Рассказ №6393

     На полпути мама Джона вспомнила некоторые чувства по отношению к сыну и слегка отклонилась. Он оглянулся, но она лишь прихрамывала. Честно говоря, она вовсе не хотела сейчас находиться рядом с ним. Будучи в муках страсти, она забыла все причины и последствия и просто отдалась желанию. Теперь же оно было удовлетворено, и голова прояснилась, и она осознала, что сегодня произошло. О боже, это же был ее сын. Что, черт возьми, она сделала. Она чуть не соблазнила его. И она очень сомневалась, что он этого не заметил. Она чувствовала, как у него стоит, когда они плыли вместе. Но, опять же, это все ее вина. Ее действия привели к тому, что он просто не мог не возбудиться, ему всего лишь 18, а она немолодая и привлекательная женщина, которая очень сексуально его касалась.
     Когда они достигли лагеря, она не осмеливалась даже поднять на него взгляд, а просто плюхнулась на живот на солнце. Слишком дискомфортная ситуация, так как оба боялись его эрекции. Понял ли ее сын смысл ее действий в воде она не знала, и боялась даже подумать об этом. Она прикрыла глаза, когда солнце начало сушить ее спину и решила больше не проявлять ничего сексуального к сыну. Потом она постаралась выкинуть все мысли из головы.
     Джон сидел в тени, под зонтиком, взор в океан (так как Сэм в пределах видимости не было). Он не подозревал, что эротический контекст, инициированный его матерью, был направленный. Если б это была другая женщина - без вопросов, но оне не был готов принять то, что его мать рассматривает его как сексуальный объект. Он предположил, что его возбуждение - следствие его больного разума, и это вызывало ужасное чувство отвращения. Что за урод? Он вздохнул, не уверенный, что хочет отвечать на этот вопрос. Он взглянул на свою мать, которая лежала на животе, на солнце... и заставил себя не бродить взглядом по ее телу.
     Однако, он не мог отрицать факта, что она была почти обнажена, одетая только в топик, который слегка прикрывал ее груди, и трусики, которые покрывали лишь половину попки.
     Он снова вздохнул и встал. Достал свежее полотенце из сумки и пошел на солнце, на другую сторону от зонтика. Ему нужна была нека дистанция. Но она посмотрела на его передвижения и позвала его в тот момент, когда он уже готовился расстелить полотенце.
     "Малыш."
     Он осторожно ответил, смотря на нее слегка из тени. "Да?"
     Мама решила, что ей надо доказать самой себе, что это тяга к нему прошла, и она не была ни в каком смысле ненормальной. "Почему бы тебе не прилечь здесь?"
     Джон застыл в неуверенности. Зачем она это делает? Вскоре его мысли потекли по тому же руслу, что и у мамы. Он хотел, нет, он нуждался в том, чтобы доказать себе, что он не извращенец. С этой мыслью он поднял полотенце и двинулся в тень.
     Когда он подошел, она сказала, "Оставь это". Только через секунду до него дошло, что она говорит о полотенце. "Мое уже мокрое и нет причин портить еще одно." Она чуть сдвинулась на полотенце, оставляя ему место.
     Джон отложил свое и вышел на солнце. Перед ним лежала его мама, ее мокрые волосы были позади и все ее тело блестело. Она все еще лежала на животе, но приподнялась на локте, слегка повернувшись посмотреть на него со стороны руки, на которой лежала голова. Как бы он ни пытался, он не мог не смотреть на ее тело. Черт возьми, думал он, она очень сексуальна. Ее загорелая кожа выглядела еще более дразнящей из-за капелек воды покрывающей ее. Будучи далеко за тридцать, она работала над собой и была в отличной форме. Его глаза уставились на ее ступни и проследовали вверх по икрам, любуясь формой. Далее шли прекрасные бедра, а чуть выше, очень подтянутая и округлая попка. Трусики плотно прилегали к ней, оставляя мало чего для воображения. Вдобавок они были мокрые. А выше, после бедер, изящный изгиб ее спины, который шел дальше и чуть скручивался, когда она на него смотрела. Это позволило одной ее груди стать полностью видимой, тяжело висящей в тесемках купальника, дразня его своей полнотой от того, как она провисала. Когда он добрался до лица, он увидел, что она улыбается. Он не смог удержать улыбку в ответ, потому что он действительно любил свою маму. Он жаждал той невинной любви, и надеялся противостоять другому чувству, рождающемуся в промежноссти.
     "Вот. Ложись рядом, тут есть место." Мама Джона сдвинулась влево, но всего лишь чуть-чуть. Полотенце было недостаточно широким, а она не потрудилась дать ему достаточно места. Это часть теста, сказала она себе.
     Черпая смелость в своем собственном тесте, Джон представил, что это маленькое пространство достаточно большое. Он встал на колени, одно колено коснулось маминой коленки, а другое было на краю полотенца. Когда он улегся, мама улеглась опять на живот. Джон тоже. Он чувствовал, как длинная мамина нога касается его, чувствовал что бедра прижимаются друг к другу. Оказалось, что руку положить некуда. Руки мама были под головой, но предплечье было как раз где его голова, и там места не было. Поэтому он просто положил ее между ними. Но он явно чувствовал, как она касается маминой груди в этом положении.
