Рассказ №6027 (страница 3)

     "Ну что же ты, мой хороший, так долго. Мы уже здесь скучать начали.
     Я хотел было ответить чем-нибудь язвительно-подобающим, но в последнюю секунду передумал. В конце концов это её дело, как она будет выпутываться. Поэтому я поставил тарелку на столик, сел в кресло и как бы не замечая их произнес тост за верность и любовь.
     Налил. Выпили. Наталья, вместо моей закуски, виновато улыбнулась, попробовала выговорить слово брудершафт, заявила, что тост за любовь невозможен без того, чтобы её попробовать в сравнении, опять, сучка, впилась в губы Андрею, при этом завив, что мой будет следующий.
     Я почти что одурел наблюдать, как они целуются, особенно потому, что Андрей опять полез к её груди, и стал массировать её, словно это была его собственность. Как хороший хозяин я, конечно, сдерживался, но так при мне с моей женой ещё ни кто не обращался.
     Когда они, наконец, это прекратили, выпили ещё по одной. В голове уже отчетливо гудело, тем более, что Наталья наконец-то обратила внимание на меня. Встав с места, точнее с его колен, она переместилась на пол, почти на середину между мной и им, и сказала тем сахарным голоском, которым она может выпросить что угодно у, пожалуй, кого угодно.
     - Дорогой, ты не будешь против, если я посмотрю, так ли хорош Андрей, как говорят мои подружки?
     Я не нашелся, что ответить, а только автоматически кивнул. Да и что я мог ответить взрослой, замужней женщине? В конце концов ей же виднее, что можно делать, а что нельзя. Но последующее шокировало меня так, как ни одна её выходка до этого. А про обещанный мне поцелуй я ей напомню позже.
     Грациозно улыбнувшись на мой кивок, она повернулась ко мне своей очаровательной попкой : и начала расстегивать ему брюки. Прежде, чем я нашелся, как бы получше сказать, что неправильно понял вопрос, она уже закончила с этим несложным делом, и на всеобщее обозрение предстал один из самых красивых членов, которые я когда-либо видел. Он возвышался из расстегнутой ширинки как монумент, как символ непонятно чему, но очень впечатлительных размеров. Я застыл с открытым ртом, судорожно пытаясь сообразить, что делать, а тем временем остренький язычок моей жены уже вовсю исследовал свое новое приобретение.
     Я застыл с наполовину пустым стаканом. Тем временем Андрей, который, казалось, не меньше меня был удивлен таким поступком моей жены, жестом указал мне на свой. Я налил, мы в полном молчании выпили. Я, наблюдая со стороны, и он, с моей женой между ног. Она лишь на секунду покосилась на меня, и улыбнулась. Я ждал.
     Я ждал, но ничего не происходило. Единственным звуком в комнате оставалось причмокивание моей жены, которая, казалось, проглотила его член до самого основания и теперь смаковала его глубоко в горле. Мы сидели в полном молчании, Андрей - с полузакрытыми глазами, я же, наоборот, с наверное очень смешно выглядящем со стороны полностью одуревшим взглядом.
     Наконец вполне затянувшаяся пауза закончилась. Наталья, наконец-то, оторвалась от красного, лоснящегося её слюной члена Андрея и, повернувшись ко мне, поманила пальцем. Я, недолго думая, слез с дивана, и на четвереньках приблизился к ней. Наконец-то я им покажу, кто в доме хозяин. Наконец-то она выгонит этого подлеца и отдастся мне, как всегда.
     Она встретила меня самым крепким поцелуем из всего, что мне доводилось когда-либо испытывать. Её рот был немного солоноватого привкуса, но черт с ним. В конце концов справедливость ведь восторжествовала. Признаюсь честно, мне было даже приятно чувствовать этот вкус проигравшего, хотя я бы никогда в этом не признался бы. Даже когда она мне властной рукой закрыла глаза, я все равно упивался этим вкусом победы.
     Потом она освободилась от моих объятий, и начала меня всего покрывать поцелуями. Я не сопротивлялся, пусть делает, что хочет. Потом мои губы опять раздвинул её язычок, но сухой и властный, словно он увеличился в размерах. С стал его сосать и любить, то он влезал всё глубже и глубже, и я стал сопротивляться зажимающей мои глаза руке. И обалдел. Моя жена, моя Наташа одной рекой держала Андрея за его основание, а другой прижимала мой затылок так, чтобы я не мог освободиться.
     Не помню, как я вырывался. Помню только целующую меня жену, нежно, но властно прижимающего меня к ногам Андрея, полбутылки, которые они совместными усилиями вылили буквально в меня, шум в голове и такой вкусный вкус члена Андрея у меня на губах. Во второй раз я уже не сопротивлялся. Помню губы моей жены у меня на ухе, шепчущие "Прелесть ты моя, пососи его хорошенько, моя лапочка". Я старался. Я любил этот член, как будто он был частью меня. Я сосал его и причмокивал, как Наталья. Я катал бархатную головку на языке, как будто это была моя самая любимая конфета. Я старался, как старалась Наташа, беря меня в рот и смакуя там, как глоток хорошего коньяка.
     Потом вдруг всё кончилось. Я открыл глаза и увидел, что моя жена стоит надо мной, задрав платье и изогнувшись так, чтобы её белая попка была в самом выигрышном положении. Тот член, который я так иссупленно сосал только минуту назад, с усилием входит между её полными губками, чтобы через секунду с причмокиваньем вырваться наружу. Сначала я одурел от такого зрелища, тем более, что всё это происходило менее, чем в десяти сантиметрах от меня. Потом я почувствовал себя ненужным. Потом я вытянул язык, изогнулся и нащупал её клитор, который стал с остервенением лизать. Время от времени мне в рот попадали его яйца, и я лизал их тоже. Вдруг Наташа заорала во весь голос, а член Андрея выскочил из неё и уперся мне прямо в губы. Не успел я открыть их, как он судорожно раздвинул мои губы, и в моё горло ударила соленая струя. Я был полностью пьян, я всё проглотил.
     Андрей ушел через пол-часа, а я расстели кровать Наташе и мы легли. Так закончился мой первый праздник восьмого марта.
     
