 |
| |
| | Я почувствовал, что Настя расстегивает мне ширинку. В моем состоянии сопротивляться было бесполезно и я подчинился, тем более что я ничего против не имел. Танька тем временем закинула юбку вверх и мне предстали шелковые черные трусики. Но они тоже скоро исчезли и я увидел ее сокровище - сейчас оно принадлежало только мне... | | |
| |
|
| |
| | Среди ночи слышу какие-то звуки - смотрю сверху, а Игорь вовсю свою мамочку ебёт! Вот даёт! Да та видимо сильно пьяная была и возбуждённая и, как Игорь рассказал, сама его затащила на себя. Но вот они угомонились и заснули. Да тут моя мамочка сходила в туалет, а потом позвала меня к себе. И привет! - вскоре я вовсю совершал свои фрикции между ножек мамули. Да она точно была на "взводе" и вскоре кончила. А две остальные ночи мы вовсю с нашими мамочками трахались - они сильно "проголодались". | | |
| |
|
| |
| | Диана, получила глубокую душевную травму. Она стала замкнутой, нелюдимой. В том году она больше не посещала школу, отстав от сверстников на год. Много пришлось поработать хирургам косметологам и психиатрам прежде, чем она снова смогла выйти в свет. Волосы, сожженные кислотой, так и не выросли. Их заменил дорогой и красивый парик. Благо отец был небеден. Искусственными были и брови. Слух о трагедии быстро распространился по городу, она не могла спокойно гулять, непрерывно ощущая на себе со страдальческий взгляд. Скоро отец получил повышение, и он с семьей уехал на дальний восток. Годы шли, Диана росла, боль притуплялась. На новом месте о ее трагедии никто не знал и она ожила. Все чаще ее можно было встретить в школе на дискотеке, на вечере у новых друзей. По своему развитию она несколько отставала от новых подруг, у тех уже давно прошла первая любовь, а Диана лишь только мечтала. Ей было страшно. Страшно, что поклонник может узнать ее истинный облик, а это конец. Но нельзя обмануть силу природы и она полюбила. | | |
| |
|
| |
| | Достигнув препятствия, опять приостановился и посмотрел в её глаза, из которых выступили две слезинки, зрачки помокрели и расширились. Я был немного в испуге, не знал, продолжать ли, или ей так нестерпимо больно и я что-то делаю не так. А как? С Олей было тоже так, я надавил и всё... Я надавил сильнее, Лена протяжно промычала "Уууу!" и её пися сжалась и обняла мой, провалившийся во внутрь писюн. Я всё время продолжал смотреть то в глаза Лене, то на свой торчащий из неё писюн. И когда он внутри наткнулся на другое препятствие, я не стал давить, а затих в таком положении. Лена вынула изо рта сарафан и горько улыбнувшись, со вздохом сказала: - Всё, нету, - и стала теребить на голове мои короткие волосы. | | |
| |
|
Рассказ №7428
|
