 |
| |
| | Лобок был мягким, упругим и бархатистым на ощупь. Я взял за талию Лену и развернул ее ко мне спиной. Она безропотно повернулась и взялась обеими руками за полку. На ней продолжал храпеть ее муж. Теперь мне стало удобнее трогать женское тело. Я встал и обняв Лену руками, заскользил по ее телу. Теперь руки уже беззастенчиво мяли мягкие полушария грудей. Пальцами я мял и оттягивал соски. Лена тяжело дышала и похоже закрыла глаза. Моя правая рука заскользила вниз и легла ладонью на лобок. Пальцы согнулись и оказались прямо на ее половых губках. Лена попыталась отстраниться, двинув бедрами назад, но ее попка сразу натолкнулась на мои бедра, не давая ей ускользнуть. | | |
| |
|
| |
| | Араб прикрыл глаза от удовольствия, но тут же их открыл, боясь упустить даже секунду из этого потрясающего зрелища. Его ладонь была совсем маленькой. Ее абсолютно не хватило, чтобы обхватить ствол целиком, но все-таки... но все-таки это было волшебство. Его кожа была такая нежная, а движения плавны и неторопливы.. Видно было, что новая игра целиком захватила его. Он не отрывал глаз от члена, даже наклонился и почти приник к нему лицом, чтоб лучше видеть. Ему нравилось держать его в руках, ему было интересно, ему хотелось продолжать.. впрочем, как и его ебарю. Я молился про себя высшим силам, чтобы это не кончалось никогда... | | |
| |
|
| |
| | Нежность и только нежность. Она рвется наружу, не дает покоя. Я сама тебя раздену, осторожно, ласково, постепенно освобождая тебя от ненужной одежды. Нет, пуговицы рвать не будем. Медленно расстегиваю по одной и целую каждую освободившуюся клеточку.
| | |
| |
|
| |
| | Махмуд приставил свой средний палец к моим губам, поводил им по ним, засунул в рот. Я начал его посасывать. Он достал его, и попытался вставить мне в попу. Он не входил. Потом опять приставил к губам. Я отказывался его брать, ведь он был у моего заднего прохода. Но он с силой засунул его. Потом второй. Достал и начал всовывать в попу один палец. Он немного вошел и дальше не шел. Боли не было. Было немного неприятно. Потом он опять засунул мне в рот палец, побывавший в моей попе. Я подумал, что это уже слишком. Но вскоре его палец, пахнущий моим говном, погрузился в мой рот. Я почувствовал вкус собственного говна. На мгновение разум мой прояснился. Мне суют в рот мои же какашки. И я покорно их принимаю. | | |
| |
|
Рассказ №8837 (страница 15)
|
