ударом, а у него даже дыхание не сбилось. Такое ощущение, что его хуй был из каучука, большой и бесчувственный. Алена тяжело дышала, прогибала спину и страстно подмахивала своей жопой, частые стоны ее превратились почти в непрерывное монотонное мычание. Такого удовольствия своей жене я никогда не доставлял. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я ощутила немыслемую боль в заднем проходе. В меня вошёл чей-то член. Эта боль была несравнима с той, которую я ощутила потеряв девственность. Уж лучше б меня десять раз лишили невиности, чем один раз загнали член в попку. Я завертелась, но бестолку. Я кричала в чью-то ладонь и лила литрами слёзы. Меня трахали в задницу. Потом трахали вновь в кисочку. Потом снова в задницу. Потом наконец всё закончилось и моё лицо всё оказалось в липкой сперме... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | А её лобок, покрытый густыми чёрными как смоль волосками, сводил меня с ума. Чего я не хотела в постели, так это, заниматься любовью с женщиной, с бритым или белобрысым лобком. Нет моя мечта, это чёрный, заросший, чуть ли до пупка лобок, как у той пьяной суки, которая насиловала меня школьницу, в туалете. У свекрови он был таким, какой я хотела, правда не в форме " треугольника" а ввиде большой, широкой чёрной полосы. Елена Михайловна, подбрила по краям волосы на лобке и сбритые участки, сейчас темнели, чёрными точками, на великолепном теле матери моего мужа. |  |  |
| |
|
Рассказ №5748
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 24/12/2004
Прочитано раз: 187243 (за неделю: 50)
Рейтинг: 77% (за неделю: 0%)
Цитата: "Прикрыв рукой обнаженную грудь, она легла на кровать, не обращая внимания на сына. Перед сном Марина иногда ходила в таком полуобнаженном виде, наивно не замечая жадных взглядов сына. Слава, еле удерживаясь на стуле, незаметно смотрел на нее. Какая она красивая, думал он. Ему так хотелось высвободить свои чувства, обнять ее нагое тело, и исцеловать с губ до пяток. Он продолжал ласкать взглядом ее бедра и грудь, и скоро не выдержав незаметно встал, и подошел к двери. Он встал позади нее так,чтоб она его не видела, но он прекрасно видел ее длинные, обнаженные ноги. Он тихо засунул руку себе в трусы, и начал дрочить свой взбесившийся член. Вдруг зазвенел телефон, и Марина обернулась. Слава растерался, быстро вынул руку из штанов, и выбежал из комнаты ......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
Марина крепко спала, когда сын тихо приоткрыл дверь ее комнаты. Он был очень возбужден и знал что не заснет этой ночью. Слава несколько минут простоял в темноте - не решаясь подойти поближе к постели.
В 14 лет Слава впервые почуствовал сексуальное желание к своей матери. Теперь ему было 18, и все это время его чувства к ней становились все силнее. Марина была очень красивой женщиной - высокой, стройной, с потрясающей фигурой. Такой красоты и женственности Слава не замечал среди своих сверсртниц, считал их малолетками, и не мог понять почему ему нельзя хотеть красивую, сексуальную женщину - будь то его мать или нет. Он ни как не примирялся с судьбой - неужели он всю жизнь проживет с мамой, но так и не отведает ее вкуса - довольствуясь лишь ее образом, жадно мастурбируя перед сном.
У них были очень теплые и дружеские отношения, как часто бывает, когда ребенок растет без отца. У них почти не было тайн и стеснений между собой. Слава всегда делился своими чувствами с матерью, и порой разговаривал с ней не как с матерью, а как с подругой. Именно эти сверхдружеские отношения во многом стали причиной комплекса Славы. С кажым днем Славе все труднее было сдерживать себя - кровь кипела в его венах, каждый раз когда он смотрел на нее, на ее глаза,губы, волосы.
В тот вечер Слава сидел перед телевизором, когда в комнату вошла его мать. На ней были лишь тоненькие, прозрачные трусы.
Прикрыв рукой обнаженную грудь, она легла на кровать, не обращая внимания на сына. Перед сном Марина иногда ходила в таком полуобнаженном виде, наивно не замечая жадных взглядов сына. Слава, еле удерживаясь на стуле, незаметно смотрел на нее. Какая она красивая, думал он. Ему так хотелось высвободить свои чувства, обнять ее нагое тело, и исцеловать с губ до пяток. Он продолжал ласкать взглядом ее бедра и грудь, и скоро не выдержав незаметно встал, и подошел к двери. Он встал позади нее так,чтоб она его не видела, но он прекрасно видел ее длинные, обнаженные ноги. Он тихо засунул руку себе в трусы, и начал дрочить свой взбесившийся член. Вдруг зазвенел телефон, и Марина обернулась. Слава растерался, быстро вынул руку из штанов, и выбежал из комнаты ...
