 |
 |
 |  | Майкл встал, подошел к креслу, на котором сидела Джулия, и присел на корточки у ее ног.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Когда я раздрочила свою жопу хорошенько и огурец стал совсем легко в ней двигаться, я взяла второй огурец и вставила его в свою ебливую, истекающую смазкой пизду. Движения огурцов сразу внутри пизды и жопы возбуждало и дезориентировало. Я полностью погрузилась в эти новые ощущения, наслаждаясь неизведанным ранее кайфом. И я кончила! Меня выгнуло дугой так, что я едва не свалилась с кровати. Я кричала и билась, еле удерживая огурцы внутри себя, ощущая, как сокращаются стенки моего влагалища и попочки. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я полюбовался живописным видом ее задницы. Классный вид: развороченная сочащаяся соками пизда и анус: как в пословице - "так и просится на грех". В жопу Светка не давала. Никогда. Палец туда засунуть, покрутить его там - ей было приятно, дополнительный стимул для достижения оргазма. А что бы так вот - подставить анус для проникновения моего (и чьего-то там еще) члена - категорически нет. Несмотря на все мои уговоры, а порой даже угрозы расстаться. Нет и всё! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я отодвинул покрывало, расшитое золотом, и … страшная по своей мерзости картина предстала перед Моими очами. Моя женщина, Моя любимая женщина - та, которую Я обещал омыть в звездном дожде, которой Я клялся подарить вселенную, - лежала на ложе, осыпанном по краям изумрудами и рубинами, задрав белую юбку и , приспустив исподнее, со стоном блудодействовала, откинув голову и спрятав глаза свои за занавесью опущенных ресниц. Она хрипела и рвала свободной рукой одежду, вытканную Мною из рассвета и утренних лучей солнца; лоно её кровоточило, и вскоре на белоснежном покрывале проступил огромный кровавый гранат. Сердце Мое перестало биться , крылья обвисли; букет маков пролился на пол. Но вскоре силы вернулись ко мне. И возмутился Я духом, и взмахнул крылом и спалил шатер, и схватив в руки огромный кнут и, подскочив к женщине, собрал с неё одежду и стал сечь по спине и бедрам. Она металась по кровати, крича от боли, а Я бил её всё сильнее и ожесточеннее, задыхаясь от гнева. Женская спина вздулась, и обнажилось мясо, кожа клочьями разлеталась в разные стороны. И вот женщина как-то стихла, перестала кричать и с тихим стоном бессильно упала на колени и протянула ко мне руки с мольбой. Глаза её были безумны. И занес Я бич свой, чтобы добить блудницу, но посмотрел ей в глаза и уронил его. И упал Я на колени рядом с женщиной и, разрыдавшись, обнял её истерзанное тело , целую и лаская … |  |  |
| |
|
Рассказ №8837 (страница 11)
|