 |
| |
| | Я продолжаю эту пытку... дразню головку язычком, затем беру в рот и крепко целую, вижу, как судорога пробежала по твоему животу, слышу, твой вздох и чувствую, как намокаю сама... Да, я буду пытать тебя ласками, буду томить и дразнить... Вот я беру в ротик твоего мальчика и насаживаюсь как можно глубже и ласкаю.. ласкаю в поцелуе, двигаясь вверх-вниз... Я сжимаю твой член небом и сосу.. сосу.. как самое вкусное лакомство на свете.. Я слышу стон и чувствую твою руку на своем затылке.. ты нетерпелив, стараешься прижать мою голову к себе теснее и начинаешь двигаться мне навстречу. Ты хочешь войти в меня как можно глубже и я делаю так, что ты чувствуешь головкой мои миндалины, я же сдавливаю член небом и языком, вот так.. еще глубже.. еще .. еще.. Ты стонешь? Неееееет.. рано... я вынимаю член изо рта и дотрагиваюсь головкой до сосочков.. по очереди, потом я зажимаю его между грудей и нежно целую головку... Смотрю тебе в глаза и вижу сильнейшее возбуждение.. От этого взгляда меня пронзает как молнией.. я беру твой пенис в кулачок, начинаю мастурбировать, обхватываю головку и целую, целую, целую.. бесконечно долго, томительно. Другой рукой я ласкаю себя... Мои движения становятся чаще, ритмичнее, губки сжимают головку сильнее, язычок ласкает настойчивее, а сама я возбуждаюсь еще сильнее.. Слышу его "ммммммммм.. дааа, девочка... даааа". От ласкового "девочка" я теряю голову и сжимаю пенис сильнее, движения вверх-вниз все чаще и уже просто высасываю твою головку, ожидая скорого излияния.. Чувствую как запульсировала вена, работаю кулачком и смотрю тебе в глаза.. и ты в них видишь восхитительные огоньки разврата. На головке показалась первая прозрачная капелька и я немедленно ее слизнула, обхватила головку и сосу.. сосу.., слыша твой приглушенный стон и ощущая горячую струйку твоей спермы во рту.. Ммммммммм.. насаживаюсь глубже и сосу.. сосу.. не желая оставить ни капельки, желая опустошить тебя, выпить до дна.. Ты движешься мне навстречу и гладишь мои волосы... С наслаждением выпиваю этот восхитительный напиток, оставив чуть для тебя, мой милый.. Я поднимаюсь к тебе, лаская твою грудь и плечи, прикасаюсь губами к губам и ты целуешь меня, слизывая языком свой сок с моих губ. Наши языки встречаются и мы растворяемся в поцелуе... Ты ласкаешь мой клитор, нежно гладишь мое тело и целуешь целуешь... Мое возбуждение доходит до пика и я взрываюсь.. Ты ловишь мой крик губами и мы встречаемся взглядом... | | |
| |
|
| |
| | Видел ее великолепную попу и сладкую мохнатую писулечку. Именно оттуда, из этой розочки между ног мама когда-то в муках и в крови родила меня на белый свет. Я содрогался от стыда и от наслаждения, чувствуя себя прикоснувшимся к чему-то запретному. Капельки материнской мочи ещё холодили мне щеку и лоб. Я взял одну из них на палец и поднес к губам, ощутив на языке солоновато-сладкий, пряный аромат зрелой женщины. Что-то неизведанное наполняло мою душу. Интересно, думал я, неужели мама не догадалась, что я не спал и все видел и слышал? Или догадалась, но специально пошла на этот шаг? Ведь у нее была возможность зайти пописать в ванную. | | |
| |
|
| |
| | Прошло уже тридцать лет, а я до сих пор вижу его глаза, огромные и ясные голубые глаза Джорджа Доусона, его улыбку, которая всегда казалась мне чересчур смазливой, и слышу его заливистый смех. Я часто вспоминаю, как летом мы наперегонки мчались на стареньких велосипедах к большой про- точной реке, которая оставалась холодной даже в самый жаркий день. Там, побросав велосипеды, мы забирались на наше огромное старое дерево, и устроившись на самом удобном толстом суку, мы часа-ми сидели, рассказывая | | |
| |
|
| |
| | Спустя десять секунд я повторил вхождение, на сей раз лишь самую малость глубже. Так продолжалось несколько раз, и мне показалось, что Оля готова к более глубокому проникновению. Тогда я начал вставлять в нее член до момента, пока не почувствовал, что он уперся ей в горло. Увеличив давление, я смог пройти немного дальше, и моя головка оказалось в тугом кольце, которое начало спазмировать. Оля захлопала по кровати, и я поспешно вынул член. | | |
| |
|
Рассказ №799 (страница 4)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 01/05/2002
Прочитано раз: 81076 (за неделю: 2)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она не знала, что с ней происходит. Возможно, ей удалось поспать, хотя уверенности в этом не было. Она понимала, что уже не идет, но не могла сообразить, сидит или стоит. Одно не вызывало сомнений: над бесконечным пространством песчаных дюн вставало солнце. Не имели значения даже голод и жажда. Реальны были только небо и песок.
..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ]
К тому же если это и было ценой, которую ему пришлось уплатить, то такую цену приходилось признать смехотворной. Ведь Абдельсаид оставил себе свою француженку, пусть и в несколько измененной форме. Любовь “черной лилии” не ведает границ. Абдельсаид повторял это про себя всякий раз, когда с гордостью взирал на своего француза и когда щедро делился им с женами. Он был доволен столь изысканной роскошью, дарованной ему в этом жестоком мире. Ведь любая роскошь предпочтительнее скудости, а некоторые виды роскоши предпочтительнее прочих. Ветер не остановишь, солнце не заставишь висеть в одном и том же месте.
Бретон вел и вел караван, раз за разом преодолевая расстояние между селением Абдельсаида и оазисом за морями песков. Теперь он был с пустыней на “ты”. Он знал, что происходит из совсем другого места, но сознавал, что этого места более не существует. Он знал, что послан сюда вести караван по бескрайней пустыне. Возможно, такова воля богов его племени. Быть может, он — благословение свыше Абдельсаиду и его семейству, ибо Абдельсаид бесплоден. Бретону было суждено стать отцом детей Абдельсаида. Ауиша забеременела, Мимуна тоже склонялась к тому, что уже понесла. Бретон считал будущих детей даром доброго божества, именуемого “черной лилией”. Сыновья и дочери станут его подарком Абдельсаиду.
Ему снились странные сны. Во сне он познавал женщину, совершенно не похожую ни на Ауишу, ни на Мимуну, ни на Ушку. Угловатостью она скорее напоминала мальчишку. Она была скорее англичанкой, чем француженкой. Сначала он думал, что когда-то любил ее, но потом решил, что то был союз по необходимости.
Ведя верблюжий караван по пустыне, Бретон гнал от себя мысли о странной женщине, так как знал, что обязан думать о своей торговле и барышах от “черной лилии”. Воспоминания о странной женщине уносились по ветру вместе с крупицами песка. Он знал, что женщины больше нет. С этим было покончено навсегда.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ]
Читать также:»
»
»
»
|