     Десятого марта
     
     Мы не говорили о том, что произошло на позавчера. Я все не мог подобрать слов для объяснения, а Наташа, видя мои мучения, только заговорчески улыбалась. От её хитрого, как у лисы, вида у меня полностью слетала крыша и я забывал обо всем до следующего раза.
     Десятого я сидел дома и готовил ужин. Наташа пошла с подружками в кино, поэтому когда в дверь позвонили, я решил, что у них всё сорвалось. Как был, в переднике жены, я открыл дверь. Но вместо моей дорогой на пороге стоял ... Андрей. Прилично пьяный, с большим букетом цветов. По-моему он сначала не понял, кто перед ним стоит, потому что сначала он протянул мне букет, а уже потом, рассмотрев хорошенько, кто перед я, спросил, дома ли жена. Меня, признаться, это обидело, но я не подал виду, а только довольно холодно заявил, что нет.
     Но ни мой тон, ни откровенный вид человека, занятого на кухне, его, казалось, не смутил. Даже не спрашивая разрешения, он прошел в комнату и повалился на диван.
     - Жалко, - сказал он, обращаясь непонятно к кому. - Ну да ладно. Выпить есть?
     Я кивнул и быстренько сотворил ему рюмку коньяка с лимоном. Себе, правда, тоже, и, как был в переднике, сел с ним. Любой порядочный человек тут же понял бы, что мешает, и поскорее ушел. Но Андрей явно был не из понятливых. Вместо этого он вальяжно расположился в кресле и жестом показал мне на место рядом. Ничего не поделаешь, пришлось пересесть к нему.
     Дальнейшее случилось, как в кошмарном сне. Сначала Андрей обнял меня, и, по-моему, приняв моё минутное замешательство за согласие, крепко схватил меня за шею и почти рывком наклонил к своим штанам. Я сопротивлялся, ругаясь как мог, но он был раза в три сильнее меня, и во столько же раз бесцеремоннее. Пока я пытался высвободиться, он крепко держал меня, другой рукой расстегивая штаны. И, конечно же, к тому моменту, как наружу появился уже стоявший в полной готовности член, я уже сломался. Было невыносимо больно и обидно, что ко мне относятся как к последней шлюхе. Тем более у меня же дома. Но поделать я ничего не мог. Стоило мне приоткрыть рот, как меня с железной силой буквально насадили на слегка соленую бархатную головку.
     Пришлось подчиниться. Показывая всем своим видом, что перестаю сопротивляться, я расслабился и взял член Андрея двумя руками и стал покрывать его поцелуями. При этом я старался показать, что сдаюсь, одновременно лаская руками его яйца. Взять его в рот оказалось не так трудно. С удивлением я даже заметил, что от этого возбудился и сам. Что-то явно в этом было - ощущать во рту пульсирующий, горячий член, который от моих губ напрягался все больше, заполняя меня до конца. Поэтому я и сам удивился, почти полностью потеряв над собой контроль, с почти животной иссупленностью загоняя себе в рот набухший член Андрея.
     К тому моменту, когда он начал кончать, я уже стоял перед ним на коленях, выгнувшись не хуже кошки, и почти с благодарностью реагируя на то, как он меня изредка поглаживает по голове. Если бы в это время я был бы способен оценить своё поведение, я бы сам себя не узнал. Получать удовольствие, отсасывая почти что незнакомого мне мужика, стоять перед ним, расставив ноги и жадно ловя малейшие признаки внимания - это было выше моего понимания. Но, к счастью, у меня не было особенно времени этим заниматься. Вынужден признать, что к тому моменту, когда он начал кончать, я полностью превратился в самку, жадно пользующуюся своим инстинктом удовлетворять мужчин. А болтающийся передник и крепкая рука, схватившая меня за волосы, только дополняли картину последним штрихом мастера. Когда его головка вдруг напряглась у меня в горле, и соленая горячая сперма вдруг ударила мне в нёбо я уже почти с благодарностью начал её глотать, всем ртом стараясь показать, как я благодарен за такое угощение. И тот мат, которым меня в это время покрывали, я воспринимал почти как музыку, как бесконечный поток похвалы в свой адрес.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать также: