 |
| |
| | Он ушел в магазин я же, присел у телефона, чтобы придумать повод затащить Маришку к нам на квартиру. Ума не приложу как это сделать, а ещё более, как Денька сможет раскрутить для меня такую стерву. Надеюсь он хоть инструкции какие-нибудь даст, а так, с бухты-барахты. Более менее разумных мыслей не нашлось и я решил просто позвонить, а там, как бог на душу положит. К телефону долго не подходили. Наверное, на том конце провода, все ушли на фронт или еще хуже, к бабушке, в деревню уехали. Обычно они на субботу так и делают. Но мне повезло. Со второй попытки в трубке раздался раздраженный голос. | | |
| |
|
| |
| | Высосав и вылизав член брату, я встал и пошел к двери "ты куда?" Спросил брат "сейчас вернусь, тебе понравится надеюсь" ответил я и ушел. Я зашёл в спальню родителей и нашёл у матери ее трусики черные, не задумываясь я одел ее трусики на себя, и достав лёгкую ночнушка одел ее на голое тело. Я чувствовал себя как девочка которую может быть сейчас трахнут, и меня это сильнее заводило. Зайдя в комнату я увидел как Игорь оторопел от увиденного "нравится тебе?" Спросил я пройдя перед братом повернувшись попкой к нему и не много задрав ночнушку показав трусики и попку "офигеть как тебе идёт" выдал Игорь резко мне "может уже попробуешь меня в попку трахнуть?" Спросил я у Игоря "ты серьезно? | | |
| |
|
| |
| | Вот - постановка на воинский учёт: мы, уже почти старшеклассники, в трусах и плавках ходим со своими личными делами из кабинета в кабинет, - нас собрали в горвоенкомате из двух или трех школ, и мы хорохоримся друг перед другом, мы отпускаем всякие шуточки, травим какие-то байки, тем самым подбадривая себя в непривычной обстановке; в очереди к какому-то очередному врачу я как-то легко и естественно, без всякого внутреннего напряга знакомлюсь с пацаном из другой школы, - он в тесных цветных трусах, и его "хозяйство" слегка выпирает, отчего спереди трусы у него ненавязчиво - вполне пристойно и вместе с тем странно волнующе - бугрятся, а сзади трусы обтягивают упругие, скульптурно продолговатые ягодицы, и вид этих ягодиц, сочно перекатывающихся под тонкой тканью трусов, привлекает моё внимание не меньше, чем ненавязчиво выпирающее "хозяйство" спереди, - я то и дело украдкой бросаю на пацана мимолётные взгляды - смотрю и тут же отвожу глаза в сторону, чтоб никто не заметил моего интереса; в очереди к какому-то очередному врачу он у меня неожиданно о чём-то спрашивает, я удачно отвечаю ему, он смеётся в ответ, глядя мне в глаза, и спустя какое-то время мы уже держимся вместе, занимаем друг другу очередь к очередному врачу, то и дело перебрасываемся какими-то ничего не значащими фразами, и когда всё это заканчивается, он, надевая брюки, зовёт меня к себе - послушать музыку; я соглашаюсь, - он живёт недалеко, и спустя менее получаса мы у него дома действительно слушаем музыку, а потом он показывает мне самый настоящий порнографический журнал; листая глянцевые страницы, я жадно рассматриваю не кукольно красивых женщин, а возбуждённых молодых мужчин, в разных ракурсах имеющих этих самых женщин и сзади, и спереди - во все места, - впитывая взглядом откровенные сцены, я, конечно же, мгновенно возбуждаюсь: мой член, наливаясь упругой твёрдостью - бесстыдно приподнимая брюки, начинает сладостно гудеть, и пацан - мой новый знакомый - тыча пальцем в глянцевую страницу, на которой загорелый парень, держа девчонку за бёдра, с видимым удовольствием засаживает ей в округлившееся очко, странно изменившимся голосом смеётся, глядя мне в глаза: "Не понимаю, зачем всовывать туда - девке... ну, то есть, в жопу - в очко... всовывать девке очко - зачем? В жопу вставляют, когда девок нет... в армии или в тюряге - там, где девок нет, парни это делают между собой... прутся в жопу - кайфуют в очко... а девке туда всовывать - зачем?" - пацан смотрит на меня вопросительно, и я, чувствуя, как стучит в моих висках кровь, пожимаю плечами: "Не знаю... "; невольно скосив глаза вниз, я замечаю, что брюки у пацана, сидящего на диване рядом, точно так же бугрятся, дыбятся, и оттого, что он, сидящий рядом, возбуждён точно так же, я возбуждаюсь ещё больше; мы молча листаем журнал до конца; "Вот - снова в очко... " - пацан, наклоняясь в мою сторону, тычет пальцем в предпоследнюю страницу, и я, стараясь незаметно стиснуть ногами свой ноющий стояк, невнятно отзываюсь в ответ какой-то нейтральной, ничего не значащей куцей фразой; мы ещё какое-то время слушаем музыку, - возбуждение моё не исчезает, оно словно сворачивается, уходит в глубь тела, отчего член медленно теряет пружинистую твёрдость; когда я ухожу, у меня возникает ощущение, что пацан явно разочарован знакомством со мной - он не говорит мне каких-либо слов, свидетельствующих о его желании знакомство продолжить; а я, едва оказываюсь дома, тут же раздеваюсь догола - благо дома никого нет, родители еще на работе - и, ложась ничком на свою тахту, начинаю привычно содрогаться в сладких конвульсиях, - судорожно сжимая ягодицы, елозя сладко залупающимся членом по покрывалу, тыча обнаженной липкой головкой в ладони, подсунутые под живот, я думаю о пацане, который приглашал меня в гости послушать музыку... перед мысленным моим взором мелькают страницы порножурнала - я думаю о пацане, давшим мне посмотреть этот журнал, и мне кажется, что я понимаю, зачем он мне его давал-показывал, - мастурбируя, я представляю, что могло бы случиться-произойти между нами, если бы... если бы - что? | | |
| |
|
| |
| | В результате Марина не имела никакой опоры, кроме сидения стула. Александр стал потихоньку раздвигать стулья, пока Марина не оказалась сидящей верхом на горизонтальном черенке лопаты. В первый момент она вскрикнула от неожиданности и заерзала, так как сидеть верхом на черенке лопаты, как ведьма на метле, было очень не комфортно. Александр засек время - 15-20 минут будет более, чем достаточно, и снял повязку с глаз Марины. Маринины глаза выражали попеременно страх, любовь и мольбу о пощаде. В ее взгляде как бы читалось: | | |
| |
|
Рассказ №7899
|
