 |
 |
 |  | Она осталась полностью голой. Я немного развела ее ноги, ухватилась за них, чтобы она ими не шевелила, и прикоснулась языком до ее киски и она застонала. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я целовал ее ножки до тех пор, пока она сома не убрала их от меня. Она взяла меня за руку и потянула к кровати. Я не сопротивлялся, она легла на кровать, я аккуратно лег на нее сверху, следом за нами легла Катя.(благо кровать была широкой) Я слез с Лены и передвинулся так, что бы лежать между ними обоими. Мы продолжали целоваться, но тут катя сняла с меня футболку, я не стал сопротивляться. Тем временем Лена расстегнула ремень на моих штанах и стала стаскивать с себя маячку топик. Я уперся руками в кровать и стал молча наблюдать за ними. Катя тоже сняла футболку, как оказалось обе они не носили бухгалтеры, я с наслаждением смотрел на гладкую кожу их молодых грудей. Тут я решил, что не мешало бы им помочь раздеться, я стащил сначала юбку с Лены после этого я аккуратно расстегнул и снял джинсы с Кати. Потом я снял с себя штаны и носки. мы продолжали целоваться, только теперь я ласкал руками и губами их груди. У меня промеж ног давно выросла горка которая упиралась в внутреннею часть бедра моей любимой. Она чувствовала мое возбуждение и это заводило ее еще больше, наконец она не выдержала и спустила одну руку с пояса мне на бедро. Нежно поглаживая она перевела руку мне между ног и коснулась моих трусов. Я думал, что они порвутся под напором моего члена. Поглаживая его она спросила хочу ли я их. Что я мог ответить, кроме как да?! Катя стащила с меня трусы и стала поглаживать головку моего члена, она попросила, что бы я "поиграл" язычком у нее в дырочке. Зубами я стащил с нее трусики изображая большого дикого зверя, это завело ее до предела она сама с силой обняла меня за голову и рывком приблизила ее к своей розовой и влажной от возбуждения дырочке. Не знаю, что на меня нашло но я как бешенный пес впился ей между ног, мой язык превратился в ураган, в цунами. Катя уже не могла сдерживать себя и тихо стонала от наслаждения. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Много у нас на улицах красивых девушек. Одно плохо - непонятно, как с ними познакомиться. Не всем, например, повезет встретить в темном переулке симпатичную девушку, к которой пристали пьяные хулиганы, чтобы, раскидав обидчиков, скромно предложить себя в качестве провожатого. Обычно самому приходиться зажимать девицу в темном углу и предлагать, скажем, помочь донести тяжелую сумку. Чаше всего это предложение отвергается в форме нанесения тяжелых телесных повреждений этой самой сумкой. Женщины по |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... |  |  |
| |
|
Рассказ №5876
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 05/02/2005
Прочитано раз: 74056 (за неделю: 37)
Рейтинг: 78% (за неделю: 0%)
Цитата: "Трахаться совсем не хотелось, лишь бы только продолжался этот оральный марафон. Остальные совсем не против были, и мы по очереди, по мере вставания чьего-то члена, отсасывали по полной программе, отчего сами возбуждались, и все начиналось сначала. Так длилось часа два, а потом мы, обессилившие, все в сперме и с ее же вкусом во рту уснули, переплетясь телами, повалились на кровать. Я засыпал последним, радуясь тому, что после моего отъезда им вчетвером будет чем заняться бессонными ночами. А утром они все меня провожали с грустью в глазах. Да и я сильно не радовался. Я бы с удовольствием остался здесь...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Потихоньку я стал обвыкаться с деревенской жизнью.
На пастбище я был частым гостем, особенно мне нравилось там время с Цезарем проводить.
Мы с самого начала нашли общий язык. Он мне позволял даже находиться в стаде. Я свободно заходил в загон, гладил его по гладким бокам, каждый раз любуясь его огромными яйцами, а иногда этот гигант показывал мне свой член. Я от него был без ума. Да и деревенские заметили наше общение, особенно дядя Вова частенько поглядывал в нашу сторону, когда мы общались.
