 |
| |
| | Согнав Толика, я лёг с Ольгой и нежно её обнял. Теперь мы семейная пара и будем строить свою жизнь соответственно. Хотя я помню и "помощь" своей чудесной мамочки, и горячие ласки Лины, и чудесную попку Вики, да и невероятную сладость нашей прекрасной руководительницы профкома. Мне повезло, что у меня такие чудесные женщины и что они очень помогли мне. А утром меня немного поругала Ольга, уже в статусе официальной жены - за то, что кофе в постель не подал, за то, что подарка от меня ей, как уже жене пока нет, ну и за то, что попка у неё немного болит, надо же было получше смазать и поласкать. Вот козёл Толик, получит он у меня! Заодно сообщив мне, что минет она не любит, а вот в попку может мне дать, но по настроению, вот так! Ну а теперь - снова к гостям! | | |
| |
|
| |
| | Я сомкнула ноги и крепко напрягла попку, так что член оказался зажатым в ней. Именно туда мне из него хлынула горячая сперма. Я слезла с Влада, и, встав на кровати на четвереньки, нагнулась к его члену высасывать его от спермы. А в это время Аня раздвинула мне сзади ноги и подлезла под меня. Я слегка присела. Как я и ожидала, моя писечка оказалась у неё во рту. Анька полизала мне её, затем, просунув указательные пальцы рук в анус, раздвирула его. От туда начала капать сперма Влада. Аня припала губами к моему анусу и высасывата оттуда сперму. Закончив это, она снова вернулась к моей киске. Я начала кончать. Так, сжимая во рту обмякший член, я кончила ане в рот. Это было так сладко... | | |
| |
|
| |
| | Ольга схватила член, затем достала тюбик со смазкой, и обильно смазала головку члена, а затем подошла и намазала мои половые губы этой смазкой. Взяв член в руку, она пододвинула его к моему влагалищу, немного надавив на него, и головка легко вошла в меня, но тут же упёрлась в препятствие. "Расслабься и терпи",- сказала Ольга. И с силой надавив на член, просунула его дальше в меня. Моё влагалище поддалось, и он проскользнул в меня полностью. "Ой, мамочки мои, больно!",- вскрикнула я. | | |
| |
|
| |
| | Нет, лучше вот как: крупный нос, плотно, смертельно сжатые губы. Все лицо грубосколоченное, а может быть грубовысеченное из белого с розовыми прожилками мрамора, лицо с беспощадными морщинами - следствие трезвой оценки земли и человека на ней. Тяжелый взгляд римского легионера, марширующего в первых шеренгах несгибаемого легиона. Доспехи, белый, отороченный мехом италийского пурпурного волка плащ. Шлем окроплен вечерней росой, медные и золотые застежки там и здесь затуманены, но вспышки близких и далеких костров, пылающих по сторонам Апиевой дороги, все же заставляют сверкать и латы, и шлем, и застежки. Все происходящее вокруг - призрачно, грандиозно и страшно, поскольку не имеет будущего. | | |
| |
|
Рассказ №8837 (страница 15)
|