Теперь она лежала перед ним - такая красивая и беззащитная. Она крепко спала, обернувшись на бок - спиной к нему. На ней было тоненькое полотенце, которое нежно облегала ее красивую фигуру, подчеркивая изысканные бедра и талию. Слава дрожал всем телом, не потому что было холодно, а потому что он собирался сделать то - что давно задумал уже давно. Поток мыслей разрывал его голову, он не знал чем это может кончится. Ему становилось плохо лишь от мысли, что мать проснется, и увидит его - голым, стоящим над ее постелью. Но гормоны молодого тела, затмевали разум. Он подошел к ней - и прошептал ее имя. Марина не отреагировла. Тогда блудный сын нежно дотронулся до ее плеча, слегка дернул ее, но и тогда она не проснулась. Убедившись, что она крепко спит, Слава осторожно стянул с себя трусы, и его возбужденный член высвободился на волю. На секунду он почуствовал отвращение к себе - он был похож на извращенца - стоя совсем голый над своей спящей матерью, и собираясь сделать непростительное и необратимое. Но он не остановился. Еле сдерживая свое шумное дыхание, Слава дрожащей рукой опять дотронулся до нее. Он постепенно двигал ладонью все ниже, пока его рука не дошла до ее бедра. Он медленно стянул с нее полотенце и тут замер - теперь он наконец мог разглядеть свою принцессу, теперь никто ему не помешает. В лунном свете ночи Слава смог разглядеть ее пышную, белую попку - на которой были такие же белые тоненькие трусы. Он продолжал стягивать полотенце, вскоре обножив ее спину и грудь. Он никогда еще не испытывал таких чувств - грешных и безумно сладких одновременно . Сердце мальчика колотилось так быстро, что казалось скоро выскочит из его груди. Несколько минут он так простоял над ее обнаженным телом, и не как не мог насладиться этой нагой красотой. Он мог смотреть на ее безупречное тело бесконечно, но у него не было и лишней минуты. Ладонью обхватив свой твердый член, Слава начал медленно масировать его, не отводя взгляда от матери. Сев на край кровати, он другой рукой нежно прикоснулся к попке Марины, и вздрогнул от удовольствия, она была такой теплой и мягкой, ему хотелось поцеловать ее. Слава продолжал дрочить, одновременно гладя ягодицы матери. Потом он погладил ее тонкую талию и нежную спину. Марина чуть пошевелилась, когда Слава дотронулся до ее груди. Но он был осторожен. Нежно гладя обе груди, он еле сдерживал оргазм, желая продолжить это божественное наслаждение. Ее груди были такие нежные и упругие, ему так хотелось пососать их. Но он очень боялся разбудить ее. Осторожно наклонившись над ее попкой, он медленно поднес губы к ней. Слава почувствовал нежный аромат матери и сильно вдохнув его, поцеловал ее теплую кожу. Губы сами жадно глатали ее нежное тело, он покрыл поцелуями всю покпку матери, а потом и ее ноги. Слава работал так нежно, что Марина лишь иногда вздрагивала когда его влажные губы касались ее обнаженного тела. Но он не удовлетворялся, как ненасытный зверь он все сильнее хотел ее. Слава медленно просунул руку под трусы матери. Он осторожно стянул их до колена, и когда ее попка была совсем обнаженной, он лег позади нее, взял в руки свой член и нежно коснулся им ее. Дрожь пробежалась по телу мальчика, когда мокрая головка его девственного члена коснулася теплой кожи матери. Он был бешенно возбужден, его мысли были лишь о ней. Не раздумывая, Слава осторожно и медленно просунул свой мужской орган между ее бедер - прямо под влагалище.
Марина дернулась, когда огромный твердый предмет коснулся ее интимного места, но она спала. Слава испытывал все новые и новые неповторимые ощущения, он еле сдерживал оргазм - его член уютно лежал между ног матери, там ему было очень тепло и мягко. Мальчик обнял свою мать и обхватил ее груди, теперь он мог всем своим телом почувствовать ее. Когда оба обнаженных тела нежно слились, он стал медленно двигаться взад и вперед. С каждым движением член все глубже проникал между ее бедер. Он все силнее прижимался к ее телу, вдыхая ее сладкий аромат, и все силнее сжимал ее грудь. Он целовал ее шею, шумно дыша и шепча ей на ухо - "Я люблю тебя, мама". Слава продолжал тискатать свой член между ног матери, и почуствовал что у нее там уже становилось влажно. Марина стала тихо стонать, но сыну было безразлично проснулась она или нет, он в экстазе дергался - все силнее толкая ее. В темноте все чаще раздавался скрип кровати и робкий стон юноши. Он ненасытно "трахал" свою мать, с каждым движением все больше желая ее. Наконец он сдался - сильнейший оргазм охлынул тело мальчика, струя спермы прыснулась премо между ног матери. Дергаясь от удовольствия он укусил ее в шею и сильно зажал в руках ее грудь.