Цезарь даже гулял со мной. Мы выходили с ним из табуна. Я шел чуть сзади и любовался его телом, а он наблюдал за мной своими большими темными глазами. А ночью я отрывался на Сереге с Мишкой. Такой сексуальной активности не было у меня никогда, и чем больше я занимался сексом, тем больше сил у меня прибавлялось как будто я питался из какого-то источника . А бывало под вечер, когда темнело, и я оставался на пастбище, Цезарь позволял себя дрочить , и я дрожал от возбуждения, когда меня окатывала струя горячей конской спермы. И еще подметили деревенские, что Цезарь стал послушнее, в смысле кобылок, во всяком случае сбоев у него не было, особенно когда я присутствовал.
Так что пастухи в какой то мере мне даже рады были. Ну, в конце концов и решил я остаток отпуска провести у друга в гостях. Мы попивали самогоночку да сексом сумасшедшим занимались.
А как-то днем, когда все обедали, отец мишкин сказал
- Слышь, Андрей, тут такое дело, помнишь кобылку соседскую ,ну которую Цезарь из стада выгнал?
- Ну помню.
- Ну, как бы нам их свести, сосед просит. Говорит, пусть Андрюха попробует!
- А я при чем?- попытался отговориться я.
- Ой не юли, и так все видят, что ладите вы с Цезарем. Ну попробуем, давай!
Ну, короче, уговорил он меня. Да я в принципе и не сопротивлялся сильно. Ну не мог же я отплатить этим людям неблагодарностью. Условились мы таким образом: я Цезаря приведу в сад яблоневый - он неподалеку от пастбища был -, а сосед с дядей Вовой приведут кобылу туда .Там сарай большой был и загон обширный. Вот туда мы их и завели. Дядьки пошли в сарай, а я остался с Цезарем, пытаясь его уговорить. Если честно, то только для пущего вида. Я просто стоял, поглаживая Цезаря, и говорил с ним как обычно при наших прогулках. Но потихоньку я все же начал возбуждаться, улавливая еле заметный запах кобылки, и член стоял у меня уже не по-детски. На какое-то время я забыл даже, что из сарая наверняка смотрят на нас, и начал поглаживать коня по бокам, приближаясь к его сокровищу, которое сразу отреагировало на мое прикосновение. Из мешочка стал выползать, выпрямляясь и напрягаясь конский хрен. Я протянул руку и дотронулся до знакомой дубинки. Цезарь вздрогнул , и в то же мгновение я почувствовал, как меня обнимают чьи-то руки и ко мне прижимается чье-то тело. Своей попкой я почувствовал напряженный мужской член. Потом меня целовали в шею, а еще две руки гладили по бедрам, задевая промежность.
Я был ошеломлен. Потом с меня стянули штаны, и жаркие губы прикоснулись к головке члена, и в то же время слетела майка, кем-то содранная. Глаза я не открывал ,боялся спугнуть это наваждение. А горячий язычок вытворял чудеса с моим членом и яичками. Меня трясло от возбуждения ,а сзади язычок другого искусителя медленно спускался по позвоночнику к моей попке.
Облизав обе половинки, язычок вонзился между ягодиц, ища заветную дырочку. Я чуть нагнулся, уткнувшись лбом в бок коню, и, нащупав его хрен, начал надрачивать эту дубинку, упирая ее себе в живот. А внизу творилось нечто неописуемое. Меня буквально трахали язычками, и четыре руки по-прежнему гладили мое тело. Я все-таки открыл глаза. Впереди на корточках под конем сидел дядя Вова и неистово сосал мой член, перебираясь к яичкам, а сзади его сосед трахал меня язычком в попку. Неожиданно
Цезарь задергался и, я понял, что он скоро кончит.
Сам весь перевозбужденный, я начал неистово кончать в рот мишкиному отцу, а конь нас окатывал горячей спермой. Потом я их обоих целовал взасос, слизывая конскую сперму и протягивая к их хуям руку. Но когда я дотронулся до члена Петра, соседа дяди Вовы, я просто охренел. В руках я никогда еще не держал такой мужской дубины. По толщине она соперничала с хреном Цезаря, правда, поменьше была в длину. В рот помещалась мне только одна головка.
Я тут же сел на колени и снял с него трусы. Таких яиц я тоже никогда не видел.
Конечно, я пытался доставить удовольствие обоим, но дядя Вова кончил почти сразу, а Петр отстранился.
- Что-то не так? - спросил я.
- Да нет, я так не кончу.
Он привязал кобылку к забору, принес из сарая лавку, поставил её позади кобылы и начал поглаживать ей промежность.