     Огромное возбуждение пробудилось у Джона в шатанах, прижимаясь к песку. Он был дурак, когда поверил, что это не подействует. Его мама была рядом, почти обнажена, и они касались боками. Возбуждение переполнило его, и он попытался держать дыхание ровным.
     Его мать чувствовала себя гораздо лучше. Она тоже чувствовала, что их тела касаются, особенно у груди, но это было нормально. Если бы она знала, насколько сейчас возбужден ее сын, то не была бы так спокойна. Но она решила, что сын вообще ничего не чувствовал этакого, а его возбуждение - результат ее действий, так что все хорошо. Это спокойное чувство поглотило ее и скоро она совсем забыла, что рядом ее сын. Чуть позже на нее наконец накатила усталость от тех оргазмов, что она пережила, и она уснула.
     Джон, тем временем, сразу после того, как улегся, начала ерзать бедрами по песку, пытаясь двигаться настолько незаметно, насколько возможно. Он двигался очень незаметно, так чтобы не побеспокоить маму, и плавал в волнах удовольствия от члена. Он наслаждался легкими трениями их тел при каждом движении. Именно она так сильно возбудила его, и, хотя он провалил тест, но потихоньку начал смиряться с этим. Просто тот факт, что она его мать, и это все неправильно, доставляло еще большее удовольствие.
     Когда он услышал ее первый всхрап, в голове началася фейерверк. Это был шанс! Посмотрев по сторонам, он увидел, что людей еще поубавилось. Уже вечерело, так что большинство уже разошлись по домам. Мягко он чуть отодвинулся от матери и повернулся на левый бок, смотря на нее. Ее спина глубого поднималась и опускалась, а храп был слышен довольно хорошо. Она спала. Ободренный этим наблюдением, он медленно двинул правую руку по направляению к ее телу, накрыл его. Так нежно, как только мог, он коснулся одним мальцем стороны ее груди. Когда он убрал его, то увидел что след прикосновения сразу исчез. А она не проснулась.
     Его член пульсивровал, но он заставил себя двигаться очень медленно, чтоб получить как можно больше. Он снова двинул руку к ее груди. Теперь он коснулся ее всеми четыремя пальцами, наблюдая за реакцией, и чувствуя, что его член становится еще тверже. Она не пошевелилась и в этот раз, так что он коснулся груди и большим пальцем, и слегка сжал. Она чуть двинулась от этого, но дыхание было глубоким и медленным и она все еще храпела.
     Джон ощущал мамину грудь, восхищенный тем, что он делает. До этого момента он бы никогда не поверил, что это сделает. Но сейчас он касался груди собственной матери, и очень сексуально. Это будоражило. Не в силах сопротивляться, он просунул всю руку под ее грудь. Ее топик сполз от этого движения, и его глаза широко распахнулись, когда он понял, что обнимает обнаженную грудь. Он ощущал сосок в в своей ладони, и ощущение было завораживающее. Его дыхание стало прерывистым, настолько он был поглощен желанием. Мама продолжала храпеть, несмотря не его прикосновения. Так он лежал пару минут, рукой лаская ее грудь, разумом боясь, что она проснется. Он знал, что пора остановиться, но не мог. Руки не слушались.
     Осмелев еще больше, из-за того, что он думал, что она крепко спит, а так же потому что был слишком возбужден, чтобы о чем-то еще думать, он протянул и левую руку. Положил ее на низ спины, прямо надо трусиками, и ощущал, как она дышит, сверху и снизу. Медленно скользнул рукой по талии и, не может быть, по ее попке. Он трогал маму за грудь и попку! Может это сон?
     Рядом к воде прошел человек, взлянув на них всего лишь мельком. Джон заметил это и почувствовал себя настолько виноватым, что чуть не убрал руки. Но потом он увидел, что человек вовсе не обратил на них внимания. Наверное, он подумал, что это любовники, а это была не такая уж и редкость. Ухмыльнувшись, Джон снова переключился на маму, думая, что бы сделать дальше. Его член был как палка, как камень, никогда до этого такого не было.
     Очень медленно он просунул пальцы под трусики, ползя по обнаженной ягодичке. Пальцы достигли расщелины на попке, и он осмелел настолько, что скользнул средним пальцем по ней вглубь. Мама чуть шевельнулась и издала нежный звук. Что это было? Боже мой, подумал он, ей снится! Он помассировал пальцами мамину грудь и был вознагражден еще одним тихим стоном. Сходя с ума от возбуждения, стал обдумывать происходящее. Может ей снится эротический сон из-за его прикосновений? Его подозрения подтвердились, так как она начала вжимать свою грудь в его руку. Он ждал, чуть позже она опять начала похрапывать. Одна его рука все еще обнимала снизу ее грудь, а другая лежала на ее попке.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: