 |
 |
 |  | Задница - это подлинное лицо женщины. Мужчина без заработка - это не мужчина, автомобиль без двигателя - это не автомобиль, женщина без задницы - не женщина. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Данила улегся на бабушку, она сама направила его торчащий член в свою сочащуюся дырочку. Данька сделал движение тазом вперед, но уперся в какую-то преграду. "А яй, - вскрикнула Людмила, - не спеши, дай моей милашке попривыкнуть. У тебя большой, а она отвыкла". Внук не мог долго лежать неподвижно. Снова стал работать тазом. Бабушка каждый раз, когда он упирался в стенку, жалобно, но сладострастно повизгивала. Вскоре в комнате уже стоял стон, раздавались чавкающие звуки. Парень работал не долго, кончил бурно с подергиванием всем телом. Обмяк, лежа на бабушке. Казалось, что он уснул. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Но я был непреклонен. Перевернув ее на спину я отнял ее связанные руки от лона и прижал к полу над ее головой. Левой рукой проверил, не появилась ли райская роса на ее лоне, но нет, и в этот раз было сухо, только кровь замочила мои пальцы. Дурочка, если бы расслабилась, в этот раз было бы легче, а так: и я вновь вторгся в ворота, не смотря на то, что девчонка взвыла и заметалась опять. И во второй раз я вбивал кол и вытаскивал его множество раз, пока не вспотел и излил живительную влагу. Тут моя жертва прикрыла глазки и в бесчувствии откинулась на шкуры. Ну этого не надо! Я быстро привел ее в чувство двумя оплеухами и решил напоследок преподать ей настоящий урок. Вновь перевернув ее на живот, я раздвинул ее ягодицы и всадил свой перемазанный в крови ее лона и моем семени кол ей в попу. Я думал, она не сможет завопить громче, чем вопила до сих пор, но она орала, как будто ее резали. Хотя это было недалеко от истины. Ее узенькая попка не была предназначена для такого внушительного инструмента, как мой и поэтому я порвал ее, входя и выходя вновь. Крики ее были, должно быть, слышны по всему городу, так что не удивительно, что к тому времени, когда я выпустил из себя последнюю на этот раз струю семени, в дом вломились мои воины. Быстро найдя нас по ее воплям (ну я же говорил, что не надо кричать) они встали вокруг и хвалили меня с удачной находкой. Полностью удовлетворенный, я пожаловал это сокровище своим воякам на неделю. А если она выживет, то будет хорошей, покорной и исполнительной рабыней. А нет - так хоть ребята мои потешатся. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Через секунд тридцать Катя снова приняла позу наездницы, я начал активнее двигаться снизу. Моя доярочка начала снова заводиться. Но тут обрушился на меня оргазм, я только успел выдернуть член. Я никогда не стонал, но тут мне пришлось чуть ли не прорычать. Забрызгал семенем всю катину попу, а некоторые капли долетели даже до поясницы. Катя достала полотенце и стала вытираться. |  |  |
| |
|
Рассказ №7063
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 06/03/2006
Прочитано раз: 69100 (за неделю: 32)
Рейтинг: 85% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она стояла так, что я видел её во весь рост. Я ошеломлённо рассматривал её стройную не по-девичьи округлённую и одновременно по-детски угловатую фигурку. Мой взгляд скользил по стекающим на грудь прядям волос, из-под которых озорно выглядывали такие обожаемые сосочки. Она, которая сама настояла на этой встрече, теперь, кажется, стеснялась собственной опрометчивости. Её руки никак не могли найти своё место: они то растерянно и неуверенно мимолётно норовили прикрыть норочку и грудь, то покорно опускались вдоль бёдер, то сцеплялись в замочек за спиной, отчего непослушная грудь ещё настырнее раздвигала символические занавески волос. Ксюша смущённо переминалась с ноги на ногу, отчего так часто виденный мной во снах изгиб принимал самые причудливые и восхитительные очертания, то и дело не давая мне дышать...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
После первого памятного ксюшиного визита в мою контору утекло несколько месяцев и ещё больше воды. Я уехал из Москвы за новоявленную границу раздербаненной страны. Поработать. Ксюша заканчивала школу в России.