Марина простонала от боли, и чуть не проснулась. Еще пару минут неподвижно лежал Слава - сильно прижавшись к обнаженному телу матери. Потом он медленно и нехотя вынул член из мокрого местечка и встал с кровати. Натянув на нее и на сябя трусы он поцеловал ее плечо и тихо вышел из комнаты.
Утром Марина проснулась с каким-то странным ощущением, у нее побаливала грудь и шея, а в трусах все было мокро. Она в недоумении разглядывала странные пятна на простыне и на лобке. Полусонная она вошла в ванную, но даже после теплого душа, странное ощущение продолжало владеть ею. На мгновение ей показалось, что она заболела, и она стала исследовать свою покрасневшую промежность. Только когда Марина заглянула в зеркало, она заметила следы укуса на своей шее. Внезапно ужасная мысль вонзилась в ее голову, она побледнела и пошатнулась. Быстро войдя в свою комнату она нагнулась над кроватью и понюхала то странное на первый взгляд пятно. Марина не могла спутать запах спермы с чем то другим. Страх на ее лице сменялся безумной болью. Ее ребенок изнасиловал ее. Пошатываясь, она тихо дошла до комнаты сына и вошла внутрь. Слава только-что проснулся от сладкого сна. Увидев мать, стоящую в дверях его комнаты в ванном халате, он слегка удивился. Но посмотрев ей в глаза он все понял. Он никогда не забудет выражение ее лица. Боль и отчаяние отражалось в ее мокрых глазах. "Как ты мог" - еле выговорила она - " что ты наделал" - горьким и униженным голосом прошептала она и тихо вышла из комнаты. Холодным потом покрылось побледневшее лицо Славы. Ничего не соображая он несколько секунд не двигался, но очнувшись от мимолетного ступора, он резко встал с постели. Бедная мама, он сделал ей так больно, он разбил ей сердце, сердце которое так нежно согревало его столько лет.
Слава бешенно колотил себя в голову, не понимая как опустился до такого.
Но поняв что угрызениями ничего не изменить, он решил как-то успокоить ее, как-то "вернуть" ее. Не одеваясь, в одних трусах, он вошел в ее комнату. Марина лежала лицом окутавшись в подушку и тихо рыдала. Капли крови капали с сердца сына, ему не была прощения. Что он мог сделать - ничего, лишь ... лишь признаться в своих глубоко зарытых чувствах. "Прости меня мамочка" - тихо прошептал он - "Прости меня, я не хотел делать тебе больно, просто я безумно любля тебя ...". Еле докончив, Слава заметил как капли слез покатились по его щеке. Внезапно он почувствовал такое облегчение. Он был очень привязан к своей матери, но никогда не признавался ей в любви. Марина на секунду замолкла, но не видержав заплакала еще громче. Теперь ее душу терзали два противоположных чувства - ненависть и любовь к своему ребенку. "Я не смог сдержать своих чувств, я знаю что поступил очень низко ... - продоржал Слава, отчаянным голосом - но прошу, пойми меня". Послеадовала долгая пауза, Слава больше не мог продолжать, захлебнувшись собственными чувствами, он просто промолчал и вытер слезы. С каждым новым словом Слава чувствовал себя свободней и расскованней. Он вдруг заметил, что его опять тянет к ней, ему хочется прижаться к ней как никогда в жизни. "Мама, ведь я знаю, что с тех пор как ушел папа, у тебя никого не было. А ведь ты такая молодая и красивая - тебе ведь тоже хочется мужской ласки - продолжал Слава с более отчаянным голосом - почему ты не должна быть счастливой, почему мы оба не можем быть счастливы, почему кто-то чужой должен ласкать тебя, а не я - твой любящий сын ... - тут Слава не выдержал, и громко простонав, сильно прижался к ее плчеу. Марина затихла, и робко обернувшись, посмотрела на него. Она впервые посмотрела на него не как на дитя а как на мужчину - мужчину красивого и сильного. Его взгляд был полон любви и невинности. Все мысли смешались в ее голове, ей больше не хотелось думать ни о чем. Пытаясь уйти от суровой реальности Марина закрыла мокрые глаза, окинулась на спину и со всей любовью нежно прошептала "Поласкай меня, мой мальчик" - безвозвратно отдаваясь соблазну порочных чувств.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|