Я понял, что он собирается делать, и от одной этой мысли у меня встал мой зверь. Подойдя к Петру, я начал помогать гладить кобылку и одновременно надрачивал его член .Он встал на лавочку, и его хрен оказался вровень с пиздой лошадки, но, посмотрев на меня, спросил:
- Может, хочешь первым?
Меня аж передернуло от возбуждения. Член заломило от прилившей крови. Пётр слез, освободив место мне. Я неуверенно забрался на лавку.
- Не бойся, она привычная.- Сказал он, поглаживая меня по ягодицам, массируя мне колечко ануса и надавливая на него.
Я ввел член и замер, обняв кобылку за бока. Ощущения были непередаваемыми! Там было горячо и просторно, а кобылка обдавала мои яички горячей мочой, от чего я еще более возбудился и ритмично задвигал попкой, Впервые я, словно настоящий конь, ебал желанную мне кобылу.
А жаркие руки гладили меня по заднице .Я обхватил бедра кобылки, чувствуя, что скоро кончу, и начал загонять со всего маху хрен. Меня всего передернуло от наступившего оргазма, а в мою попку вонзился палец Петра. Проделывая там что то неописуемое, что приносило мне дополнительный кайф. Я без сил упал на попку кобылке, потом слез со скамейки, уступая место Петру .Он безжалостно вонзил свой член и начал ебать кобылу, обхватывая ее за бока, а дядя Вова тем временем тоже поднялся на скамейку и вонзился в Петра своим членом.
Я же залез под эту композицию и лизал их яички. Дядя Вова кончил, а Петр все не мог угомониться. У меня же тем временем опять поднялся член и стоял как солдатик. Я быстро залез на скамейку и разом вставил Петру в зад. Он аж приостановился. А потом я стал его ебать изо со всей силы, как только мог. И непонятно было, кто ебет кобылу: он или я. Я своими толчками вдавливал его в конскую пизду. Сколько это продолжалось, не помню. Помню только, как Петр вдруг зарычал, и мой член начало туго схватывать в его попке отчего я тоже стал кончать, загоняя свой хрен глубже и глубже. Мы в изнеможении остановились.
Сил не хватало ни на что, только на поцелуи. Мы ушли в сарайчик и там целовались и разговаривали. Там я и узнал, что у Петра не было жены, оно и понятно почему. А Серёга был ему приемным сыном. Дядя Вова как-то застукал соседа с кобылкой. С тех пор они вместе развлекались. А меня как то раз с Мишкой дядя Вова видел, когда мы, забыв обо всем, трахались и они с Петром придумали такой план. Но я не жалел. Хотя я и был в шоке от мысли, что у меня был секс и с сыновьями, и с отцами.
Но почему был? Он и продолжался всю последующую неделю до моего отъезда. А напоследок мы, прощаясь, посидели, попили водочки, а когда остались впятером: я дядя Вова, сосед и их сыновья, я встал, подошел и поцеловал каждого взасос. Они оцепенели, глядели на меня и не двигались ....
Ну а дальше можно догадаться или вам рассказать?
Послесловие
Да и что они могли сказать? А мне так хотелось их оставить вместе.
Я опустился на колени, расстегнул ширинку на брюках Сереги и, закрыв глаза, взял в рот набухающую головку. Будь, что будет! - решил я.
Когда я их открыл, то увидел, что все присутствующие достали свои члены и откровенно их дрочили и, видать, завидовали Сереге, так как он находился в лучшем положении, нежели они.
-Ну что стесняетесь? - сказал я. - Пошли в комнату!
Они встали посреди комнаты. Ну что ж, пусть будет так. - подумал я, приближаясь к этой четверке членов.
Начал я с соседа, облизывая ему головку и стараясь протолкнуть глубже его торчащего гиганта. А рядом качались еще три хрена разного калибра, подрачиваемые своими хозяевами.
Оторвавшись от соседского члена, я взял в рот мишкин, руками же ласкал промежность стоящих. А потом переходил от одного члена к другому, стараясь никого не обделить своим оральным вниманием. Это было просто какое то помешательство. От такого количества членов мне было не по себе. Мой хрен стоял колом, его ломило от возбуждения. Я чувствовал, как переполняются спермой мои яички. Кончали все по очереди в течение примерно пяти минут, вследствие чего я весь оказался в сперме и причем совсем неудовлетворенным. Первым это понял дядя Вова и начал меня целовать и слизывать сперму с моего лица, опускаясь ниже.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|