Мы время от времени созванивались и ещё реже встречались, когда я наведывался в столицу. Невинно обнимались-целовались, как будто смущаясь того, что случилось в жарком августе во время компьютерных игр.
***
Впрочем, не "как будто". Я и впрямь чувствовал себя неловко и разрывался между взаимоисключающими желаниями: дать волю своему вожделению обладать этой девчушкой, которая снилась мне по ночам, или не маячить на горизонте, пока до греха не дошло. Ежедневно моя совесть вступала со мной в крайне неприятный диалог:
"Ты похотливая скотина, -- наседала совесть. - Тебе ведь до лампочки эта девочка. Ты её не любишь. Тебя возбуждает только её молодость и невинность. Тебе просто льстит, что она с детства так привязалась к тебе, и хочешь воспользоваться её искренностью. Она-то это по глупости делает, а ты её расчётливо развращаешь. Ты наиграешься и бросишь девчонку, как бросил её старшую сестру. То есть это Тамара тебя отшила - и теперь ты отыгрываешься на младшенькой".
"Не совсем так, -- отбивался я. - Я ведь и правда хорошо к ней отношусь. Просто раньше она была ребёнком, я и смотрел на неё как на ребёнка. Я ж не виноват, что Ксюша уже выросла и стала такой: такой: Такой желанной: И на Тамарку совершенно зла не держу. Расстались и расстались - делов-то. Откуда это вообще взялось - "месть", "месть", что за чушь такая? То, что я очарован ксюшиной молодостью, -- да, это правда. Как вспомню её тонкую кожу: Сквозь неё на груди просвечивают такие трогательные и искренние прожилки: Я до сих пор в ладонях ощущаю её мягкие сисечки - совсем не детские, кстати: А её доверчивые мягкие губы: Я так мечтаю облизать её тело - особенно то место, где изгиб бедра покато стремится к ложбинке между ног: Я так рвусь к ней: Что даже сам боюсь. И за неё, и за себя... "
"То есть ты дождёшься её совершеннолетия и женишься", -- подначивала совесть.
"Ну: Не знаю: Не думал об этом. Она ж маленькая ещё. Да я и сам жениться пока не планирую - с первой женой вон только развёлся", -- в этом месте я обычно терялся.
"Ага, -- ухмылялась совесть. - Как вожделеть - так не маленькая, а как жениться - так маленькая. Ты уж определись".
"Ты ж видишь, -- сердился я, -- я её тихонько хочу, про себя. Поэтому и держусь подальше. И хочется, и боязно: "
"А вот ты скажи, -- не унималась совесть, -- Ты захочешь быть у Ксюши ВТОРЫМ?"
"Да. Хоть каким. Лишь бы быть", -- не задумываясь выпаливал я.
***
: В наши редкие встречи после августа Ксюша целеустремлённо подтрунивала над моими усами. Я их отпустил ещё в школе ради большей взрослости, как мне казалось. Хотя Будённый из меня, признаться, никакой, на что Ксюша при каждом удобном случае издевательски указывала:
-- Не, ты парень, вообще-то, ничего. Но вот усы твои: Такие уродливые, -- и она утомлённо закатывала глаза, чтобы показать степень своего возмущения моим внешним видом.
-- Ну: Наверное, -- смущённо отбивался я. - Но я к ним, в принципе, привык: Жалко сбривать:
-- Так давай я тебе их сбрею.
-- Как-нибудь в другой раз, -- прибегал я к старой уловке, изо всех сил затягивая время. - Мне уж и на самолёт пора. Вот как-нибудь приеду опять, тогда и поговорим.
И так много раз.
В конце концов незадолго до Нового года Ксюша поставила ультиматум.
-- Как хочешь находи время. Я сама к тебе в гостиницу приеду и сбрею эти хреновы усы к чёртовой матери. И нечего отнекиваться. А чтобы ты не ныл, я тебя буду брить раздетой. Ты что, ради этого уродства откажешься от того, чтобы тебя брила голенькая девочка?
Хорошо, что по телефону говорили. Я как только представил себе эту картину: В общем, лишь мужская гордость не позволила немедленно сорваться с места и помчаться за Ксюшей.
***
Она приехала на следующее утро. Больше я не продержался бы один на один со своими фантазиями. Наскоро перекусив в гостиничной кафешке, мы ринулись в номер. То есть ринулся я, а Ксюша снисходительно меня сопровождала. Надо же, как быстро летит время: ещё полгода назад быть снисходительным к маленькой девочке считалось моей привилегией.
-- Ну что, не передумал расставаться со своей драгоценностью? - ехидно спросила Ксюша, как только я закрыл дверь номера. . - Если передумал, тогда я пойду:
-- Не передумал. А ты? - сглотнув комок в горле, с опаской поинтересовался я.
-- Иди устраивайся и жди меня, -- скомандовала Ксюша и юркнула в ванную.
Такие приказы не обсуждаются. Я устроился на койке полулёжа, подложив под голову подушку, и сверлил глазами дверной проём, из которого вот-вот должна была показаться Ксюша. Когда вода в ванной перестала шуметь, я был уже на грани умопомрачения. А девчонка всё ещё возилась.
То, чего очень сильно ждёшь, всегда случается внезапно. Я даже не заметил, как полностью обнажённая Ксюша материализовалась прямо передо мной - чуть дальше, чем на расстоянии вытянутой руки.
Она стояла так, что я видел её во весь рост. Я ошеломлённо рассматривал её стройную не по-девичьи округлённую и одновременно по-детски угловатую фигурку. Мой взгляд скользил по стекающим на грудь прядям волос, из-под которых озорно выглядывали такие обожаемые сосочки. Она, которая сама настояла на этой встрече, теперь, кажется, стеснялась собственной опрометчивости. Её руки никак не могли найти своё место: они то растерянно и неуверенно мимолётно норовили прикрыть норочку и грудь, то покорно опускались вдоль бёдер, то сцеплялись в замочек за спиной, отчего непослушная грудь ещё настырнее раздвигала символические занавески волос. Ксюша смущённо переминалась с ноги на ногу, отчего так часто виденный мной во снах изгиб принимал самые причудливые и восхитительные очертания, то и дело не давая мне дышать.
И глаза: Эти восхитительные испуганные и самоуверенные глаза. Они требовательно спрашивали: Или это она вслух сказала?
-- Ну как?
-- Ты: Ты такая: -- то ли сказал, то подумал я и протянул руку.
Ксюша не торопилась. Она приободрилась и задорно подбоченилась, лёгким движением перебросив волосы на правую половинку груди и полностью открыв для обозрения левую.
-- Ну и где у тебя ножницы? Нету, да? Не надейся, я собой принесла, -- первая неуверенность уже прошла, и Ксюша, непосредственно естественная в своём обнажённом совершенстве, деловито принялась готовиться к брадобрейской процедуре. Она извлекла из сумочки маникюрные ножницы (тоже мне, парикамехар-самоучка, -- успел я про себя сыронизировать) , заботливо расстелила на моём пузе газетку и памятным с первой встречи привычным движением оседлала мои бёдра.
-- Ну, Саня, прощай, старая жизнь! - торжественно возвестила Ксюша, нацеливаясь ножницами на обречённые усы и успев смахнуть мою руку со своей груди, -- Э-э-э, не отвлекай мастера, а то что-нибудь лишнее отхвачу.
И ведь отхватила. Конечно, маникюрные ножнички - это не то оружие, которое может лишить взрослого мужика сколь-нибудь существенной части организма. Но кровь из порезанной губы засочилась вполне натурально. Воспользовавшись случаем, я поспешил возмутиться и, зажимая рану, помчался в ванную спасать здоровье. Тем более, что стрижка, в сущности, была уже закончена - признаться, сделано всё было довольно качественно, насколько это позволял не вполне пригодный для решения задачи инструмент. Оставалось только зашлифовать остатки усов нормальной бритвой и унять кровь из порезанной губы.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|